Sex-дневник Кати Морозовой

– Алло, Алис, – пропищала я, набрав номер подруги, – мне нужно услышать твой голос, чтобы успокоиться! Это какой-то трындец!
– Что стряслось? Ты же должна была отправиться на ужин с родителями Сапожникова?
– Так и есть. Я тут. – Простонала я, шмыгнув носом.
– Как все идет? Хорошо?
– Не то слово. Мечта каждой девушки, и идеально по сценарию Ильи. Только я прячусь в туалете, чтобы немного прийти в себя.
– А почему ты ревешь?
– Его родители просто чудесные! Они думают, что я беременна, и готовятся к свадьбе сына. А его мать даже подарила мне фамильное украшение, доставшееся от бабушки! Мне так стыдно! А этому козлу Сапожникову вообще не стыдно ни ч…
Я подняла взгляд и осеклась. Передо мной стояла мать Ильи.
– Перезвоню. – Глухо произнесла я.
И так и осталась стоять с телефоном и сигаретой в руке.
– Дай мне тоже. – Печально сказала женщина, подойдя ближе.
– Ч-что?
– Сигарету. – Она вынула недокуренную прямо из моих пальцев и затянулась.
А затем встала рядом и прислонилась спиной к стене.
Мы молчали.
– У нас с Ильей все по-честному было. – Зачем-то попыталась объясниться я. – Правда. Но потом… потом…
– Он опять взялся за старое? – Надтреснуто произнесла женщина.
– Вы о чем?
– О его… пристрастиях.
– Так вы в курсе?!
– Застала его с другом, когда им было лет по шестнадцать. – Призналась она, выпустив колечко дыма. – Сказали, что будут готовиться к докладу у него в комнате. Я принесла чай, печеньки. Вхожу, а там у пацана штаны спущены до колен, и мой Илюшка ему… Ну…
– Так вы знали…
– А потом он долго не мог себе девчонку найти. «Не в моем вкусе» – говорил. А когда сообщил, что женится, мы с отцом страшно обрадовались. Думали, наигрался он в свои игры, нормальным стал, внуков нам подарит.
– То есть… – Я отшатнулась. – А как же я? Вы не собирались мне об этом сказать? А если бы я действительно замуж за него вышла, а он бы бросил меня и к другому мужчине ушел?!
– Мы бы не бросили внука. Мы бы помогали. – Спокойно ответила женщина.
– А моя жизнь для вас так – шутка? Вы просто надеялись, что я стану инкубатором для вашего внука?!
– Катя, ты тут? Все хорошо? – Осторожно вошел в уборную Илья. – Мы с папой беспок… – Он обомлел, заметив сигарету в руках матери. – Мама?..
– Прости. – Всплеснула руками я. – Она все знает. Я не специально.
22.30
К слову, мы доели-таки наш ужин. Все вчетвером.
Почти без скандалов.
Родители не были в особом восторге от новостей об ориентации сына (черт, да они были ошарашены таким поворотом, на самом-то деле), но кричать и проклинать его не стали.
Мы вполне мирно посидели, поговорили обо всем и выпили вина. Несмотря на напряжение, отец с сыном смогли даже обсудить положение «темно-красных» в турнирной сетке, а это давало надежду на то, что Сапожниковы будут продолжать общаться с отпрыском.

– Ты можешь воспользоваться услугами суррогатной матери, – предложила я, когда мы с Ильей остались одни.
Теперь мы сидели у барной стойки в гей-клубе, куда нас завела нелегкая, и глушили один за другим сладкие шоты.
– Зачем мне это? – Он навалился на мое плечо.
– Чтобы иметь потомство, порадовать родителей.
– А разве ты бы не хотела детей от того, кого любишь?
– Иногда не удается встретить того самого до сорока. – Усмехнулась я, глядя в его красивое лицо. – А часики, мать их, тикают. Ненавижу все эти народные выражения, но иногда они бьют в точку. С годами родить все труднее.
– Значит, ты родишь для себя, если не встретишь любовь?
– Я в любом случае рожу для себя. Если рожу. – Опустошила рюмку и скривилась. – Еще не решила.
– А я хотел бы ребенка от тебя, Катя. – Признался Сапожников, целуя меня в щеку. – Я никого не любил так, как тебя. Клянусь.
– Как ты достал меня со своей странной любовью, Илюша. – Хихикнула я.
И мы поцеловались.
Этот поцелуй был горячим и нежным. Таким, от которого быстрее забилось сердце.
– Целуешься ты по-прежнему отлично. – Хмыкнула я, отстраняясь.
Глупо было обманывать себя: я все еще испытывала к Сапожникову теплые чувства. Да и что лукавить, знала, что могу положиться на него в любой момент, и не буду отвергнута.
– А ты учти, что я не шутил. Я буду лучшим отцом нашему ребенку, Морозова. Если не выйдешь замуж до сорока…
– Отцом. Но не мужем. – Напомнила я. – Но предложение заманчивое.
Рядом со стойкой тискались двое мужчин. Один – худой, женственный, вертлявый, другой – высокий, брутальный, накаченный, в деловом костюме. Такого легко спутать с натуралом и ненароком влюбиться. Сапожников даже залюбовался на эту пару.
И тогда я впервые всерьез задумалась, а существует ли бисексуальность? Ведь даже ученые до сих пор не могут сойтись в едином мнении.
У нас с Ильей был секс, и Сапожников искренне верил, что любит меня, но при прочих равных раскладах мужчины привлекали его гораздо сильнее, вызывали более острую реакцию. И женись он на мне, где-то в глубине души он бы весь остаток жизни ощущал себя пленником обстоятельств и жертвой давления социума.
– Какие они красивые, правда? – Улыбнулась я.
Илья кивнул. Сжал мои пальцы в своей ладони.
– А как там Серж? – Рискнула спросить я.
– Никак. Это была просто похоть. – Он качнул головой. – С того раза мы виделись лишь однажды, случайно столкнулись на лестнице.
Его взгляд упал на одинокого блондина, сидящего у стойки в противоположном конце зала. Сапожников сглотнул.
– Расценивай эти отношения как счастливый случай. – Улыбнулась я, опрокидывая в рот очередной шот. – Ни его бы идеальное тело, которым ты соблазнился, и прожить бы тебе всю жизнь со мной.
– Катька, ну, ты и дура. – Сапожников поцеловал меня в лоб. – Я был бы счастлив прожить ее с тобой вместе.
Он тоже хлопнул рюмашку и поморщился.
– Я затеяла эту любовь с тобой из боязни упустить последний шанс и никогда в жизни не построить ничего стоящего. Это тоже было несправедливо по отношению к тебе. Не вернись я тогда пораньше, может, и не поняла бы этого до конца своих дней.
Илья сжал меня в своих объятиях и отпустил.
– Моя мать расхаживала передо мной голой в детстве. – Вдруг признался он. – Ну, как в детстве – вплоть до моего выпускного и отъезда из города. Как думаешь, это могло повлиять на мою ориентацию?