С первого взгляда (СИ)
— Я хочу тебя… — выдыхаю, запечатляя смачный засос на девчачей груди и сминая ладонью ее упругую задницу. Подхватываю крепче девчонку на руки и тащу в спальню. Я за эти две недели так привык к ее квартире, что ощущаю себя словно дома. Укладываю девушку на большую кровать и избавляюсь от брюк и рубашки, помогая Лие трясущимися руками стянуть джинсы. Наваливаюсь на нее сверху, покрывая поцелуями любимые сладкие губы, и… тут в мозгу простреливает осознание, что я, как истинный праведник, приехал к ней без латекса. Да твою ж… замираю слишком неожиданно и не могу сдержать стона дичайшего разочарования.
— Артем? — девушка растерянно смотрит на меня своим затуманенным взглядом, не понимая причину моей заминки, путается пальчиками в моих растрепанных ее руками волосах и тянет к себе. Ближе, заставляя прижаться. Только вот взорвусь на хрен сейчас! Это истинная пытка — лежать на ней сверху и не иметь возможности “продолжить”. Ощутить, какая она горячая.
— Презервативы? — спрашиваю, особо не надеясь на удачу. — Я их не брал.
Алия зависает всего на мгновение, пока взгляд не проясняется. Сначала эта невозможная девчонка силится сдержать улыбку, но потом начинает смеяться. Заливисто так и от души.
— Это так истерика от нехватки секса проявляется? — смотрю с надеждой в любимые глаза.
— Ты серьезно не планировал? — по взгляду и улыбке вижу, насколько она ошарашена. Твою мать, неужели я в ее глазах настолько кобель!
— Я сейчас взорвусь. Чувствую себя нереально глупо…
Несмотря на остановку, член уже как сталь. Я утыкаюсь лбом девушке в плечо и закрываю глаза в попытке взять себя в руки и отстраниться от ее горячего тела. Нужно дойти хотя бы до машины.
— Вообще-то прошлые разы нас это не особо беспокоило, — продолжает дразнить светловолосая провокаторша, царапая коготками по спине.
— Функция защиты по умолчанию была, — бурчу недовольно, уже собираясь подняться, когда Алия сильней вцепляется в мои плечи, притягивая обратно.
— Я на таблетках, — слышу жадный шепот и чувствую, как маленькая ладошка, пробегая цепкими пальчиками по торсу, обхватывает возбужденную плоть и сдавливает, проводя по всей длине и вышибая грудной стон.
— Я чист, — выдох получается запредельно тяжелым, а нервы уже натянуты, как струны. — Я проверяюсь.
— Стельмах, может, ты уже закончишь то, что начал? — прикусывает губу Лия.
Вот в такой дурной ситуации я реально не оказывался со старших классов школы. И тогда себя таким придурком тупым чувствовал, что там уже не до секса было. С ней же, здесь и сейчас даже нелепость казалась правильной. Озорной блеск в потемневших от желания глазах горит так ярко, а ее руки и сцепившиеся за спиной лодыжки непрозрачно намекают, чего она хочет. И я намерен дать ей это. Приподнимаюсь на локтях, чтобы окончательно не придавить собой хрупкую фигурку, накрываю приоткрытые губы своими губами и одним уверенным движением вхожу, ловя стон наслаждения. Если я думал, что муки были раньше — ерунда. Они сейчас, потому что она мокрая и узкая. Без надоевших преград она слишком горячая, и я понимаю, что надолго меня не хватит. Ощущения обостряются в тысячи раз, и каждое соприкосновение отдается в голове взрывом, мучительно медленными и вязким. Невероятно приятно двигаться внутри.
— Сильней… — стонет девушка, подаваясь бедрами вперед, подстраиваясь под ритм, откидывает голову на подушки и руками комкает простыни, выгибаясь и извиваясь подо мной. — Артем…
Ее голубые глаза находят меня взглядом, и я срываюсь, ускоряя темп. Глаза, которые когда-то были моим наваждением, которые преследовали меня год за годом. Еще с того момента, как я увидел их первый раз в клубе, этот небесно-голубой въелся в душу и за пять лет проник в сердце. Губы, которые умеют быть жадными и охочими до ласк, и нежными, трепетными. Она невероятно прекрасна: с растерянным взглядом, полным огня, горящими щеками и разметавшимися по постели волосами. Жадно ловит воздух, кусая губу и впиваясь ногтями мне в спину. Единственная такая, и только для меня. Наши голые, сгорающие в страсти и полные похоти тела ритмично ударяются, я сжимаю ладонью ягодицы Лии и начинаю двигаться еще быстрее. Целую в губы, заглушая рвущийся из груди животный рык. Наслаждаясь ею, каждым движением, каждым ее вздохом и стоном. Вязкое чувство прокатывается по всему телу и сигнализирует о скорой разрядке, в паху тяжелеет. Чувствую, как тело девушки подо мной натягивается, как по струнке, руки прижимают с отчаянием, словно цепляясь за меня, как за спасательный круг, практически впечатывая меня в нее, и Алия сильнее сводит бедра, до боли впиваясь ножками в ребра, сжимается вокруг меня. Чувствую, как ее тело сковывает спазм, и с моим именем и громким стоном Алия достигает наивысшей точки удовольствия. Следом за ней и я дохожу до финала. С последним ударом разряды прокатываются по телу, и я падаю в ее объятия, слушая бешеный ритм ее сердца, утыкаюсь лбом в ее висок.
Даю себе минуту на то, чтобы прийти в себя, и выхожу из нее. Перекатываюсь, с сожалением теряя тепло от ее разгоряченного тела и устраиваюсь рядом на кровати. Подтягиваю податливую хрупкую фигурку себе под бок и утыкаюсь носом в шелковистые локоны, от которых я просто дурею. Наверное, это мой фетиш, потому что иначе я не могу объяснить, почему меня так и манит эта светлая, пышная копна.
— Щекотно, — смеется тихонько Алия, словно звон колокольчика в ночной тишине, прикрываясь ладошкой от моего дыхания, теряясь в ворохе смятых простыней. В голове такая легкость и пустота, еще немного — и там начнет свистеть ветер. А в теле ураган из чувств и эмоций, во главе которых, гордо задрав голову, марширует эгоистичный собственник с радостными воплями — моя!
Глава 52. Алия
Утро было бы самым прекрасным и невероятным, если бы оно не началось с заливистого лая одного маленького пушистого гостя. Нехотя, с титаническими усилиями открываю один глаз, а это верткое чудовище скачет вокруг кровати, тогда как его хозяин наглейшим образом с полнейшим умиротворением на лице спит, щекоча своим горячим дыханием.
— Артём… — мой охрипший со сна голос то еще сексуальное великолепие, но я до ужаса хочу спать. Ночь безумств закончилась для нас только под утро, и у меня совсем не было в планах тащить попу на мороз в… восемь утра! — Артём, просыпайся!
— М-м-м… — отвечают мне многозначительным мычанием и сильнее притягивают в кольцо рук, даже не думая подниматься.
Арчи не сдается, а продолжает громко, на манер петуха, будить своего хозяина.
— Что он лает, Лия? — шепчут мне в макушку, устраиваясь удобней. А у меня мурашки по телу маршируют от его движений под боком и от мыслей о вчерашнем. А как тепло в его сильных мужских объятиях — словами не передать.
— Он хочет гулять…
Бессовестным образом закидываю ногу на Стельмаха и с наслаждением провожу ладошкой по небритым щекам, едва не мурча от удовольствия, целую в губы моего мужчину. От такой формулировки мыслей и осознания, что это не сон и не шутка, в голове порхают птички от счастья. Хочется абсолютно детским образом зацеловать всего этого идеального представителя мужского пола, развалившегося под боком и так сладко… дремлющего. Дремлющего? Так. Стоп!
— Арте-е-е-е-м! — легонько прикусываю губу мужчины, — Арчи! — Нагло и провокационно залезаю на крепкий мужской торс и зацеловываю до тихого смеха, обхватив ладонями его небритое лицо. С ума сойти: Артём Стельмах — мужчина моей мечты и мой любимый мужчина. Утыкаюсь носом в шею Артема и улыбаюсь, как дурочка, блуждая ладошкой по груди, словно высеченной из камня. — Вставай!
— Лия… — чувствую сжимающую мою ягодицу ладонь и жалобное:
— Погуляй с ним, а?…
— Нет.
— Любимая… — жалобней стона и не придумать, и, если бы не минус двадцать за окном, я бы, наверное, сдалась.
— Неплохая попытка, но чей собакен?
— Майи.
— Надо было думать головой, когда дарил этого вредного лиса.
— Это все Гаевский.