Проповедник (СИ)
— Ого, неожиданно, а как же конкурент?
И я поделился со Славкой произошедшими в моей жизни переменами. Он внимательно выслушал меня, а затем скептически хмыкнул:
— Тебе не кажется, что все это попахивает дерьмецом? Люди не меняются, Андрюха. Тем более такие, как твой мажорчик.
— Честно — не знаю. Не верится мне, что влияние Чернецова смогло превратить группу в сборище первоклассных актеров. Да и ребятки там непростые, хоть Серега и птица высокого полета, просто так плясать под его дудку они не станут. Одно дело молча присоединиться к бойкоту, толком не зная человека; и совсем другое сквозь силу общаться с кем-то, ради кого-то.
— Ну, тебе виднее.
— Все давай, Славка, я в душ и наряжаться. Будь другом, забронируй два билета на "Мстителей", желательно ВИП места в нормальном кинотеатре.
Выскочил из душа, погладил вещи. Позвонил Полине и назначил встречу в Парке Горького. С нетерпением дождался условленного времени, и отправился на свое первое настоящее свидание в жизни. По дороге купил симпатичный букетик.
На месте оказался на пятнадцать минут назначенного времени, выбрал лавочку, отправил Полине примерные координаты.
Полина пришла без опоздания:
— Привет, Андрей.
О боги, как же она хороша! Вроде бы и одета не броско — легкая юбочка до колен и блузка, туфельки без каблука. Но как же все это на ней смотрелось, не говоря уже о ладной упругой фигурке и красивом личике.
— Привет, Полина. — я протянул цветы.
— Андрей, ну зачем лишние траты! Не стоило конечно, но, все равно, спасибо, мне очень приятно!
Она взяла меня под руку, и мы отправились гулять по аллее.
Я переживал, что не найду тему для разговора, но Полина казалось могла говорить на любые темы. Мы болтали про игры, про детство, нашли много общих интересов. Вся моя неуверенность улетучилась неизвестно куда.
Я спросил ее о родителях. Полина резко погрустнела. Я заметил это:
— Поль, тебе неприятно об этом говорить? Извини, тогда я расскажу о своих.
Я рассказал о матери, о том как она меня растила одна. Когда я упомянул о погибшем отце, она резко остановилась и с блестящими от влаги глазами произнесла:
— Моя мама умерла, когда я только пошла в школу.
— Извини…
— Не извиняйся, ты ведь тоже прекрасно понимаешь, что это такое. — Она достала платок из сумки и вытерла слезы. — Все нормально. Отец это все, что у меня осталось. Он у меня ученый-кибернетик, работает на Правительство. После смерти мамы он очень переживал и весь ушел в работу, сказал что готовит какой-то революционный прорыв в технологиях. А еще он обещал, что благодаря его работе я очень скоро смогу полетать на драконе по настоящему! Я их с детства люблю. — Она заулыбалась и добавила: — Я сейчас наверное как дурочка выгляжу, да?
На меня накатила волна эмоций. Какая же чистая и прелестная девчонка! Без заносчивости и пафоса. Я не удержался и протянул руку к ее лицу, поймал катящуюся слезинку. Она взяла меня за ладонь и легонько прижалась к ней щекой:
— Кажется, мы опоздали в кино.
Я достал мобильник и понял что фильм идет уже час. Но меня это меньше всего интересовало. То, что я переживал внутри, не шло ни в какое сравнение с фильмом.
Я взял ее за руку, она легонько сжала свою ладошку в моей и мы гуляли до самой ночи. Проводил до подъезда. Мы долго стояли и молчали. Откуда-то не вовремя вернулась неловкость. Мне безумно хотелось поцеловать эти манящие губы, но я не решался. Наконец она отстранилась:
— Андрей, я знаю о чем ты думаешь, но не хочу никуда торопиться. Все было просто волшебно. Давай прощаться, — она встала на цыпочки и чмокнула меня в щеку, а затем одними губами прошептала, — Все впереди, не спеши.
Дошла до подъезда, открыла дверь и обернувшись улыбнулась:
— Мне сегодня было по настоящему хорошо. Спасибо за вечер! — И исчезла за дверью.
Я как ребенок пустился в пляс. Сердце пело, неужели все получилось!
Вышел на дорогу, поймал такси и поехал домой. От эмоций мне не спалось, а потому до рассвета я просидел за компьютером, собирая всю информацию по игре.
Глава 4
Интерлюдия II
Ночь. Район Остоженки. Квартира Чернецовых.
Сергей Чернецов не спал. Все его мысли занимала Полина и невозможность общения с ней. Сегодня днем он чуть не сорвался, когда Коротких записывал ее номер. А как она на него посматривает! Гребаный отец, придумал неизвестно чего! С какого перепугу эта девушка вообще его интересует? Плохо ты меня знаешь папа! Сергей встал и на цыпочках направился в отцовский кабинет. Дома все спали, толстые дорогие ковры на полу глушили звуки шагов. Сергей потянул ручку двери — заперто. Он все так же тихо прошел к гардеробу и сунул руку в отцовский пиджак. Есть! Связка ключей лежала во внутреннем кармане.
Сергей отпер кабинет и прошел внутрь, а затем щелкнул включателем настольной лампы. Ну и где искать? А главное — что искать? Кипа бумаг, портфель. Сергей полазил в портфеле — ничего подозрительного. Порылся в ящиках стола. Черт, самый верхний заперт. Ничего, ключи все на одной связке. Так, вроде этот. Что тут у нас? Телефон с отсоединенными батареей и симкартой. Странно, у отца штучный Верту, а это какой-то недорогой простенький смартфон. Включим и посмотрим. Имена, номера, смсок нет. Не густо. Стоп! Рекордер звонков. Сергей прослушал последний звонок и побледнел. Первый порыв — отбросить телефон, но любопытство оказалось сильнее. Взгляд упал на наушники, Сергей уселся поудобнее, включил гарнитуру и стал слушать звонок за звонком.
Чернецов-старший ворочался. Какое-то тревожное чувство разбудило и не давало снова заснуть. Аккуратно, чтобы не разбудить жену он поднялся с кровати, накинул халат и вышел в коридор. Из под двери его кабинета пробивался тусклый свет. Он вернулся в спальню, вытащил из тумбочки пистолет и тихо подошел к двери. Резким рывком открыл дверь и выставил дуло перед собой. В кресле сидел его сын в наушниках.
Сергей увидел отца с пистолетом, вскочил, перевернув кресло, и дрожащим голос произнес:
— Ты застрелишь собственного сына?
Чернецова-старшего не на шутку пробрало. Он собрался с мыслями и тихо ответил:
— Тише, мать разбудишь, — убрал пистолет в карман халата и сел на край дубового стола, — Ну что, сынок, захотел во взрослые игры поиграть? А кишка не тонка?
Сергей растерялся. Только что он рисовал в своей голове как выставит отцу ультиматум насчет Полины, но вот отец здесь, знает что сыну все известно. И тем не менее ведет себя как кот перед мышью, загнанной в угол. Сергей собрался с мыслями и начал:
— Папа, я знаю, что ты не последний человек в государстве, — начал он, — и что тебе иногда приходится делать не совсем правильные вещи. Я твой сын и то, что я услышал не узнает ни одна живая душа. Если бы я знал о том, что узнаю сегодня, я бы никогда не пошел на это. Просто позволь мне вести себя немного свободнее. Я не подставлю тебя больше никогда. Теперь я знаю, что с Полиной мне ничего не светит. Но позволь самому определить вектор поведения с этой деревенщиной. Обещаю, что он не пострадает физически.
Министр задумался:
— В принципе, уже все решено и особого вреда твои действия не нанесут, если не привлекать лишнего внимания. Поступай как считаешь нужным. Своей цели я достиг…
В субботу утром я проснулся от звонка. Звонили с незнакомого номера:
— Алло, — сухие связки плохо слушались.
— Ну ты и спать! — послышался бодрый голос Чернецова.
— Да готовился всю ночь, прочесывал всю что доступно по "Альтерре".
— Это хорошо, что готовился. Говори где тебя забрать, на даче ты у меня не был. Заеду за тобой.
Я продиктовал адрес, а затем спросил:
— Что брать с собой?
— Себя и одежду.
— Понял, набери как подъедешь.