Сталки. Затмение (СИ)

* * *
Деревня Сталочная, 19:17.
Когда между ними и берегом осталась всего пара рядов строений, Нурс вдруг сделал всем знак остановиться. Выглянул из-за угла одного из немногочисленных неповреждённых домов и увидел какие-то тёмные на фоне пожара тени, которые, судя по всему, закидывали снегом горящую постройку. «Наверное, это те самые, которых я заметил с северной окраины, — подумал велк. — Попробовали в одном месте, не получилось — переключились на другой дом… Только не потушат они ничего. Зря время теряют…»
И он вышел из-за угла и, не обращая внимания на бессильных что-либо изменить «пожарных», направился к небольшой толпе, которая виднелась в просвете между крайними домами с юга.
Там действительно стояли в основном дети — десяток плачущих, сбившихся в кучку фигурок разного роста. Рядом стояли двое солдат и… велк Зор, который что-то негромко втолковывал маленьким жертвам сегодняшнего кошмара.
— Эй! — решился крикнуть Нурс и вышел из-за домов, размахивая руками над собой.
Бойцы в тот же миг развернулись в его сторону, нацелив на него свои ружья.
— Да это свой! Не стреляйте, — сказал им Зор, что-то тихо сказал детям и повернулся к Нурсу и выходящим следом за ним Ласу, Плющу и Ксюне. — Вы выжили. Хвала Первосталку…
— Знаешь же, что его не существует, — ответил Нурс, пожимая руку коллеге по Совету. — Если б он был, он бы не допустил того, что произошло сегодня… Это все? — спросил он, указав подбородком на группу детей чуть в отдалении.
— Да, — глухо сказал Зор. — Круза застрелили зелёным лучом из леса. Прочих велков убили те в чёрном. Остальные… сам понимаешь… Я скрывался от нападавших за домами, а когда увели всех «бунтарей», я стал обходить все дома и выводить оттуда детей на берег, подальше от огня, и лишь затем вышел сам… Больше никому помочь я не смог.
— Не вини себя: никто бы не смог…
— От этого не легче.
Велк Зор повернулся к Ласу, Плющу и Ксюне, стоявших в сагни от них с Нурсом чуть в стороне и ближе к остаткам деревни. Шагнул навстречу. По очереди вперил в каждого тяжёлый испытующий взгляд.
Никто не отвёл глаза. Молодые сталкеры выдержали взор бывшего наставника с таким же каменным выражением на лицах. Ксюня посмотрела на Зора снизу вверх, чуть испуганно и растерянно, словно бы прося чего-то. «Не утешения, — понял велк. — Надежды».
— Это не навсегда, Ксюня, — сказал он, обращаясь к сталочке и пустив в голос всю ту силу, которая обычно убеждала жителей сильнее любых его слов. — Они уничтожили всё, что представляло здесь хоть какую-то ценность, и забрали тех, кого хотели. Больше им незачем возвращаться. Но если и вернутся, мы будем к этому готовы. Солдаты говорят, что у них с базы почти все смогли спастись и скоро прибудут сюда. Вот увидишь: мы выживем. Обязательно.
— Спасибо, велк Зор, — прошептала Ксюня, шагнула к нему и обняла его — не как Ласа, а как своего умершего несколько лет назад отца.
«В знак благодарности, — решил велк, обнимая её как дочь, которой у него никогда не было. — За то, во что никто из нас не верит, но в чём я попытался её убедить».
В этот момент Плющ кашлянул и сказал:
— Похоже, сюда кто-то идёт. По восточной окраине.
Велк Зор отстранил от себя Ксюню и вместе с остальными повернулся туда, где между горящей деревней и взорванным перелеском шли ко всем две фигуры в чёрном, таща кого-то под руки.
Когда они приблизились, стало видно, что на безвольном теле в руках у солдат — тёмно-зелёная одежда эколога.
Один из бойцов, стоявших около кучки детей, которые теперь уже не плакали, а с интересом, как и все, смотрели на «конвой», пошёл навстречу группе. Сталки ничего не услышали, но Плющ подумал, что солдат, вероятно, говорит со своими по внутреннему каналу.
Догадывался молодой сталкер и о том, что по этому каналу в данный момент звучало.
«Назовитесь. Кто это с вами?»
Солдаты сообщают свои имена и звания, а один из них говорит:
«"Зелёный". Был в лесу. Напал на нас, пришлось вырубить».
После взрыва лагеря эколог, которого притащили из леса, с северной стороны, показался Плющу очень подозрительным. Тем более, что, присмотревшись, сталкер узнал его в лицо.
И, по всей видимости, трупом эколог не был. А иначе зачем его было тащить сюда?..
«Похоже, кое о чём мы слишком долго не догадывались», — подумал Плющ.
Он не подозревал, что не догадывается о чём-то не менее важном. О чём-то, что могло изменить его отношение к людям куда сильнее. И в частности, к…
  
Часть 1. Нападение: 3. Вечер. Космос
 
Спутник Сталкерры, 19:23.
Коммуникатор завибрировал, когда этот человек вышел из дополнительного жилого сектора, где только что были завершены приготовления к прибытию новой партии людей, и по полутёмным коридорам направился в сторону шлюзов.
Шумно выдохнул (не вовремя побеспокоили), щёлкнул пальцами, переключая тем самым трансляцию вызова в микроимпланты-наушники и активируя микрофон, вживлённый в нижнюю губу.
В кабинете этот человек предпочитал разговаривать по громкой связи, непосредственно через браслет, поднесённый к лицу. Но в данных обстоятельствах он не хотел, чтобы разговор был слышен всем, кто подошёл бы достаточно близко. А в микрофон можно было и шептать.
Выдохнул в бусинку-имплантат:
— Слушаю.
— Обнаружен федеральный крейсер, вошедший в систему, — раздалось в наушнике без всяких предисловий. Порядок, заведённый десятилетия назад. — Скорость — около сотни световых, снижается. Направление — точно на нашу планету. Расчётное время прибытия с учётом выключения варпа и гашения инерции — десять-пятнадцать минут. Ждём указаний.
— Гравидеструктор — готовность номер один. Ждать приближения крейсера на расстояние поражения. Докладывать каждые две минуты. По моей команде — огонь.
— Есть.
Вновь щёлкнул пальцами с пьезоэлементами на подушечках, выключая микроимпланты. Подумал: «Надо бы поторопиться: модуль прибывает через несколько минут…» — наклонился и выключил магнитоступы. Оттолкнулся от стального покрытия пола и понёсся вперёд десятиметровыми прыжками, стремясь поскорее оказаться там, где его присутствие было необходимо.
* * *
19:25.
В модуле было тесновато: он не был рассчитан на штатное перемещение одновременно штурмового отряда, «пассажиров» и пленной. Конечно, свободное пространство оставалось, но очень немного.
Все разместились на сиденьях: боевики — по одному, сталки — в среднем по трое на два места. Зелма валялась на полу, всё ещё не подавая признаков активности; десант посчитал, что разведчице, тем более в отключке, место не нужно.
Модуль управлялся автоматически; когда все загрузились — там, на планете, — один из бойцов нажал какую-то кнопку на стене, и аппарат стартовал. Это была стандартная программа возвращения на их базу, продолжительностью около получаса, как отрывисто сообщил он сталкам в ответ на их вопросы.
Теперь время пути практически истекло, и все с нетерпением ждали, когда модуль войдёт в шлюз и люк вновь распахнётся, открывая всем дальнейшую судьбу на конец суток. Боевики ожидали путь по коридорам до жилого сектора и заслуженный отдых, а сталки… Первосталк знает, чего они в тот момент ожидали. Наверное, что им расскажут о происходящем и о предстоящем, что как-нибудь оправдают то, что случилось менее часа назад с деревней…
Послышался металлический стук, негромкий скрежет, потом шипение. Замигала лампочка на стене рядом с кнопкой, но вскоре вновь погасла.
«Повстанцы» затаили дыхание. Что сейчас они увидят?..
Наконец, всё затихло. Один из бойцов поднялся с сиденья, подошёл к люку, повернул тугое стальное кольцо и толкнул вперёд дверь модуля.
Остальные фигуры в чёрном тоже начали вставать и по очереди выходить наружу. Кто-то сказал сталкам: «На выход», — и жители также стали подниматься и под контролем боевиков покидать модуль. Двое бойцов подхватили на руки тело Зелмы и пошли следом за всеми.