Жребий судьбы (ЛП)

— Поддайтесь искушению, мой лорд, — взмолился Лассен, поднимая ноги и обвивая ими талию Рогира.
Но тут он лишился дара речи, почувствовав одновременно резкий толчок твердой плоти вглубь тела и сладкое мысленное вторжение:
Лас, ты навеки мой, а я твой.
Глава 22. Разоблачение
К концу месяца Рогир ненадолго вернулся в Рикар, но уже через две недели снова отбыл. Участившиеся отлучки ардана из столицы только питали слухи об отчуждении между ним и его супругом, и он, чтобы не давать лишних поводов для сплетен, решил заехать в Виреш к своему брату Дайлену.
Нет лучшего способа создать иллюзию крепкого брака, чем контроль за главным имуществом этого союза.
Виреш лежал на западе чуть к северу от Глантара и раньше, до того как присоединиться к Иландру, входил в состав Варадании. Теперь же эти богатые плодородными равнинами, пышными лесами и изобилующие озерами и реками владения принадлежали прямому наследнику престола. Средства, поступающие от налогоплательщиков и арендаторов Виреша, были столь огромны, что он один мог полностью прокормить принца и его семью, позволяя ничего не брать из королевской казны.
Когда-то Рогир жил исключительно на эти доходы, но из-за преждевременной смерти родителя очень недолго пользовался своим правом. Теперь Виреш опять предназначался наследнику, деньги, накопленные за десятилетия, хранились банках или тщательно инвестировались, дабы к тому времени, когда его первенец станет геруном, у него в распоряжении была уже крупная сумма.
Однако король приехал в Виреш не только для того, чтобы соблюсти приличия. Приближался срок родов Лассена, и перед рождением сына Рогир хотел досконально проверить все свои активы, поэтому, прежде чем возвратиться в Глантар, он и решил на некоторое время остановиться в Виреше. Именно там, на подходе к Лизену, столичному городу области, его догнали Джарет с Зикриэлем. И не с пустыми руками.
Две недели оба вместе с Кейраном рылись в архивах Цитадели, обыскивая библиотеку государственного университета и даже отчеты гильдии адвокатов в поисках малейшего упоминания закона о наследовании Анжу. Как оказалось, проблема заключалась в его местном статусе.
Учитывая то, что Анжу считался независимым государством и его политические и правовые системы в основном остались нетронутыми Эссендри, которые поработили область много веков назад, с тех пор мало кто обращал внимание на внутренние деловые связи, включая подробное архивирование законодательства и традиций. В конце концов, кого волнует, как существует то или иное феодальное владение, пока его лорды ничего не нарушают, не обижают подданных и регулярно пополняют государственную казну за счет налогов?
Чтобы никто не подслушал разговор, Рогир предложил совершить небольшую утреннюю прогулку по лесу. Удобно расположенный в самой глуши охотничий домик, который окружили скрытой охраной, как нельзя лучше соответствовал их цели.
— Удалось что-нибудь отыскать? — спросил Рогир, как только они расселись вокруг маленького обеденного стола.
— Намного больше, чем мы ожидали, — ответил Джарет. — Откровенно говоря, угроза Тирда не имеет под собой никаких оснований.
— Как так?
Зикриэль выложил на стол пачку пожелтевших, пропахших плесенью бумаг.
Рогир брезгливо сморщил нос:
— Где вы их раскопали? Вонь, как из подземелья.
— Ну, когда мы их обнаружили, несло еще хуже, — отозвался Зикиэль. — В глубине архивного хранилища древних манускриптов находился тайник. Даже я не знал, что он существует. По всей видимости, мои предшественники не потрудились сообщать мне о нем, потому что думали, что тот либо пуст, либо не содержит ничего важного.
— И что же там было?
— Главным образом переписка и отчеты о доходах еще со времен первых двух столетий после начала новой эры. Также самые первые доклады относительно смерти последних женщин в Хитайре. Все тщательно записано и сохранено. Старые документы были едва читаемыми и почти рассыпались, когда мы извлекли их на свет. — Он показал Рогиру тонкую стопку испещренного пятнами и надорванного старого пергамента. — Вероятно, где-то и спрятана более поздняя копия, но сейчас это — единственное, чем мы располагаем.
— Возможно, она в Анжу, — сказал Джарет. — Но в тамошние архивы нас никто не допустит.
— Вот уж точно. Ну ладно, обойдемся тем, что имеем. Перед нами дубликат учредительного документа, по которому Анжу стал провинцией Иландра, включая королевскую ратификацию билля о правах анжуйцев в том виде, в каком его записали Кардова, когда основали герцогство. Разумеется, упоминая права на герунский титул. Там совершенно четко сказано, что линия наследования всегда передается через старшего сына младшего брата правящего геруна. И нигде нет ни слова о выборе преемника. По сути, прямое наследование является противозаконным, и герун, который пытается отдать власть своим непосредственным потомкам, должен быть смещен. Интересно, что подобная практика принята только в Южном Виандре. Надо заметить, на то есть свои причины, — продолжил свою лекцию Зикриэль. — Когда наследников мало, то логичнее оставить преемником первого ребенка, чтобы другие ни на что не притязали, или когда родитель может обеспечить титулами и землями остальных своих детей. К примеру, возьмем нашу семью. Нас много, но богатств и собственности хватает на всех.
— В основном, благодаря выгодным бракам и удачным вложениям, — вставил Джарет.
— Совершенно верно. Но первые несколько веков после заселения юга колонистами большие семьи были в Южном Виандре не редкостью, что позволило им в кратчайшие сроки заселить территорию. Для лорда в тех местах считалось нормой без устали плодиться, и только Верес знал, сколько у него любовников, кроме официального мужа. Кейран вычитал, что Шайа второй из Миара женился три раза подряд, имел восемь сыновей, рожденных в браке, и целую кучу бастардов.
— Представляю, какими непомерными налогами он обложил своих подданных, чтобы содержать такой солидный выводок, — угрюмо заметил Рогир.
— Так он и поступил, — подтвердил Зикриэль. — Даже удивительно, что Миар по сей день существует после того кровавого побоища, когда свергли это семейство. В любом случае, поскольку все их отпрыски именовались законными наследниками, неизбежные распри за титулы и владения между родными, сводными и побочными братьями скоро привели к полному истреблению многих кланов. Чтобы избежать дальнейший вражды, права о наследстве пересмотрели, новый вариант закона запрещает наследование только по одной линии и в то же время поощряет близкородственные браки, что в некоторой степени позволило выжившей знати распределить имущество более равномерно, так сказать. Титул и связанные с ним преимущества не уходят за пределы домов и дают возможность каждой семье приумножить состояние, прежде чем оно перейдет в руки другой ветви.
— Фамилия Кардова ведет свои корни из Азансы.
Глаза Рогира сузились:
— Которая, в свою очередь, находится в Южном Виандре.
— Да, это один из первых основанных в тех местах городов, — подтвердил Джарет. — Позже Кардова мигрировали на север и обустроились на тогда еще свободных землях между Иландром и Каттанией. Они принесли с собой все правовые нормы и традиции юга, а когда Иландр захватил Анжу, наш предок Руарк Эссендри принял решение ничего не менять. Вот почему там еще действуют старые законы. Как раз наш случай. — Он сделал паузу, во время которой Зикриэль вытащил из стопки потрепанный лист пергамента. Тот оказался еще более древним и выцветшим, чем остальные, и, судя по состоянию, подлинным: буквы едва-едва различались. — Вопреки тому, что Тирд единственный ребенок Имкаэля от второго брака, тот не мог автоматически объявить его наследником Анжу, хотя нас всеми силами старался убедить в обратном. В билле о правах раздел, где содержится полная информация об интересующем нас законе, отсутствует. Документ засунули совсем в другую секцию, поэтому нам пришлось изрядно потрудиться. Мы почти сдались, когда даже отчеты гильдии адвокатов ни к чему не привели.