Змеи Тора (ЛП)

Он посмотрел на кузину, надеясь, что она уловила паузу, надеясь, что она подумает: «Ну, если она не волк, то кто-то другой?». Но это не сработало, потому что она просто стояла, хмурясь и плотно сжимая губы. Ей казалось, она была готова вспыхнуть и кричать.
Фин снова толкнул ее в плечо.
— Что бы ни случилось, Райдеры знают, что тебя нельзя трогать.
Вместо того чтобы быть счастливой, его кузина выглядела разъяренной.
— А почему?
— Ты моя кузина, так что к тебе нельзя прикасаться.
— Значит, они могут напасть на Мэтта, Болдуина, Оуэна, близнецов, Берсеркеров и кого угодно еще… только не на меня? — Она снова скрестила руки на груди, и Фин понял, что это означает, что девушка на что-то сердится. Он не был уверен, почему кузина так поступила, но она явно не видела в его защите ничего хорошего.
— Я не могу защитить всех, — сказал он. — Ты же моя семья. Ты же их семья.
— Все в порядке, — успокоил Мэтт. Он вроде как обнял ее, но только одной рукой. Видя, как Мэтт утешает Лори, Фин разозлился еще больше. Он должен быть тем, кто стоит рядом с ней. Именно он должен был помочь ей почувствовать себя лучше и защитить ее. Так было всю их жизнь.
— Ненавижу Рагнарёк, — сказал он.
— Согласен, — кивнул Мэтт.
— Я согласна вдвойне, — сказала Лори. Тогда она, казалось, успокоилась, как будто гнев исчез так же быстро, как и появился. Она встретилась взглядом с Фином и спросила: — Но мы же разберемся, правда?
— Определенно, — солгал Фин. Он вовсе не был уверен, что они смогут это сделать, но не собирался говорить ей об этом вслух. — Я не могу здесь оставаться. Вы должны отослать меня обратно.
— Грядет битва, — сказал Мэтт.
— Я так и думал, что скоро, — сказал Фин.
— Теперь уже почти все.
Фин кивнул.
— Если прилив повернется так, что это будет лучше для моей стаи… мне просто нужно сделать то, что лучше для них. Таково правило. Я должен делать то, что лучше и безопаснее для моих волков. Прямо сейчас они сражаются на стороне, наиболее вероятной для победы, но если кто-то победит, это изменится…
— Понял, — сказал Мэтт, сразу же поняв, что Фин не может помочь, хотя и хочет этого, но что, надеется, настанет время, когда все изменится.
— Ты ведь будешь осторожен, правда? — Фин вздрогнул. — Они все знают мифы и предания…
— Да, — перебил его Мэтт. — И мы будем осторожны.
— Я не хочу, чтобы кто-то из вас умер, — признался Фин.
— Мы это знаем. Мы должны были знать, что ты не предатель, — сказал Мэтт. — Лори никогда в тебе не сомневалась.
Фин посмотрел на нее, но кузина ничего не сказала. Она смотрела на него, скрестив руки на груди, и ее глаза были влажными. Она еще не плакала в открытую, но была уже близка.
— Постарайся быть в безопасности, — сказал Мэтт.
Фин кивнул. Он почувствовал себя лучше после разговора с Мэттом, но ему все еще нужно было поговорить с Лори. Мэтт, очевидно, знал, как они себя ведут, поэтому в следующую минуту он сказал:
— Мне нужно разобраться с Астрид.
Мэтт повернулся к Лори и спросил:
— Ты можешь достать Рея? Рейна беспокоится, и нам нужно, чтобы он был с нами для боя.
А потом он ушел, и кузены снова остались одни.
— Я не хотел, чтобы это случилось, — сказал ей Фин.
Она отвернулась, повернулась к нему спиной и закрыла рот. Он не хотел драться с ней, но не мог отменить магию, которая пришла с тем, чтобы быть вожаком стаи. Он не мог здесь оставаться.
И он понятия не имел, как убедить ее открыть портал, чтобы он мог вести волков и монстров в бой против нее.
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ: МЭТТ — ЧУДОВИЩА
Мэтт расхаживал взад-вперед. Остальные ушли, оставив его одного в ожидании возвращения Гуллинкамби. Согласно книгам дяди, Гуллинкамби один раз прокукарекал, чтобы предупредить их о необходимости готовиться, а потом возвращался и говорил: «Хватит валять дурака и тащи сюда свою задницу».
Он огляделся в поисках Рейны. Она была в стороне, разговаривала с его дядей и выясняла детали своей роли. Мысли о Рейне подбодрили его, но это настроение длилось недолго. Он все время думал об Астрид. Он собирался начать самую большую драку в своей жизни, и последнее, что ему было нужно, — это отвлечение.
Позади него раздался хруст шагов. Он обернулся и увидел, что Рейна направляется к нему вместе с кошкой. Он улыбнулся им, и Рейна резко остановилась, оглянувшись через плечо, словно ища причину его усмешки.
— Кто-то подмешал в твою минералку экстази? — спросила она.
— Нет, я просто счастлив видеть… — он покачнулся на пятках. — Рад видеть, что кошка все еще с тобой. Ты уже выбрала ей имя?
— А какие у меня еще варианты?
— Тржегул, Быгул и Эйты.
— Трже-гул и Бы-гул? — сказала она. — И Эй-ты? — Она замолчала. — Эй, ты. О. Ха-ха. Оставь комедию профессионалам, Торсен.
Он пожал плечами.
— Ты всегда можешь спросить у кошки, как ее зовут.
— Нет. Я выбираю Тржегул. — Она посмотрела вниз на черепаховую кошку. — Теперь ты — Тржегул. Даже если ты и вправду Быгул.
Кошка только моргнула.
— Значит, если я назову тебя по имени, ты придешь, да?
Тржегул встала и побрела в другую сторону.
— Берегись, а то я променяю тебя на лебедя! — крикнула ей вслед Рейна. — Гигантский, убийственный лебедь-невидимка, который ест неблагодарных котят на завтрак.
Мэтт усмехнулся, и, когда она снова повернулась к нему, ему захотелось продолжить разговор. И не важно, как именно. Рассказать ей еще одну историю о кошках Фрейи. Подразнить ее насчет Тржегул. Пусть она будет занята и шутит, а он растянет этот момент так далеко, как только сможет. Как будто в раздевалке валяют дурака перед большим боем. Но как раз в тот момент, когда он думал об этом, над его головой промелькнула тень. Он резко поднял голову и увидел пролетающую мимо птицу. У него перехватило дыхание. Потом он понял, что это всего лишь один из воронов Оуэна.
Ворон. Оуэн. Астрид.
— Мэтт? — сказала Рейна.
— Астрид здесь. — Он выпалил эти слова.
Рейна напряглась.
— Ты сказал…
— Астрид. Она вернулась вместе с Фином.
— О, и дай мне угадать. Она здесь, чтобы сказать тебе, какую большую ошибку она совершила, и как ей очень жаль, и теперь она полностью на нашей стороне. То есть на твоей стороне. К счастью, ты знаете, что лучше на это не покупаться.
— Я вовсе не дурак, Рейна.
— Я никогда и не говорила, что ты такой.
Он переступил с ноги на ногу.
— Может быть, но иногда ты заставляешь меня чувствовать… — он пожал плечами. — Неважно. Дело в том, что я знаю ее достаточно хорошо, чтобы быть осторожным. Но Фин вернул ее обратно. Она под охраной Оуэна. Насколько я понимаю, она военнопленная. Возможный источник ценной информации о противнике.
Рейна, казалось, почти не слышала его.
— Я заставляю тебя чувствовать себя глупо, Мэтт?
Он поправил щит на спине.
— Нет, не совсем так. Игнорируй меня. Я просто… — он пожал плечами. — У меня много чего на уме, и я чувствую… — еще одно пожатие плечами. — Неважно. Мне нужно поговорить с Астрид.
Парень сделал около трех шагов, прежде чем Рейна сказала:
— Я никогда не встречала парня, который был бы менее глупым, Мэтт. Или менее храбрым. Или даже менее… всем.
Он медленно повернулся.
— О боги, — сказала она, потирая лицо. — Это вышло неправильно. Я не имею в виду… я просто хотела… — она топнула ногой. — А можно мне сказать что-нибудь гадкое, чтобы уравнять счет? Ну, пожалуйста! У меня это получается гораздо лучше.
Он слегка улыбнулся.
— Конечно, вперед.
Он только поддразнивал ее, но она быстро отвела взгляд и пробормотала:
— Я просто… я просто хотела… — она посмотрела на него. — Я хотела, чтобы ты дал сдачи, Мэтт. Я хотела, чтобы ты встал против меня, потому что единственное, что тебе нужно — это то, что у меня есть в запасе. Уверенность в себе. Только ты никогда не давал сдачи. Ты просто возьми это. Но я надеялась, что ты понимаешь, что я на самом деле не считаю тебя глупым или что-то в этом роде, потому что если бы ты был глуп, я бы не стояла рядом с тобой. Я доверяю тебе так, как не доверяю никому, кроме своего брата. — Она сделала паузу. — Разве это звучит неубедительно?