Г 2 (СИ)

Рино не стерпел:
– Чего это?
Я даже не взглянул в его сторону:
– Ты предпочитаешь красное вино и мясо, а в сладком полный невежа: что дадут, то и съешь. Вкус Риолы я тоже знаю.
– А вот здесь, – друг подался вперёд за столом, – поподробнее.
– Побольше взбитых сливок или орехов. А если и то и другое, то успех пирожному гарантирован!
– Ладно, – голос Риолы оказался наполнен смехом. – Будем считать, что ты почти попал, а муж запомнил. Маро, ты что решила?
Я замер, с колотящимся сердцем ожидая ответа.
– Ближайший час я вполне свободна.
– Замечательно!
Помогая Маро снова сесть, я придержал стул и сел рядом – так близко, как это позволяли приличия:
– Итак? – повернул голову, снова глядя в её глаза. – Предлагаю отбросить формальности и перейти на ты.
– Хорошо.
Девушка улыбнулась, а я сделал следующий шаг.
– Твой совет? Что мы с тобой закажем?
– А мы?
– Что вы? – я недоумённо поглядел на ошарашенного Рино. – А вы будете пробовать и говорить, как всё это вкусно, нахваливая наш выбор. Я сегодня угощаю.
Горячий чай, воздушные вафли и помощь Риолы сделали эту встречу в ресторанчике воистину чудесной. Девушки много смеялись и шутили, Рино сыпал остротами. А вот у меня вскоре пропал запал: я лишь улыбался, стараясь участвовать в разговоре и даже шутить, но большую часть времени просто исподтишка любовался Маро. Меня интересовала лишь она и всё что с ней связано.
– Как вы познакомились?
Риола пожала плечами:
– Я приболела после приезда сюда, вот в госпитале и встретилась с Маро.
– Ты медик?
– Да.
– Лэр? – я спрашивал с некоторой опаской: бывало, люди обижались на такой прямой вопрос.
– Нет, – Маро махнула рукой. – Хотела, не стану скрывать. Но обряд совершеннолетия показал – нет, не моя судьба.
– Бывает, – я улыбнулся, подбадривая девушку. – У меня отец тоже простой мастер.
– А ты сам?
Я растерялся от столь простого вопроса. Почему-то не хотелось говорить о своей службе.
– Я товарищ Рино, – я говорил медленно и не сводя с неё глаз. – Только служу во второй бригаде. И я маг.
– Достойно, – улыбка девушки была всё так же проста и приятна. – Ты там будь аккуратней и к нам не попадай.
– Так точно!
К сожалению, всё хорошее рано или поздно заканчивается. Мы перепробовали половину сладостей из меню и больше в человека просто не могло вместиться. Да и от разговоров начали уставать: посиделки продлились уже гораздо больше часа, а часы на улице пробили четыре.
– Ну что же, – друзья улыбались. – До встречи.
– Отлично посидели, – я кивнул, крепко сжал руку Рино, обнял на прощание Риолу и повернулся к Маро. – Тебе в ту сторону?
Вопрос был риторическим, ведь она не пошла с ними, а значит ей в другую сторону обвода.
– Пятнадцатый сектор.
– Я провожу тебя.
Я не узнал свой голос, так волновался в эту секунду. Не дожидаясь ответа, выставил локоть, предлагая опору. Маро помедлила лишь мгновение. Мучительно долгое для меня. И положила тонкие пальцы мне на руку. Мы шли уже десять минут, когда я всё же решился:
– Я бы хотел увидеть тебя завтра.
– Завтра не могу.
Маро бросила на меня короткий взгляд.
– У меня дежурство.
Я постарался незаметно перевести дыхание и уточнил.
– Ближайшие четыре дня?
– Это уже лучше. Давай вечером послезавтра.
– Предлагаю в двенадцатом секторе в парке. Там начали продавать шикарные печёные яблоки с мёдом.
– Уже свежие яблоки?
– Лето близится к концу. В Милоре они даже раньше спеть начинают.
– А ты откуда?
– С окраин Уорда.
– Далеко. А я почти местная. Граница провинций Пеленор и Сакор. Удобно, – девушка рассмеялась. – При желании могу называться местной и там, и там.
– Забавно.
У меня была ещё тысяча вопросов, которые казались совсем не к месту в компании, но вот сейчас, с девичьей ладонью на своём предплечье, они легко срывались с языка. К сожалению, крепость Пеленор оказалась слишком мала.
– Я живу здесь.
– А это?
Я оглядел четырёхэтажное здание с вытянутыми в высоту окнами. Забавный вид и запоминающийся.
– Доходный дом для служащих.
Вздохнув, с неохотой спросил:
– Ну что ж?.. До послезавтра?
– Да, до встречи…
– Может быть… я зайду за тобой сразу сюда?
– Не стоит. Жди меня у входа в парк.
– В пять?
– В пять.
Даже не помню, как я вернулся к себе. Мгновение и уже дома, словно использовал магический транс, который сжал час в секунды.
Оглядел свою квартиру: неделю после выхода я прожил здесь и всё было хорошо. Но не сегодня.
Не сегодня!
К тёмному!
Здесь невозможно находиться!
Я носился по комнате, собирая вещи. Их оказалось неожиданно много. Оброс вещами… Нужно бы их ополовинить. Всё что покупалось вместе с Налией – к тёмному! Все памятные вещицы – в пепел!
Остановил уже занесённую руку с фигуркой девы-стража. Это чересчур. Довольно и того, что оставлю эту историю жизни за спиной. Вернул статуэтку на полочку, а через час уже отдавал ключи управляющему и подводил итоговый расчёт.
– Уважаемый, помогите советом.
Пожилой мужчина смерил меня взглядом из-за высокого бюро.
– В пятнадцатом секторе есть доходные дома, кроме четырёхэтажного для служащих с высокими окнами?
– Нет.
– А какой ближайший?
– Четырнадцатый. Десятая линия.
– Огромное спасибо.
Я вышел под темнеющее небо. К новой странице своей жизни, с которой на меня глядели сияющие смехом серые глаза.
Через два дня, у парка, они оказались даже ярче, чем во снах.
– Как же вкусно!
Я поспешил дать Маро платок. Яблоки таяли на языке и истекали соком в руках.
– Ещё?
– Обязательно!
Мы сделали круг по аллее, возвращаясь к навесу.
– Уважаемая, – девушка меня опередила. – Примите мою благодарность. Не знаю, как вы это делаете, но, судя по всему, вы, похоже, лэрила и ваш стихия – кулинария!
– Красиво сказала, девочка, – засмеялась торговка. – И почти угадала. Жаль только Создательница позабыла создать такую стихию. Иначе я бы с удовольствием поборолась за титул мастера.
– Нам ещё два.
Я с улыбкой протянул монету и получил лакомство на деревянной шпажке. Ещё горячее, пахнущее мёдом и специями. Протянул Маро, но придержал, не дав забрать.
– Отдаю за улыбку.
Улыбка её была чудесна…
Такими же оказались и все дни с ней. Тот странный транс словно существовал на самом деле и сжимал недели разлуки в единые мгновения. Жаль и время, проведённое вместе, пролетало так же быстро, сменяя дни в калейдоскопе встреч.
Я вдохнул аромат волос и спросил.
– Ты часто бываешь за стенами крепости?
– Честно?
– Думаешь, здесь стоит лукавить?
– Ладно, я пошутила. Простишь?
Мы сидели в совсем крошечном парке возле госпиталя – буквально десять деревьев треугольником и потрясающей густоты трава. Устроили место под кроной на моём камзоле, прислонившись спинами к стволу, плечо к плечу. Маро повернулась ко мне, а я поглядел на эти лукаво улыбающиеся губы и со вздохом признался.
– Одной улыбкой обойтись не выйдет.
Ресницы девушки дрогнули, на миг скрыли глаза и открыли их, искрящиеся весельем и… радостью?
– Куда же деться бедной девушке? Вечно мы страдаем за свои ошибки.
Губы её были нежными и сладкими. Лучше любого мёда. И оторваться от них я сумел, лишь когда на грудь надавила девичья ладошка.
Маро перевела дух, грудь её часто поднималась. Да и у меня сердце частило… Я обхватил её пальчики и сжал в ладони, напомнил, любуясь глазами:
– Я тебя простил.
– Редко. Пару раз с подружками выбирались на дальний перевал, откуда открывается вид на шпиль Лаота и к зелёной долине.
– Отлично.
Я был рад, что долина точно вычёркивается из списка: мне даже не нужно будет выдумывать оправдание своему нежеланию туда ехать. Маро мило надула губки: