Ветер в сердце (СИ)
Ели медленно, говорили много. Все больше о политике и новостях из столицы. Оля и вовсе бы заскучала, если б не радость от того, что она снова видит Антона. Они, отмечая, что другие заняты беседой, переглядывались и улыбались друг другу. И если было бы можно, то вообще покинули бы эту комнату и умчались вдвоем куда глаза глядят, лишь бы побыть наедине. Они и понятия не имели, что за ними ведется пристальное наблюдение. И что трое других мужчин не упускают ни одного их взгляда друг другу и только делают вид, что беседа им интересна.
— А что, Антон, — обратился к офицеру Полянский, перехватив очередной его пылкий взгляд в сторону своей дочери, — говорят, что его Императорское Величество снова войну затевают?
— Слухами земля полнится, — ответил Антон, который до этого в общей беседе почти не участвовал и только создавал видимость, что поддерживает разговор, — хотя, что до меня, то я не против повоевать с туретчиной.
— Значит, вы тоже считаете, что балканские земли должны принадлежать нам, а не османам? — настырно втягивал Андрей Александрович Антона в разговор.
— Насколько мне известно, императором такие цели не ставятся. — Теперь уже Антону было не до игр в гляделки. Он боялся прослыть профаном перед Ольгиным отцом и все свое внимание обратил вслух. Николай отчасти заинтересованный разговором, а отчасти чтобы отвлечь внимание Антона от своей невесты, тоже вставил свое слово:
— Думаю, такую войну мы запросто выиграем.
— И от чего же ты так уверен? — удивился Антон.
— Кто заступиться за османов? Они будут одни против нас, сильнейшей державы в мире.
— Ну не скажи, — не согласился Войковский и не заметил, как забыл про Ольгу, которая теперь начинала злиться. — Англичане всегда будут за тех, кто поможет им вытеснить русских с черноморского побережья. Да и французы нынче нас не жалуют.
— Вы не забыли, господа, что среди вас женщина? — остановила Ольга дискуссию мужчин. — Не хочу и слышать ничего о войне или о чем-то подобном.
Борис, имея на то свои причины, поддержал девушку и предложил ей насладиться припекающим солнышком на террасе. Николай, уверенный в том, что он ему не страшен, решил попридержать возле себя того другого.
— И правда, Оля, пройдитесь с Борисом. Он тебе что-нибудь почитает. Обсудите современную поэзию. А мы договорим и выйдем к вам.
Полянская, как бы невзначай, посмотрела на Антона, словно спрашивая его, согласен ли он с таким решением. Тот отвел от нее взгляд. Ольгу только раздосадовала его нерешительность. Она не взглянув больше в его сторону, встала со своего места. Мужчины поднялись, дождались, когда Борис уведет ее на улицу и снова сели за стол, чтобы за бокалом вина обсудить свои мнения.
Борис довольный, что все складывается ему на руку, усадил барышню на скамью открытой террасы и сам присел рядом. Оля вообще не знала о чем говорить с Заленским, она и вышла-то сюда с тем только ожиданием, что заставит так понервничать Антона. Он же, в свою очередь, если и приревновал, то виду никому не показывал.
— Ольга, вы так прекрасны, — признался Борис, — если бы не ваше скорое замужество, я бы сам просил вашей руки.
— Что ж попросите, коли так, — громко рассмеялась Оля, чтобы ее могли услышать в доме.
— Неужто вы не против?
— А почему бы мне быть против? Я все равно не решаю за кого мне идти. Может, вы отцу приглянетесь больше, чем Николя.
— Но ваш отец не раскроет мне вашего сердца. А мне нужна скорее ваша благосклонность, чем его.
Речи Бориса были так сладки, что показались Ольге чересчур приторными. Она скорее любила сдержанных мужчин, чем таких, которые всем и каждому раскрывают свои чувства. Но сейчас ей было скучно, и она не нашла ничего лучшего, как позабавить себя.
— Когда же вы успели проникнуться ко мне? — задала Ольга справедливый вопрос.
— Да с первой минуты, как увидел! Я из-за вас одной выписал себе отпускные дни и остаюсь, тогда, как весь мой полк покидает эти места.
Ольга удивленно посмотрела на Бориса, такого поворота она никак не ожидала. С одной стороны ей было приятно такое признание ее красоты, с другой, оно было ей совершенно не нужно. К тому же, что-то во взгляде офицера заставляло ее усомниться в его словах. Она молчала, не зная, что и ответить на его чувства, но ему ее слова и не требовались. Он, слегка вздрогнув, набрался смелости и взял девушку за руку.
— Я даже намедни написал вам несколько поэтических строк, — сказал Борис.
Ольга спохватилась и отняла ладонь. Ей было это не только неприятно, но еще и воспитание напомнило о себе. Сидеть здесь вдвоем с ним, в тишине летней террасы, тогда как ее отец, жених и человек, которому было готово раскрыться ее сердце, находились в двух шагах от них, было совершенно не разумно.
— Борис, прошу вас, — попросила она. — Боюсь, я не смогу ответить вам взаимностью.
— Вы просто пока не знаете меня, — уговаривал Заленский, — дайте мне шанс и время.
Оля теперь пожалела, что поддалась внезапной обиде и вышла с ним. А он продолжал смотреть на нее с обожанием и надеждой. Полянская отвела взгляд. Из окна послышались отчаянные споры мужчин о войне. Девушка снова надула губы. Она была так рада, что Антон приглашен в их дом, и никак не рассчитывала, что он будет проводить время с ее отцом и женихом. Из-за разочарования Ольга не заметила, как ее ладонь снова оказалась в руке Бориса. Он уже читал ей свое новое произведение:
— Богатый двор, степенный вечер,
Не ожидал, что вас там встречу.
Любой, кто раз увидел вас,
Забыть не сможет ваших глаз…
Со стороны дома послышались шаги и Борис остановился. Ольга надеялась, что это мужчины договорили и идут к ним, но услышала из окон гостиной их смех и поняла — кто-то из слуг понес им очередное кушанье. Заленский тоже это сообразил и продолжил:
— Мне не забыть ваш стройный стан.
Ваш звонкий голос негой стал.
Под солнцем, зноем иль дождем,
Вы для меня, как сладкий сон…
— Борис, постойте, — нашла в себе силы прервать его стенания Ольга, — я говорила вам ранее, что оценить поэзию мне тяжело. Я прошу вас… не нужно.
Полянская встала со своего места и поспешила снова в дом. Борис усмехнулся в сторону. Он решил себе, что она обязательно когда-нибудь сдастся. Ведь никакая дама, по его мнение, не в силах устоять перед поэмами в ее честь. Теперь нужно только дождаться, когда уедет Антон. Сейчас Полянская очарована его другом, но, как выражался сам Войковский, стоит девушке углядеть кого краше, и предыдущий любимый идет в топку. Борису вовсе не нужна была ее благосклонность, но уж больно его раздражало, что друг, как только увидел Ольгу, мгновенно пересмотрел свои взгляды. От чего-то захотелось доказать Антону, что он был прав тогда и внезапно переменившись, ошибся. Женщины действительно редко остаются верными. Разве что неуверенные в себе дурнушки, которых настоящий мужчина из принципа не станет соблазнять.
Ольга шагнула в прихожую и к своему удовлетворению увидела, что туда выходят мужчины.
— Ольга Андреевна, неужели вы надышались свежим весенним воздухом? — спросил Николя. — Окажите нам честь, прогуляйтесь с нами по саду.
Полянская, затаив на Антона обиду, взяла Николая под руку и мягко ему улыбнулась.
— Ну конечно! Я совершенно не против пройтись.
Спустившись с террасы, небольшая компания двинулась вперед по дороге, пролегающей средь невысоких вишен. Почки на деревьях наполнились жизнью и набухли так, что того и гляди поползут первые нежно-зеленые листочки. В воздухе стояла прохладная свежесть. Ольга куталась в белую шаль и жалась к Николаю, чтобы не замерзнуть. Шли по проторенной тропке вдоль сада. Откуда-то издали раздавались трели первого весеннего соловья. Черные грачики вернулись из-за морей на родную сторонку и оглашали округу своими криками. Сквозь черную землю пробивались свежие травинки и окутывали ее словно покрывало. Далеко в полях работники принялись за пахоту, и оттуда доносился густой запах чернозема. Ольга любила это время года за необыкновенно свежий воздух и за восторженные чувства в сердце, которые рождал в ней каждый приход новой весны.