Его любимая девочка (СИ)

— А что потом? — спросила не своим голосом от волнения.
— Потом и узнаешь, — раздался его голос рядом с моим ухом.
Вздрогнула и часто задышала.
— Ты ведь всё равно меня не отпустишь, — сказала, уверенная в своих словах. — Ты позволишь мне увидеть семью, но потом снова запрёшь в своём доме.
— А что, если нет? — прошептал он мне в самое ухо, а потом губами прижался к шее, в то место, где бешено билась жилка.
Сглотнула и задрожала.
Страх, отчаяние, радость, душевная боль, застывшее рыдание в груди, изводящая тоска и… едва затеплившаяся надежда.
— Ты, правда, так сделаешь? — спросила шёпотом. — Ты, правда, отпустишь меня?
— Не отпущу, — был его ответ. — Я позволю тебе увидеть родителей, Лена. Это я тебе обещаю.
Заперев меня с двух сторон своими руками, он положил на окно свои ладони рядом с моими. Контраст в размерах был ошеломляющим, как и его вкрадчивый голос, когда его дыхание касалось моей шеи.
— Уверяю тебя, Лена, что если будешь вести себя так, как я тебя попросил, то я сдержу своё слово. Помимо этого, ты увидишь, как хорошо я о тебе забочусь. Ты ведь уже поняла и почувствовала, какие у меня предпочтения.
Он убрал одну ладонь и переместил её на мою грудь. Ахнув, я застыла и напряглась.
«Почему я позволяю это?»
«Потому что он уже тебя проверяет», — пришёл мне ответ от внутреннего голоса. — «Ты ведь уже согласилась. Да и выбора то у тебя никакого нет».
— А если… если я откажусь? Или, например, я совершу что-то, что тебя… разочарует? — спросила, едва ворочая языком от волнения и страха. — Что будет тогда?
— Тогда, моя милая девочка, я тебя накажу, — выдохнул он мне в затылок и сильнее сдавил грудь, что я даже ойкнула от боли. — Но я надеюсь, что ты не станешь совершать глупостей. А если что-то тебе придёт в голову, а ты будешь сомневаться в своих мыслях — скажи обо всём мне. И ты застрахуешь себя от последствий. Выбирай, моя сладкая. Или ты добровольно будешь делать всё, что я скажу, и наградой тебе послужит встреча с родителями, или же… скажем просто — я всё равно получу, что я желаю, но только ты уже никогда не увидишь свою семью.
Его слова прозвучали угрожающе.
По моей спине прошёлся неприятный холодок. Я задрожала от страха, закружилась голова и тошнота подкатила к самому горлу.
Сжала пальцы на руках, зажмурила глаза и сдавлено произнесла, ощущая, как по щекам потекли горячие слёзы:
— Ты итак знаешь мой ответ, Артур. Я хочу увидеть свою семью. Очень хочу.
  
Глава 18
 
Елена
Едва мои слова прозвучали, его губы тут же потёрлись о мою шею. Но вместо сопротивления, я откинула голову ему на грудь, открывая больше доступа.
Вздыхая, он застонал.
— Ты даже не представляешь, каким возбуждающим был твой ответ, Лена. Мы с тобой столько всего испробуем, девочка. Я открою перед тобой двери настоящего наслаждения. Ммм… я уже предвкушаю… Осталось лишь дождаться, когда ты окрепнешь после приёма лекарства.
Его пальцы, которые только что болезненно сжимали мою грудь, забрались в вырез блузки и начали трогать и теребить сосок.
— Два дня, малышка. Ты должна, хорошо есть и много отдыхать. И через два дня мы сможем начать заниматься сексом.
Я молчала, застыв, подобно кукле.
— Сейчас ты немного испуганна. Но вот твои соски говорят мне, что тебе нравится всё то, что я делаю и что собираюсь делать.
Теперь обе его руки были на моих грудях.
Сорвав с меня блузку, он полностью обнажил меня перед окном. Хотела прикрыться руками, но он не позволил.
— Верни руки на место, Лена, — сказал он резко.
Нехотя, я подчинилась.
Он начал мять, гладить, просто обхватывать ладонями мою грудь.
— Поставь шире ноги, — сказал он.
Его пальцы пробрались ко мне в трусики.
— Ммм… уже мокрая. Возбуждённая. Видишь же сама, тебе нравится.
Это всего лишь физиология, урод.
— Когда ты возбуждена, ты восхитительно пахнешь, девочка. Клянусь, Лена, на вкус ты такая же восхитительная. — Уткнувшись носом в изгиб моего плеча, он продолжил, — Девочка моя, я обещаю тебе такое наслаждение, о котором ты даже представить себе не могла.
Слова прозвучали как угроза, а не как обещание.
Бёдра Артура толкнулись вперёд. Он притянул меня к своей груди, прижимая ко мне свой твёрдый как камень член.
Его пальцы гладили и нежно ласкали мой клитор, заставляя тихо стонать и кусать губы.
— Лена, я лишь могу представлять, какая ты сейчас тугая и влажная. Мой член так хочет ворваться в твою киску.
Властным движением он притянул мой зад к себе.
— …и в твою тугую попку…
Его пальцы задвигались быстрее.
Он задвигал бёдрами, имитируя половой акт. Моё тело машинально стало двигаться в такт.
— Пожалуйста… — пискнула я. Мне нужно было прекратить это. Моё лоно изнывало из-за мучительного напряжения, возрастающего внутри. — Артур… Я больше не могу…
— Тебе хочется кончить, девочка, знаю, — с придыхание сказал он и тут же убрал от меня свои руки. — Но я не дам тебе это сделать. Я хочу, чтобы через два дня, которые я тебе дал, ты молила меня трахнуть тебя. И я это сделаю, Лена. Оттрахаю и твой рот, и твою киску и твой сладкий зад. И ты будешь с удовольствием подмахивать и насаживаться на мой член.
Поправив свою блузку и юбку, я обошла его и, подойдя к креслу, села. Тишина в кабинете заполнилась звуком его приглушенного смеха.
Страх, возбуждение и адреналин стали понемногу спадать. Зато вернулась тошнота и головокружение.
— Тебе нужно отдохнуть, — сказал Артур, как ни в чём не бывало. — Возвращайся к себе, на обед тебя позовут. И не рекомендую тебе больше поступать так, как ты это сделал сегодня за завтраком. А теперь иди.
Молча выслушала его речь, подняла на ноги и вышла из кабинета, поборов в себе желание хлопнуть дверью.
Что ж, думаю, мой ад только начинается.
Вздохнула и вдруг, у меня всплыла одна мысль.
Я так и не спросила Артура о том, кто такой Талгат.
Снова вздохнула, возвращаясь в свою комнату, и решила спросить об этом потом.
А вдруг он кого-то ещё держит в своём доме?
От данной мысли я даже застыла с поднятой вверх ногой.
Если это так, то мой вопрос разозлит его.
Лучше выяснить самой. Тихонько. Незаметно.
Угу. Особенно с таким количеством камер.
Тряхнула головой и решила обо всём подумать позже.
Меня мутило, и подкашивала слабость. Хотелось лечь и уснуть. Чем, я в принципе и занялась.
* * *
Сон
Мягкий свет растекался по подвескам хрустальной люстры и заливал радужными бликами роскошный кабинет.
Статный мужчина сидел в кресле из натуральной кожи и просматривал новости на своём планшете.
Мужчина, как и всегда, выглядел великолепно.
Тёмно-синий костюм, пошитый на заказ, подчёркивал сильную и спортивную фигуру.
На сильной и жилистой, перевитой венами, мужской руке вспыхивали блеском массивные золотые часы Omega.
Манжеты на рукавах украшали бриллиантовые запонки.
Его чёрные как ночь глаза обрамляли такие же чёрные и пушистые ресницы, отбрасывая тень на хищные черты лица.
Взгляд мужчины был резким как бритва. Он сосредоточил всё своё внимание на важной статье.
Чувственные губы плотно поджаты и кривятся в недовольстве.
Вдруг, в дверь негромко постучали и после его властного разрешения «Входи!», в кабинет впорхнула темнокожая служанка.
Девушка грациозно занесла поднос с кофейником и чашкой из настоящего китайского фарфора времён правления императора Чжу Чанло из династии Мин. Она прошла к массивному столу и опутила на него поднос.
Мужчина оторвал взгляд от планшета и перевёл его на свою служанку. Он внимательно смотрел на темнокожую девушку и ему понравилось то, как она волнуется.
Тонкие пальчики вздрагивали, дыхание было учащено и взгляд был настолько пугливый, что мужчина расплылся в довольной и хищной улыбке.