Невеста-гувернантка (СИ)
- Значит, мы скоро отсюда уедем?
- Если опекуном станет ваш дядя Доминик, он не отошлёт вас из дома.
- Но дядя Доминик не сможет жить здесь с нами, он ведь работает в столице. Значит, мы переедем в его городской особняк? И вы вместе с нами, миз?
- Давайте дождёмся его приезда, тогда и посмотрим, что он скажет, - проговорила я, поглаживая шелковистые волосы малышки Кэйти. – Пока ещё ничего не ясно. Мы должны надеяться на лучшее.
- Но тётя Мередит уволила экономку. Она может и вас тоже уволить. А мы к вам уже привязались...
- Я тоже! – откликнулась я, ничуть не покривив душой. Никогда прежде не подозревала в себе такой любви к детям. Но эти девочки, такие светлые, открытые в своём простодушии что-то затронули во мне.
Только человек с ледяным сердцем мог не полюбить их. Должно быть, в груди Мередит Глау именно такое. Ледышка, а не живое бьющееся сердце!
В тот же вечер, растревоженная этой беседой, я снова попыталась разговорить кухарку. Спустившись в кухню, застала её за перебиранием крупы для завтрашнего завтрака и предложила свою помощь. Она округлила глаза.
- Да неужто вы умеете это делать, миз? С вашими-то беленькими ручками! Небось и не готовили никогда в жизни!
- Вот вы меня и научите, - произнесла я, обратившись к ней уважительно, как к старшей.
- А вы ещё та лиса! – хмыкнула женщина. – Недаром рыжая! Опять выспрашивать будете?
- Я тут нашла одно старое письмо, не знаете, чьё оно? – поинтересовалась я, показывая ей то самое любовное послание, которое Доминик Винтергарден ошибочно принял за моё.
- И чего вы мне эту бумажку суёте, миз? Я и читать-то не умею! Как вы готовить! – припечатала собеседница.
- Но Джеральдина Ричмонд наверняка умела и читать, и писать! А значит, она могла написать это письмо! Вот что!
- И почему вам так не даёт покоя эта история? – нахмурилась тётушка Берта.
Я пожала плечами. Со всей определённостью ответить на этот вопрос у меня бы не вышло. Просто что-то мешало забыть и о письме, и о могилах на кладбище. Наверное, ощущение неразгаданной тайны. Или то, что всё это напоминало сюжеты романов, которые мне в родительском доме запрещалось читать.
Сорви-голова Джерри, всего лишь дочь управляющего, и старший сын в семье лордов, будущий наследник. Могли ли они полюбить друг друга? И почему эта история закончилась так трагически? Хотя разве могло быть иначе... Ведь, останься Эдриан Милтон в живых, его наверняка бы женили на куда более подходящей ему девушке-аристократке, а Джеральдина...
- Вы видели миз Ричмонд мёртвой? – спросила я.
- Нет. Она навещала одну женщину в деревне, дальнюю родственницу, хотела остаться у неё на пару дней. В ту ночь вспыхнул пожар, и домишко выгорел дотла.
Я ахнула.
- Но могила...
- Там кости их обеих, разве смогли бы разобраться, где чьи? Ещё обрывки одежды, которые нашли на пожарище. Оплавленный медальон Джеральдины, она его очень любила и никогда не снимала...
- Так вы думаете, нет никакой надежды, что миз Ричмонд жива?
- Была б она жива, разве оставила бы одинокого отца? Сбежала бы? Разве что...
- Да говорите же! – сгорала от нетерпения я. – Хватит уже недомолвок! Если эта история действительно осталась в прошлом, кому она может навредить сейчас?
- Дети лордов Милтонов и Джерри выросли вместе. Средний-то всё больше книжки читал, он и взрослым таким же остался, мир его праху. А остальные двое с ней близко сдружились.
- Леди Глау дружила с дочерью того, кто работал на её родителей? – усомнилась я.
- Так больше особо не с кем было! Это сейчас здесь люди кругом, а в те времена ближайшие соседи и те далече жили. Вот и оставалось играть с детьми здешних работников. Но это продолжалось только до отъезда детей в школы, - ударилась в воспоминания собеседница. – Когда они возвернулись, всё изменилось.
- И Джеральдина Ричмонд тоже...
Прежняя девчонка-сорванец выросла и превратилась в красивую девушку. Друзья детства встретились и взглянули друг на друга иными глазами. Но к чему это могло привести?..
Глава 28
Глава 28
Мне хотелось задать кухарке ещё множество вопросов теперь, когда её история подошла к самому интересному, но дверь кухни распахнулась, и заглянула одна из горничных.
- Лорд Винтергарден приехал, ему бы чего поужинать! – уведомила она, и моей собеседнице тут же стало не до разговора о событиях минувших дней. Она поднялась с места и захлопотала, разогревая еду, а до меня запоздало дошли слова девушки. Лорд Винтергарден приехал, наконец-то!
Я выбежала в холл, придерживая юбки, и остановилась на месте. Не видя меня, мужчина стоял, отряхивая плащ от дождевых капель, а навстречу ему спускалась по лестнице Мередит Глау, такая красивая даже в тёмно-лиловом капоте, полы которого подметали ступеньки. С её покатых плеч свисала шаль, край которой почти коснулся пола, но леди ловко её подхватила, выглядя при этом очаровательно-беззащитной.
«Змея тоже умеет притворяться, чтобы поймать добычу», – подумала я, кусая губы. Вот ведь! Не успела поговорить с магом до её появления!
Я должна немедленно рассказать ему, что эта гадина намерена отослать девочек в школу-пансион, а они туда вовсе не хотят!
- Это ты, Доминик? А я уже готовилась ко сну... Ничего не случилось?
- Ваш муж шлёт вам привет, леди Глау, - ответил он холодно, и я возликовала.
- Ну же, к чему эти церемонии? Мы ведь тут одни. Слуги не в счёт! – махнула холёной рукой Мередит. Моего присутствия женщина, похоже, не замечала. Или я тоже не в счёт? – Но раз тебе так больше нравится... Ты ведь не откажешься составить мне компанию за бокалом вина в малой гостиной? – пригласила она его в комнату, которую явно выбрала чем-то вроде своей резиденции, откуда ей было удобнее распоряжаться делами в особняке.
- Я устал и голоден.
- Тогда вино тем более придётся очень кстати. Пойдём, мы ведь несколько дней не виделись! Я велю, чтобы ужин принесли туда.
- Простите, что вмешиваюсь, но мне тоже очень нужно поговорить с лордом Винтергарденом, - с неизвестно откуда взявшейся смелостью проговорила я, выступая из тени. Руки дрожали, но я упрямо выдержала брошенный в мою сторону полный ярости взгляд Мередит Глау. – Это касается ваших племянниц.
- Что ж, миз Лоренц, тогда я выслушаю вас. Серьёзный разговор по делу предпочтительнее праздной беседы, не так ли? Простите, леди Глау, мы непременно поговорим завтра, при свете дня.
- Возмутительно! Что эта гувернантка себе позволяет?! – визгливо выкрикнула она. – Да как ты посмела вмешиваться в беседу господ?! Где тебя только учили хорошим манерам?!
- Может быть, там же, где и вас? – отозвалась я с ледяной вежливостью, очень стараясь не показывать даже тени слабости.
- Я тебя уволю!
- Должен напомнить, что, пока не выбран законный опекун, у вас нет такого права, леди Глау. Не гоните лошадей, - произнёс маг и, сбросив плащ на руки вовремя подоспевшего лакея, обратился ко мне: – Ваш разговор в самом деле не требует отлагательств?
Я едва не пошла на попятную, но вспомнила слёзы Кэйти, погасший взгляд Аланны и решительно кивнула. Я должна защищать их даже от родной тётки. Главное, чтобы Доминик Винтергарден не встал на её сторону в этом вопросе со школой.
- Пройдёмте в столовую! – отозвался он, и я с облегчением выдохнула.
- Я этого так не оставлю! – выпалила Мередит Глау и, снова подхватив край шали, теперь уже резко и небрежно, без продуманного кокетства, развернулась к лестнице. Я смотрела ей вслед, сжимая ладони в кулаки. Похоже, в этом доме у меня появился самый настоящий враг. И дело не только в её планах на девочек. Ведь когда-то она и этот человек едва не стали мужем и женой, так что тут имела место ещё и ревность уязвлённой отказом женщины, которой предпочли другую в таком щекотливом деле, как приватный разговор.