Десятый сосед

– Евка! Ну ты что! Я замуж выхожу! – заверещала она, тем самым характерным жестом демонстрируя мне колечко на безымянном пальце. Так себе колечко, камешек крошечный, отметила я слегка заторможенно. Вот оно как… Замуж, значит. Так быстро?
– Когда успела-то? – только и спросила.
– В мае встретились! Он потрясающий! Самый лучший, самый умный, никогда и не думала, что такие бывают! Замуж позвал на втором свидании!
Я нахмурилась, и она сразу зачастила:
– Помню, что ты мне говорила. Присмотреться, проверить! Я держалась, как могла. Присматривалась!
– Аж четыре месяца, – вздохнула я.
– Ну да. Сколько еще ждать? Все ясно. Ты рада за меня, рада, рада? – пищала она.
Я обняла Маринку, но в сердце кольнула легкая зависть. Четыре месяца – и уже замуж…
– А хозяйка уже нашла новых жильцов? – спросила я, вспомнив о потенциально топочущих детях над головой.
– Да, какой-то мужик поселился. Сегодня вечером и въедет.
– А зря мужику сдали, – вздохнула я. – Говорят, если девушка съехала из квартиры замуж, на сайтах аренды за такую драки.
– Серьезно? – Маринка распахнула глаза. – Я хозяйке скажу, может, она передумает.
– Вдруг на мужика тоже сработает, тоже быстро женится, – бледно улыбнулась я. – Ладно, Марин, я пойду. Устала очень.
Грузчики как раз спустились и начали сноровисто выковыривать комод из узких дверей лифта.
– Уиии! – Маринка еще раз обняла меня. – На свадьбу приедешь?
– Пригласишь – приеду, – кивнула я и ступила в лифт, пока его снова не заняли.
В лифте я вела пальцем по кнопкам в такт меняющимся цифрам на табло, и, когда оно переключилось на «10», сама себе кивнула. Но не отнимала палец от панели, пока двери не разошлись. Однажды поспешила, убрала на мгновение раньше, а тут взял и погас свет. Так и торчала полтора часа в темноте с тонкой полоской света между дверями.
Олег был дома – как всегда. Сидел за компом в наушниках и стук двери не услышал. Я сходила помыла руки, прошла на кухню – на плите стояла сковородка с жареной картошкой. Заглянула в холодильник – больше ничего не было, даже вчерашней рыбы. Придется есть картошку, хотя он сам же потом и намекает, что бока мои стали слишком плотненькие, надо бы похудеть.
Я уже мыла посуду после еды, когда Олег наконец появился на кухне.
– Ага-а-а-а! – закричал он и набросился на меня с щекоткой и громкими чмоками в шею одновременно. Я взвизгнула, подпрыгнула и залила мыльной водой джинсы и блузку.
– Ну, Олег! – я стряхнула капли в раковину. – Просила же так не делать! У меня сердце часа два колотится после таких шуточек. И джинсы теперь в стирку.
– Надо переодеваться, когда домой приходишь, – назидательно сказал он. – Заодно меня бы поцеловала. А то прокралась тайком, как воришка за моей картошкой.
– Мог бы снимать наушники, когда знаешь, что я приду.
– Ну, не нуди, – поморщился Олег и обнял меня со спины, противно прижав мокрую одежду к телу. Я попыталась отстраниться, но он вжался еще сильнее и запустил руку под блузку. – Люблю, когда ты сразу лифчик снимаешь…
– Оле-е-е-ег… – проныла я, но он уже протянул руку и завернул кран.
– Потом домоешь. Я тебя хочу, – он развернул меня и накрыл губами губы.
– Олег, я только пришла, устала ужасно, – попыталась выскользнуть из его рук, но он уже оставлял короткие горячие дорожки из поцелуев на шее. – Олег! Мы же договаривались!
– Ну да, я знаю, – вздохнул он и наконец отстранился. – Я должен ждать, пока ты сама захочешь. Но я вчера ждал, ждал и не дождался!
Я еле поймала себя за язык. Если сказать, что «значит, не захотела», он обидится на весь вечер, будет потом ходить надутый и рано пойдет спать.
– Дай, я схожу переоденусь, ладно? – примирительно сказала я.
С Олегом мы жили вместе уже два года. Похоже было, что он и есть самый подходящий для меня человек. Хорошо зарабатывает, любит меня, и хочет – иногда даже чаще, чем я его. Но подруги мои жалуются на то, что их сорокалетние мужья в постели уже давно не айс, так что я с такими проблемами смотрюсь странновато.
 
Про женитьбу мы никогда не говорили, но в наше время это не так важно. Главное – мы вместе и любим друг друга. О чем тут думать вообще?
Неужели я хотела бы как Маринка – замуж за того, кого едва знаю? Нет, Олег отличный. Умный, заботливый, и я к нему уже привыкла.
Я переоделась в домашнее и пошла посмотреть, как там Олег.
Он сидел мрачный, со сжатыми губами и играл в тетрис. Медитативно щелкал клавишами, регулярно ронял фигурки не в тему и сжимал губы еще сильнее.
Я напряглась. В тетрис он играет, когда «собирается с мыслями» перед долгим разговором с вытаскиванием всех наших проблем, выполаскиванием и вывешиванием их на веревочку. Это развлечение часа на четыре – в результате я не высыпаюсь, с утра мигрень, рабочий день к черту.
Ему хорошо – он дома работает, отоспался днем и готов ко второму раунду. А мне лучше загладить свою вину сейчас.
Подошла, положила ладони ему на плечи, нагнулась и поцеловала, но он не отозвался, только дернул щекой.
Я вздохнула, обошла стул с другой стороны, плюхнулась ему на колени, взяла его руку и положила себе на грудь. Это сработало – он тут же ее стиснул и на следующий поцелуй уже ответил: прижал к себе, раздвинул языком губы… Но потом подозрительно посмотрел на меня:
– Ты же не хотела?
– А теперь хочу, – вздохнула я.
– Точно хочешь? – прищурился он.
Я потянулась к его ширинке, чтобы доказать. Но ему хватило и этого жеста.
От стола до кровати – два метра и один долгий глубокий поцелуй. И еще один – наполненный обещаниями, планами и желанием – уже на кровати.
Олег потянулся к изголовью, где лежали презервативы.
– Давай ты сверху? – предложил он.
– Я устала…
Но он закатил глаза, и я быстро кивнула:
– Давай!
Немного поморщилась, насаживаясь на него – внутри было еще сухо. Уперлась коленями в матрас и начала аккуратно двигаться, пытаясь поймать ритм, от которого не слишком уставала бы.
Олег накрыл ладонями мою грудь, двумя пальцами выкрутил сосок – я вскрикнула от боли.
– Слишком сильно? – озабоченно спросил он. – Прости, все время забываю, что ты такая чувствительная…
В какой-то момент мне показалось, что я поймала то самое ощущение, когда тепло начинает растекаться внутри живота, напряжение расти. Я закусила губу, сосредоточившись на этом чувстве, но тут Олег дернул меня за бедра, заставив прижаться к его груди.
– Давай так, мне так больше нравится.
Темп стал побыстрее, большую часть работы делал он, но ощущение ко мне так и не вернулось. Я двигалась скорее механически, стараясь ускориться, чтобы ему было приятнее, но после целого дня на каблуках, мышцы на ногах ужасно ныли, и я все время сбивалась.
Олег раздраженно рыкнул, перевернул меня на спину и быстро закончил, вбиваясь в меня со скоростью отбойного молотка. Мне казалось, в такие моменты он вообще забывает о моем существовании, как это ни смешно звучит. Уходит в какой-то свой мир, где есть выдуманная Ева, с которой он и сливается в экстазе.
Но потом жарко целует, говорит, что со мной на седьмом небе, я богиня, ему никогда ни с кем так хорошо не было – и я думаю, что опять насочиняла себе ерунду. Просто никак не могу поверить, что он нормальный, не мудак, как большинство моих бывших.
Вот и сейчас он обнял меня, положил пальцы на лобок и заботливо спросил:
– Помочь тебе?
– Нет, что-то сегодня не хочется, но ты продолжай спрашивать! – улыбнулась я.