Изнанка Истины (СИ)

Ну, и разумеется, сама каторга и прилегающие к ней территории — правда, совсем небольшие — это тоже выполнено на совесть и по всем правилам. Однако Копи — это только три горы и хорошо, если десятая часть всей Седоны. А остальное?! Прочие горы, ущелья, дороги, границы лесных массивов…  Они есть — грубые, ровные линии, безликие и бесформенные, не говорящие почти ни о чём. Такое впечатление, что их рисовали попросту «со слов»… 
Одна из подобных «схем» оказалась размечена тонкими границами. Как я понял, тоже примерно — но всё же хоть что-то…  Я вгляделся в полустёртые руны, разбирая названия. Дэ-ри…  Са-мэй-и…  Рэ-и…  Всего с полторы дюжины местностей.
Территория, подписанная «Рэи», захватывала каторгу, прииски и основательно углублялась в леса. Она была одной из самых больших, наравне ещё с двумя.
«Рэи Ранамон» — всплыли в памяти слова Тиры, — «глава одной из местных общин». Да, очевидно «Рэи» — так называется община, которую возглавляет наш проводник-псоглавец. Значит, эта земля принадлежит его племени?…  Надо будет уточнить у лейтенанта… 
Скрипнула лестница, и я поднял голову от стола.
Тира, пошатываясь, спускалась вниз, тяжело опираясь о перила.
Я бросился к ней, подхватывая под плечи. Благодарно кивнув, принцесса обняла меня за шею, без лишних церемоний позволив поднять себя на руки — лишь устало прикрыла глаза…  Я бережно снёс свою ношу вниз, устроил в мягком кресле.
— Воды?
— Можно…  — откликнулась Тира, так и не открывая глаз.
С видимым наслаждением она отпила несколько глотков из поданного мной стакана, после чего с лёгкой улыбкой взглянула на меня:
— Альтар…  Что я в тебе ценю, притом безмерно — ты никогда не засыплешь вопросами. Даже, если при этом умираешь от любопытства… 
— Ты же затем и спустилась, — хмыкнул я под нос. — Чтобы рассказать… 
— Ага, — кивнула принцесса. — И ещё потому, что позорно сошла с дистанции…  Твои друзья не в пример более сильные чародеи, как ни прискорбно мне это признавать.
— У вас получилось?
— Да…  Уверена, что да, — Тира кивнула, и я перевёл дыхание. — Шаэриэнн — молодец. А Антонио — ещё больший…  Идея была эльфийкина — а маг осуществил её просто блестяще!… 
Она огляделась вокруг.
— Вон там…  Видишь, у шкафа, мышеловка? Дай её мне… 
Я аккуратно подал принцессе маленький пружинный «капкан». Тира приняла его на ладонь. Взяла со стола карандаш и легонько ткнула наживку — маленький кусочек сыра, заставляя стальные «челюсти» с лязгом захлопнуться, сжав добычу.
— Видишь? Это и есть «барьер». Убрать его совсем мы не сможем, да и нельзя — иначе те, кто ставил эту «ловушку», быстро поймут, что лейтенанта «освободили», а это наш провал. Поэтому…  Мы оставили его, как есть, за исключением маленьких манипуляций… 
Она снова взвела мышеловку и, легонько вывернув пару пружин у самого основания, коснулась кусочка сыра указательным пальцем. Капкан остался неподвижным.
— Вот. Тонио тоже нашёл такие «пружинки» и обезвредил. Теперь барьер вроде бы и цел — да толку от него мало. «Болезнь» лейтенанта он больше не спровоцирует — придётся ему симулировать приступ, если его «контролёры» заподозрят неладное…  Но думаю, это всё же не понадобится, — она устало улыбнулась, — Ну какой дурак лезет пальцами во взведённую им самим мышеловку?… 
Лейтенант Ярош в компании Тонио и Шаэ спустился по лестнице через пол-оры. К этому времени Тира уже успела немного передохнуть, а маги хоть и выглядели «взъерошенно», но всё же не такими измотанными, как она.
Время поджимало — хотя барьер удалось обезвредить довольно быстро, всё же слишком «загоститься» у нас лейтенанту не стоило. Понимая это, Ярош торопливо заговорил:
— Мне известно не так много. Но вы будете знать всё то же, что и я. И имейте в виду — я готов оказать вам любую помощь, как только это потребуется… 
… Шесть лет назад Нико Ярош прибыл в Седонские Копи в отряде пополнения имперских солдат, имея звание сержанта. Способный молодой офицер быстро поднялся по службе, получил повышение и железной рукой принялся наводить порядок в достаточно запущенном и расхлябанном гарнизоне. Но, очевидно, к тому времени его приметил не только капитан, с радостью сбросивший на Яроша всю свою повседневную работу. Лейтенант ещё только начал осматриваться вокруг и понемногу понимать, что не всё на Копях происходит так, как видится из Срединной Империи, когда однажды капитан Легран вызвал Яроша к себе и приказал лично сопровождать господина Смотрителя Копей на торжественную службу к местной Святыне… 
 
— К Святыне? — не удержавшись, переспросил я.
— Да, — наклонил голову Ярош. — Это место на горном плато некогда было для псоглавцев священным. Они почитали какие-то безобидные силы природы вроде ветра или дождя…  Но после того как псоглавцы вступили в Империю и приняли нашу веру, на месте бывшего святилища с оберегами поставили изображения Яроша и Таргоса, возвели небольшой храм. В общем, верхушка нашего общества время от времени наведывается туда по церковным надобностям. На тот момент ничего дурного я даже не заподозрил… 
… Церковная служба прошла без сучка и задоринки. После неё, как водится, Светлый Жрец — возведённый в сан псоглавец — поднёс каждому освящённого вина. Получив свою чашу, Ярош сделал глоток…  и всё поплыло у него перед глазами.
Дальнейшее он помнил очень смутно. Откуда-то взялись несколько Орденских магов, взявших его в кольцо и приказавших следовать за ними. Он вяло пытался сопротивляться, однако это было глупо и безнадёжно… 
Прямо возле церкви их встретил другой псоглавец, до той поры Ярошу не знакомый. Он отошёл к зелёной стене кустарника, в изобилии растущего вокруг, что-то приказал или произнёс…  и ветки растений сами собой раздвинулись, открывая дорогу. Яроша заставили ступить на неё и пойти вперёд…  Он не чувствовал ни времени, ни направления — только сплетённые ветви вокруг и над головой, при этом ни одна из них ни разу не коснулась его. Через какое-то время — лейтенанту показалось, совсем недолгое — кусты точно так же разошлись на небольшой проплешине в густом лесу. Лейтенант осознал себя стоящим у подножия огромной стены, сложенной из гигантских каменных блоков… 
Следом за Ярошем выступил псоглавец. Он коснулся ладонью шероховатой поверхности камня — и на глазах изумлённого лейтенанта в стене «протаяла» брешь, способная пропустить высокую широкоплечую фигуру. Псоглавец неподвижно застыл у отверстия, пропуская пленника и магов, шедших следом, и отправился за ними, замыкая цепь.
Место, где они оказались, походило то ли на храм, то ли на рукотворную пещеру. У Яроша, и без того нетвёрдо стоящего на ногах, вскоре зарябило в глазах от резких сводов, теряющихся в туманной дымке, топорщащихся со всех сторон каменных «сосулек», постоянно меняющихся уровней…  Однако конвоирующие его чародеи, определённо, хорошо знали путь, потому что совсем скоро очередной «коридор» вывел их на поверхность земли к огромному озеру, заполнившему каменный котлован.
На ближнем берегу их уже ждали — там суетились несколько псоглавцев, людей…  Кажется, среди них была и пара лиц, мельком виденных Ярошем среди заключённых — однако воображение лейтенанта поразила одна-единственная картина, от которой он, как ни силился, не мог отвести взгляд.
Посреди озера, на широком круглом камне, находилось нечто, напоминающее исполинский сужающийся кверху сосуд. Узкое горлышко устремлялось куда-то высоко в грязно-серое небо, на котором вопреки природе и здравому смыслу не было ни единого облачка, ни светила. А внутрь прозрачной колбы с самой высоты сочилась и сочилась бесконечная тёмная струя не то воды, не то песка, уже успевшая заполнить сосуд более чем наполовину… 
Что это было, лейтенант так и не понял…  Однако первобытный ужас, накативший на него при виде этого действа, Ярош с содроганием вспоминал и теперь. Этот страх заполнил собой всё его существо, затмив всё остальное, включая и детали странного ритуала, проводимого псоглавцами и магами. Ему что-то приказывали — он подчинялся, о чём-то спрашивали — он отвечал…  В какой-то момент он просто лишился сознания. А когда пришёл в себя — с изумлением осознал, что лежит в своей комнате в собственной постели, и ровным счётом ничего не помнит, кроме отголосков этого всепоглощающего страха…