Кинк. Право на удовольствие (СИ)

— Вы уже определились с заказом? Может, вам что-то подсказать?
— Ага, подскажи мне из меню, чего я не знаю. Слушай, а почему тебя в ресторан на четвертый этаж не взяли? Там намного тише и элитнее, народу меньше, зарплата больше. Просто официантский рай, если у вашего племени есть дележка на рай и ад.
Я растерялась:
— Наверное, туда определяют более опытных. Кто же меня с первого дня сразу в элитное место назначит?
— Верно. — Володя улыбался с непонятной хитрецой. — Все здесь проходят этот путь: сначала первый ярус, потом второй, и так далее. До четвертого доходят только самые морально устойчивые!
— Я морально устойчивая! Но не для второго и третьего этажей! Вы заказывать-то будете, наш постоянный и уважаемый клиент?
— Еще думаю, меню изучаю. А если честно, то жду конца твоей смены — тогда вместе заказ и сделаем.
Я не хотела улыбаться, но сдержаться не получилось. И все же нашлась с достойным по иронии ответом:
— А это не будет считаться домогательствами?
Он округлил глаза, изображая ужас, но расхохотался:
— Лиль, это «Кинк»! Не слишком ли ты хорошего мнения об этом месте? Еще в трудовой комитет побеги с заявлением: «На моей работе в тот самый момент, когда этажом выше одну женщину пердолят сразу три незнакомых мужика, меня вежливо пригласили посидеть за одним столиком». Может, они проникнутся твоим положением?
Я и правда, понятия не имею, как Артем относится к подобным заявлениям. Хотя почему-то предполагается по умолчанию, что он своих сотрудников в обиду не дает... А откуда мне знать наверняка, особенно когда мы говорим о царстве разврата? Если повезет, то мне никогда не придется узнать ответ на этот вопрос.
Володя вдруг развернулся на стуле и крикнул, обращаясь к моим предыдущим клиентам за девятым столиком:
— Молодежь! А давайте спор замутим, — на его словах компания притихла и с любопытством уставилась в нашу сторону. — На бутылку коллекционного коньяка! На кого из нас официантка заорет матом, тот столик и победил.
Кое-кто из них оживился, кто-то с недоумением нахмурился, и все уставились на меня. Да так уставились, как будто сравнивали мои формы с бутылкой коньяка...
Я, еще не вполне понявшая смысл, удивленно спросила:
— Что, зачем?.. Володя, зачем ты это делаешь?
— Потому что учиться надо методом погружения, Лиль, — он ответил с тем же радостным лицом. — Вдруг меня когда-нибудь поблизости не будет, а надо быть готовой ко всему!
И девятый столик уже пришел к соглашению, шумно подзывая меня. Похоже, в конкуренции с дорогим коньяком я проиграла.
— Да это же... подстава! — Я пока стояла на месте и все еще пыталась взглядом заставить Володю перемотать время на пару минут назад.
— Нет, это тренировка! И, конечно, подстава. Не понимаю, почему нельзя соединить два в одном. Я говорил, что очень ревнивый? Только что был в кабинете Артема — и там, ты не поверишь, фотография на стене полтора на полтора метра, — он говорил весело, легко, а у меня от понимания глаза на лоб полезли, и как раз это уничтожило все его сомнения, если таковые вообще имелись. — Смотрю, ты тоже не очень в курсе, куда тебя запостили? Артем мне заливает, что Марина позировала, но я Маринины соски знаю назубок. Хм, неоднозначно прозвучало... В общем, я импульсивен — ничего с собой поделать не могу! Вот и думаю, что заслужил хотя бы выплеснуть свое отчаяние на твой опыт. О, вот это выражение намного лучше профессиональной улыбки, его и оставляй!
— Да ты... да ты... — я задохнулась.
— Осторожнее, Лиль, не позволь мне выиграть так легко!
Отмахнувшись, я ринулась к девятому столику. И даже не удивилась, когда полетели заказы каких-то коктейлей из меню, но с поправками в ингредиентах. А потом и пиццу с оливками, но без оливок и со смесью из пяти соусов. Записала подробно, а потом еще и записи компании показала. Подумала, а затем заставила крайнего внизу листка расписаться. Он уважительно закивал, подпись под общий смех поставил, но ребята явно уже придумывали, на чем меня подловят в следующий раз.
Марго над моим листком ненадолго застыла, но потом с равнодушным видом начала смешивать.
— Бредовая смесь. А давай я им туда еще и чили плесну, милая?
— Оставь до следующего заказа! Уверена, этот — не последний.
И нет, сдаваться я не была намерена. Бегала от одного столика к другому, а потом к стойке и на кухню. И еще ни разу не сбилась и ничего не перепутала! Повар после третьего захода назвал клиентов дебилами, но с тем же спокойствием, как Марго, выполнял заказ по листку. Они тут реально морально устойчивые, никто даже глазом не моргнул!
На четвертом заходе меня перехватила Вера.
— Что на них нашло, Лиля? Давай один из твоих столиков подхвачу, я успеваю. Компания перепила, а у Панкова любимая золотая рыбка сдохла? На кой хер девятому столько салфеток, что они каждые тридцать секунд их просят?
— Не стоит! — я благодарно ей улыбнулась. — Пока справляюсь. Будем считать массированным тренингом самообладания!
— Ну смотри... — она не стала задерживать, видя, что меня рвут криками сразу с двух сторон.
Я даже и не злилась, просто сосредоточилась на задаче, как будто сама приняла решение участвовать в этой игре. Наверное, чуть позже разозлюсь, когда хоть на полминуты остановлюсь и смогу подумать. Прокол был только в одном — обуви. Каблуки вызывали уже явный дискомфорт. Я не позволяла себе прихрамывать, но понимала, что слишком долго в том же темпе не протяну.
В следующий раз, когда Марго смешивала очередную невнятную смесь, рядом оказался Артем. Он облокотился на стойку боком, подался к барменше и спросил как будто у нее, а не у меня:
— Что происходит?
— Панков над новенькой прикалывается, — Марго короткой фразой описала все происходящее. — А я бы тем придуркам сказала, что любое изменение рецептуры за двойную плату, или пусть выметаются. Если бы Владимир Алексеевич в том же не участвовал... Не могу же я им предъявить, а его проигнорировать. Вот мы и оказались заложниками его положения и характера. А так бы они у меня все разом ебалушки-то завалили…
Но Артему объяснений не хватило, хотя улыбка на губах заиграла:
— А поподробнее? — это уже адресовалось мне.
— Не хотелось бы жаловаться на клиентов, Артем Александрович, — сказала я решительно.
— Так и не жалуйся. Если я правильно понял, Володя предложил тебе правила, а ты как давай их исполнять. Сказали прыгать через кольцо — ты и прыгаешь. Я-то надеялся, что «Кинк» раскрепощает людей, а не делает из них резиновых кукол.
Я медленно повернулась и остановилась, не обращая внимания на веселые призывы. Тут все ненормальные! Выходит, я со своей нормальностью просто не вписываюсь? Это же «Кинк», а я веду себя, как будто в старой бухгалтерии нахожусь. Еще немного помедлила, а затем неспешно скинула туфли. Почти с удовольствием несколько раз встала на носочки и обратно, чтобы ступни расслабились. Володя присвистнул и даже ненадолго затих. Я подняла поднос, который передала мне Марго, повыше и показательно неспешно пошла сначала к седьмому столику.