Хидар и Хаф (СИ)
- Откуда идет вещание?
- Пятеро уманов. Сорок шесть ваших километров вниз по реке.
Пятеро?! Всего пятеро? Неужели остальные погибли? Или просто разделились? Так, момент. Почему они так близко? Времени прошло море - декада! Неужели за десять дней они только на сорок шесть километров отплыли? Странно.
- Давно за ними следишь?
- Нашел на второй день.
- И навесил маяк?
Хаф передернул плечами, глухо спросил:
- Ты была с ними?
- Мои знакомые. Остальные где? Погибли?
Он чуть заметно кивнул, не отрывая взгляда от обзорного экрана, на котором разматывалась темная лента реки.
- Второй транспорт свернул в малый рукав пять дней назад. - короткое молчание. - Они были в деревне.
Вот значит как.
- Они...
- Мертвы.
Непробиваемая уверенность.
- Из них...
- Нет.
Я смотрела на яута, даже не зная, что и сказать. Он их убил. Пристрелил из ароста. Убил своими руками! Я не могу назвать их друзьями. Не было у меня друзей. Но все же этих людей я знала хорошо. А теперь их... нет.
- Смерть была безболезненной?
Кивнул, чуть повернув голову.
- Они... видели?
- Да. - яута-те ответил вслух. - Они видели нападение. Поняли.
Я закрыла глаза, массируя веки. Злиться на Хафа? Бессмысленно и глупо. Он сделал то, что должен был.
- Они давно были в той деревне?
- Прибыли днем. Ночью напали.
Вот как... Пол дня.
- Ннан"чин"де...
Яут повернул голову, чуть склонил набок.
- Спасибо, что рассказал.
Хаф кивнул и вновь перевел внимание на обзорный экран. И никаких внешних проявлений чувств. Статуя, а не живое существо. И ведь не скажешь, что под бесстрастной оболочкой кипят эмоции! Я видела эти крохотные, практически мимолетные проявления: легкое подёргивание кончиков когтей, резковатые движение, напряженные, чуть сильнее обычного сжатые на штурвале пальцы. Он нервничает.
Я тронула его руку.
- В следующий раз говори такие новости сразу. Я не буду делать глупости. Я понимаю границы наших возможностей.
Хаф совершенно по-человечески вздохнул.
- Моя ошибка.
- Ошибка? Сомневаюсь. Ты хотел уберечь меня от этого знания?
- Возможно.
Впервые яут ответил обтекаемо. Возможно.... Как же! Он точно знает, чего хочет или чего не хочет! Но не факт, что скажет. Вся моя интуиция буквально верещала, что сегодня - очень важный будет вечер. Этот полет, эти откровения...
Перегнувшись через подлокотник, я тронула его за предплечье.
- Хаф, я могу помочь брату? Если он... выжил.
- Да.
Он не повернулся, продолжая смотреть на экран, хотя я прекрасно знала, что его маска держит небольшую картинку в углу зрения, куда идет параллельное вещание со стационара атта. Он ВСЕГДА видит обзорный экран.
И тут меня осенило!
Он дает мне шанс вернуться к людям! Наступил себе на горло, наплевал на законы и традиции ради того, чтобы дать мне выбор! Не просто так он полетел спасать кучку уманов, на которых ему, по большому счету, плевать! Он понял, кто они такие. И дал возможность мне принимать решение!
- Ннан"чин"де...
Он повернул голову, вопросительно глядя на меня. Я уж не знаю, чего он от меня ждал. Уговоров? Просьб? Истерики? Я что - дура? Не спас? Значит, не смог! Я просто на мгновение представила, что он бы погиб, пытаясь спасти моих знакомых.... Я бы этого не простила. Ни им, ни себе.
Едва удалось смешок сдержать. Спросила, чуть сжав его предплечье:
- Когда ты начнешь делать себе нормальное оружие?
Он вздрогнул всем телом. И расслабился. Я видела, как его отпустило. Словно мои слова ослабили туго взведенную пружину.
Как же хорошо общаться с тем, кто тебя понимает с полуслова! Не надо долго объяснять, изгаляться, подбирать выражения, боясь ненароком обидеть!
Я поняла, что не давало ему покоя. Он боялся утратить доверие. Его действия... чего уж скрывать, то, что он убил моих знакомых - неприятно. Но я точно знала, что им двигало. Он просто избавил от мучительной смерти. Так, как мог. И это помогло примириться и принять как есть. Вот если бы он ПОЗВОЛИЛ их утащить... этого я бы не поняла! А спасти их он бы не смог. Пока убедишь, пока выведешь. Ага... еще не факт, что они пошли бы за ним. А если бы и пошли? Не бросишь же потом в лесу. То, что он рассказал без утайки, лишь укрепило мое уважение к этому непростому существу.