Некомант: Операция "Счастливого Сиждества" + экстра (18+) (СИ)

«Заказали в харчевне, вместо еще одной порции восхитительных свертков с дарами земли», — сокрушённо передала мне Искра в ответ на общий вопрос, но грустной кошечка не выглядела. Наверное, ей тоже показалось, что подарить немного радости окружающим было неплохо, учитывая, что это еще и за чужой счет.
Забавно, что люди хватались за сладости с интересом, будто бы никогда их раньше не видели. Должно быть, все зависит от настроя и того, как все было преподнесено. Пока детвора не стеснялась запускать в рот пачки конфет, все из себя важные бизнесмены и бизнес-леди украдкой разворачивали фантики и прятали их в карманах наверняка дорогих костюмчиков, осторожно, так, чтобы было не так уж и заметно, рассасывая сладкие карамельки.
— Спасибо вам! Спасибо! Мы будем рады увидеть вас снова! — Мику никак не хотела расставаться со сценой даже тогда, когда мы потихоньку начали сворачивать нашу небольшую операцию. Нолик подбежала ко мне и тут же объявила:
— Все получилось, некомяунт! Я ощущаю, как няотика просто сочится позитивом, мяу.
— Это хорошо, я тоже чувствую некоторое воодушевление, — с усмешкой сказал я, чувствуя, что сейчас можно сворачивать горы и все, за что только возьмешься, обязательно получится.
Однако во всем этом была неприятная нотка: несмотря на то, что мы вроде как уже оказались внутри занавеса, видеть Сишкин силуэт я все еще не смог. Да и, полагаю, она бы наверняка дала нам знать, хоть с помощью ментальной связи, если бы она работала, хоть с помощью очередного взломанного гаджета. Тех же ошейников, например.
Нолик украдкой показала хвостиком на высящееся буквально в полукилометре от нас здание института и, подарив окружающим еще парочку улыбок, отправилась вместе со мной. Одну лишь Мику пришлось чуть ли не силой утаскивать, настолько ей не хотелось расставаться с благодарной публикой, но оставшиеся там фантомы частично скрыли наше внезапное исчезновение.
— Эх, я давно так не веселилась, — потянувшись, Мику сладко улыбнулась и мяукнула, покачивая хвостом из стороны в сторону.
— Думаю, стоит задуматься над тем, чтобы вы, девчата, в свободное время занимались своими делами, а не только торчали дома, — сказал я.
— М-м, прозвучало так, будто мне в тягость ваше общество, — тихо хихикнув, ответила Мику, поравнявшись со мной. — Костя, я рада и для вас устроить концерт, мне просто важны искренние эмоции, а уж кто будет в зрителях — не так и важно. Но спасибо, что беспокоишься, — чмокнув меня в щеку, Мику взяла меня за руку, на что Ками ответила очередным шлепком своего хвоста, который она уже даже не пыталась скрыть под юбкой.
— Что ж, думаю, можно было бы что-то устроить, но вы все равно не молчите, — ответил я, пожав плечами, после чего дал знак не болтать лишнего. Пусть мы и наведались прямиком в сердце Занавеса, до сих пор не было никаких знаков со стороны моих умений. Если окажется, что и мои поисковые способности не работают здесь, то стоит быть начеку... Хотя силуэты рядом находящих девчат исправно подсвечиваются несмотря ни на что.
— Смотрите, тут какой-то памятник, — сообщила Ками, отпустив меня и сделав парочку шагов вперед.
— Монумент погибшим, мя, — с грустью сказала Искра, почему-то с точностью угадав предназначение большой черной плиты. В отличие от большинства местных материалов, которые будто бы все были пронизаны разнообразными огоньками для формирования всевозможных изображений, подобная плита выглядела анахронично и тоскливо. Должен признать, что, скорее всего, именно такого эффекта и добивались.
«Наши любимые сыновья и дочери, вы всегда будете жить в лучшем мире» — гласила надпись, припорошенная снегом.
«Пусть ваши души обретут спокойствие и беззаботность, пока мы стараемся ради вас». 
Были и другие надписи, но все они склонялись к одной мысли: никто не провожал ребят в последний путь, все «общались» с ними так, будто бы они не погибли, а просто куда-то надолго уехали. Этим же, судя по всему, было вызвано и то, что не было дат рождения и смерти, что смотрелось достаточно непривычно, но, в то же время, логично, если местные верят в бесконечное существование души. Это предполагает, что они знают о других мирах, или просто верование о реинкарнации столь сильно распространилось здесь, что никто не задумывался о чем-то ином?
Искра осторожно смахнула снежинки, позволяя рассмотреть фамилии и имена, но, прежде чем я успел сказать, Нолик уже опередила:
— Майкл Фелонж, мяу. Тот самый, о котором мы читали, мяу, значит, это точно именно то мяусто! — найдя подтверждение свои поискам, нека просто-напросто излучала самодовольство всем своим видом. Я же заинтересовался другим: как только кошечка назвала имя и фамилию, буквы на монументе слегка подсветились, выделяя названного погибшего. Возле надписи возникла фотография, изображающая долговязого худого паренька, на чьем лице самодовольства было не меньше, чем сейчас у Нолика. Рядом вспыхнули какие-то прощальные надписи, отдельно помещенные на монумент родителями Майкла, его знакомыми и друзьями, причём было их так много, что создавалось впечатление, будто у паренька в друзьях было несколько тысяч человек, не меньше.
Впрочем, похожее было и у какого-то Максимуса, так что я просто предположил, что это своего рода издержки рождения в очень известных семьях. Тем более ярким был контраст, на который обратили внимание и девчата:
— Дмитрий Кловерфилд-13, никого, — тихо сказала Ками, слегка коснувшись пальцами надписи. — Это грустно. Некоторые лисы в итоге погибают одинокими, не сумев найти свою пару, так что подобная участь...
— Ты-то ведь нашла. Не надо вдруг тосковать, — произнес я, обняв девушку сзади.
Нолик, озадачившись, вызвала перед собой менюшку поиска и принялась опять что-то разыскивать, пока не выдала свой интерес довольным мявком.
— Слушайте, слушайте, мяу! «Кловерфилд» — серия усовершенствованных людей, получивших реконструкцию генома с целью созданяя неотерран, мяу, совершенной формяу человека, способной использовать свою няотическую мощь на благо людям, мяу, — подняв пальчик вверх, Нолик сделала театральную паузу.
— Хочешь сказать, в этом мире кто-то проводил эксперименты по созданию нового вида людей? — сделал я вывод из сказанного, а Нолик, кивнув, продолжила:
— Вскоре после инцидента в ИНИ проект по созданию няотерран был закрыт, мяу. Тринадцатая серия была пробной, со снятым няотическим блоком... Вот больные, мяу! — сделав шаг назад, неожиданно сказала девушка, даже побледнев.
— Что случилось?
— Н-нячего... Это... нячало проекта «Аннягиляция», у меня тоже снят блок, но я все же была создана в единственням экземпляре, мяу, — сглотнув, сказала кошечка. — Тяк... Чтобы избежать воздействий со стороны, серию тринадцать не допускали в приемные семьи, опасаясь раннего развития потенциала, вот, мяу! Поэтомяу он и один, — сообщила нека. — Все оставшиеся после инцидента няотерране из серии тринадцать погибли из-за нясовместимых с жизнью изменений мозговой ткани, ня дожив и до двадцати пяти, мяу.
  
Глава 5. Первый ход
 
В задумчивости погладив накладную бороду, я глянул на мигающие имя и фамилию, после чего обратился к Нолику:
— Если мы отыщем время создания тринадцатой серии, с учетом знания о возрасте, то можно примерно прикинуть, сколько лет назад здесь находилась Сишка. Может, хоть что-то из этого поможет раскрыть информацию о ней, и о том, кто умыкнул коды.
— Мяужно попробовать... Или нельзя, мяу, — нахмурившись, Нолик чуть ли не лицом уткнулась в висящую перед ней виртуальную панель.
— А может, и не придется, — сказала Мику, которая перешла от Дмитрия к изучению остальных. — Вот, смотри, Нейринет Гринвинд, одна из погибших студенток, — тихо мяукнув при виде фотографии погибшей девушки, кошечка коснулась ее лица пальцем.
Меня тоже словно пронзило током. Пусть это была просто фотография, а от Сишки мы получали лишь созданную ей аватарку, но общие черты лица были слишком схожими, так что вывод напрашивался сам собой. Сишка, вернее, ее прообраз, определенно погибла в инциденте вместе с остальными, потому ей и казалось все это знакомым.