Королевский факультет(СИ)
Ангела презрительно хмыкнула.
- Поймите, герцог, - она взяла меня под руку и чуть ли не силой отвела в сторону, - его мать - сильнейшая предсказательница не только Мореи, но и, пожалуй, всей планеты. Убив ее сына, вы превратите империю в ее врага, а оставив же в живых, сделаете должницей.
- Виконт оскорбил не только меня, что я бы еще перенес, но и моих студентов. Детишки у меня еще маленькие, слабые, всяк норовит напасть. Я хочу преподать урок для всех нахалов и хамов. И потому виконт умрет.
Ангела посмотрела на в большинстве своем рослых монархов и хохотнула. Даже герцогиня Вольстанг, тоненькая и обычно выглядевшая хрупкой, слабой не казалась. Они слышали мои слова, но совсем не оскорбились. Наоборот, женщины заулыбались, а мужчины выпятили грудь, будто я их похвалил.
Ангела вздохнула, бросила на меня безнадежный взгляд.
- Скажите, герцог, чего бы вы хотели за жизнь виконта.
Я еще думал, когда к нам подошла невысокая черноволосая женщина, робко поклонилась, скосила тревожный на тело виконта на песке арены. Черты ее лица тонкие, даже изящные, были измождены.
- Графиня Дастрем мать виконта Сен Аллере, - представила ее Ангела.
- Ваша светлость, вы меня очень обяжете, если оставите его живым. Он единственный, что еще держит меня.
Голос ее, мелодичный и тихий, завораживал. Так и хотелось слушать и слушать. Но я прервал негромкий альт и предположил, что жизнь виконта будет несовместима с существованием некоторых моих студентов.
Графиня подумала. Покачала головой:
- К сожалению, я воспитывала виконта одна, без мужского влияния. Он слишком избалован, - она задумалась, - а если я отдам его в императорскую гвардию?
Императорская гвардия, немногочисленный (до пяти тысяч человек) отряд воинов, комплектовавшийся преимущественно из дворян Мореи, отличался жестким, если не сказать жестоким обучением и содержанием. Ближайшие пять лет мы его не увидим. А возможно и последующие годы. Графиня выбрала сыну весьма тяжелую участь.
Я пораскинул мозгами. Зачем, действительно, мучать несчастную женщину. Пусть живет.
Графиня вначале не поверила мне, а потом стремительно, как девочка побежала на арену, движением руки поманив мага целителя. С помощью подоспевших слуг они вытащили виконта с арены и маг принялся лечить раненого.
А я направился к чиновнику. Тот уже зашевелился, но увидев меня, вновь замер, надеясь, что все как-нибудь образумиться. Наивный человечек! Убивать я его, разумеется, не буду, но до поросячьего визга доведу.
Глава 13
Если студентки перестали прихорашиваться к вашему экзамену, значит, вы состарились
Мы стояли около арены. Мы — это студенческий состав королевского факультета, несколько преподавателей, в том числе Дара и, как я понимаю, две ее родственницы Вара и Мара. Все трое были невысокими, но на этом сходство прекращалось. Дара была рыжеватой, Вара — черной, а Мара — светловолосой. И черты лица разнились. Но по мимике, словам, реакции было в них что-то неуловимо общее, подводящих их к одному заменителю — родственному. У меня аж нос зачесался от интереса к таящемуся неподалеку секрету. Но ведь не подойдешь просто так, — мол, здравствуйте, я ваша тетя, а вы кто такие? Неприлично.
В качестве принимающей стороны выступали Ангела и ее маги, проверяющие уровень безопасности арены. Городская администрация представлялась мэром и несколькими зажиточными горожанами.
Мое лицо на действия ревизоров было невозмутимо. Мы уже провели проверку и я прочувствовал все уровни магии, чуть не нарушив базовую структуру своей антимагией. Все как положено. Придраться к новому сооружению города Камприи можно, но только если очень захотеть.
Ее императорское величество таких намерений не имело. Чувствовалось, что вся проверка — сплошной формализм, проводимый с точки зрения логики глупого бюрократизма.
Процедура прошла с молниеносной скоростью, хотя маги не пропустили ни одного теста. К безопасности дуэлянтов и разного рода второстепенных деятелей — от секундантов до зрителей — они относились очень серьезно.
Можно было уходить. Я хотел довершить знакомство с деканатской документацией. Там были такие бюрократические перлы! Да и надо было знать ведомственные документы, чтобы не оказаться в дурацком положении. Многолетняя работа в земном вузе прямо и косвенно показывала необходимость знать нормативную базу.
Но тут мэр, до этого сохранявший пренебрежительное мимику лица, вдруг заискивающе заулыбался и обратился ко мне:
— Ваша светлость, вы показываете себя умным и дальновидным политиком. Будьте нашим правителем! Население герцогства Камприя готово преклонить перед вами колени.
Вот тебе здравствуйте! Стоял, молчал, а потом сразу в челюсть. Я оказался в затруднении. Общество феодальное и зависимого населения в различных формах хватало. У меня самого был Герасим — магический раб. Но чтобы богатые, самодостаточные люди добровольно надели себе на шею ярмо, мне представить было трудно. И почему я?
Последних два предложения я произнес вслух. Ангела посмотрела на меня и удовлетворенно кивнула. Сказала горожанам:
— Не обращайте внимания. Герцог из другого мира. У них совсем другие обычаи. А что же ваши вопросы... Герцог, деканы королевского факультета по традиции являются правителями Камприи. Правда, последние двести лет герцогский престол был свободен, так как деканы оказывались слабыми и я не решалась рекомендовать их правителями. С вашим же появлением у Камприи появилась надежда получить правителя и достичь расцвета, — она обернулась к горожанам, — будучи представителем императора, являющегося синьором и верховным правителем государств империи, я утверждаю герцога Кирилла герцогом Камприи. Приготовьте церемонию коронации.
Я кашлянул. Конечно, извиняюсь, но в принципе надо бы еще меня спросить, хочу ли я. Открыл рот для протеста, но лицо Ангелы, всегда мягкое и нежное, можно сказать ангельское, вдруг стало жестким и свирепым. Герасим, почувствовав неладное, зашевелился, обеспокоенно оглянулся, не зная, чем помочь своему хозяину. Успокоительно хлопнул его по боку. Никаких проблем, вызывающих необходимость активизировать дракона, не было.
Подавив мое сопротивление с помощью суровых проявлений мимики, Ангела предложила:
— Церемонию проведем на следующей неделе?
Горожане устроили игру в переглядки. Они что-то скрывали. Ангела опытным слухом политика это уловила даже раньше меня.
— Может, вы расскажете все, а не будете выдавать информацию кусочками. Иначе провозимся до позднего вечера. Давайте, давайте, не палача же вызывать, — пошутила Ангела, едва не доведя бедных горожан до истерики.
Лично мэр побледнел бледной поганкой, понимая, что злить знатного политика и могущественного мага очень опасно для собственного здоровья.
— Ва-ваше императорское величество, ваша светлость, — обратился он к нам, — вчера в магистрат пришло письмо от герцога Элиского. Основываясь на том, что камприйские земли две тысячи назад входили в состав его герцогства, он требует их возврата. А за их эксплуатацию он объявляет всех существ нашего герцогства, их имущество, за исключением императорских фондов, своей собственностью.
Ангела фыркнула.
— Вы вмешаетесь, ваше императорское величество? — спросил я с надеждой.
— Об этом позже, — рассеянно сказала Ангела, — ваше предложение?
— Провести коронацию сегодня, скажем после обеда, — осторожно сказал мэр, — мы согласны на любые условия. Нам очень необходим правитель, который покажет герцогу Элискому, что вакансия на престол уже занята.
— Условия будут, — подтвердила Ангела, — я полагаю, герцог должен стать неограниченным монархом и получать долю правителя.
Мэр замялся, поглядывая на горожан. Наконец, решился:
— Ваше императорское величество, разрешите нам переговорить?
Ангела кивнула и горожане неприлично для их дородности побежали в помещение ближайшего трактира — обсуждать предложение ректора.