Южные рубежи (СИ)

– Думаю лучше все-таки сходить. Резерв у меня не сказать, чтобы большой, поэтому пришлось довольно много всякого разного накрутить, чтобы добиться желаемого эффект… – Окончание слов техномага расслышать не получилось, поскольку все звуки заглушил грохот не столь уж и далекого взрыва. Покрутив головой по сторонам, Олег обнаружил большой фонтан пыли, вздымающийся где-то в километре от «Тигрицы» посреди жилых кварталов. Судя по тому, что секунды шли одна за другой, а продолжения бомбардировки так и не случилось, это было не начало нового штурма, и не целенаправленное уничтожение какого-то объекта, а просто беспокоящий огонь. Явление неприятное, но почти привычное. Как и вид осадного лагеря противника, который можно было различить во всех подробностях, если взлететь или просто подняться повыше.
От заделанных на скорую руку стен города до позиций противника было всего-то километров десять, может двенадцать. Пустяк по меркам любой серьезной артиллерии или старших магов. Проблема была в том, что османская армия, занявшая пару прилегающих почти вплотную к мегаполису поселков и белеющая множеством шатров, выросших прямо на полях словно причудливые грибы, представляла из себя ничуть не менее крепкий орешек чем Ростов-на-Дону, пусть даже и возведенный на скорую руку. Вместо массивных каменных стен данное укрепление имело мощные барьеры, созданные мастерами своего дела, окружающие расположение войск со всех сторон и напрямую запитанные от жизней рабов, которых по мере надобности меняли словно батарейки. И, конечно же, большую часть своих невольников враги не привезли с собой, а наловили уже на месте. Роль бастионов с успехом играли оставшиеся дредноуты, до сих пор несущие на себе следы жестокой битвы, но постепенно возвращающиеся к полной боеспособности. Вздымались ввысь шпили походных минаретов, обитатели которых в деле призыва божественной поддержки ничуть не уступали попам. Реяли в воздухе стяги множества благородных семейств, старающихся выделиться из общей массы помощи богатства и красоты своих временных обиталищ. Орды созданных некромантией конструктов неусыпно рыскали за пределами защитного периметра, ставя крест на незаметном проникновении, и в этом им помогали стаи призванных демонов. Чтобы сокрушить подобную оборону требовалось много сил…Больше, чем были готовы потратить заседающие в штабе генералы и магистры. Не то чтобы им было жалко солдат, просто в случае неудачи город оказалось бы не удержать, а за потерю с них бы спросил сам император. Да и шансы погибнуть в битве имелись отнюдь не нулевые. Обороняющаяся армия, если она готова к бою, имеет немалое преимущество. И если во время сражения на заранее подготовленных позициях русские войска почти умудрились проиграть, то перейди они в атаку, и как бы не кончилось разгромом!
Вражеские артиллеристы постреливали из крупнокалиберных орудий зачарованными по самое не могу снарядами с разной интенсивностью, но как правило производили одну-две атаки в течении часа. Не ради нанесения серьезного ущерба, а просто чтобы не давать русским солдатам расслабиться и стараться держать защитников города в постоянном напряжении. Солдатам, да и офицерам тоже, не так-то просто было нести службу и спать, когда в любую секунду их могло разорвать на мелкие клочки. Барьеры повышенной надежности растянуть над всей территорией Ростова-на-Дону имеющиеся маги были не в состоянии. А дежурные чародеи хоть и пытались перехватить рассекающие воздух снаряды, однако далеко не всегда им хватало навыков и скорости реакции. Впрочем, осажденные отвечали супостатам той же любезностью, регулярно отправляя в сторону белеющих шатров боеприпасы, едва ли не плавящиеся от количества вложенной в них магической энергии и дополнительно окутанные несколькими слоями заклинаний, призванных либо повысить мощность взрыва, либо дать более точное наведение на цель, либо проложить путь через защитные барьеры и активную оборону. В ситуации, когда наполнение арсеналов оставляло желать лучшего, а у десятков армейских колдунов имелись силы и необходимость много времени проводить на боевом посту без существенных нагрузок, магию тратили куда охотнее, чем порох.
– Что у нас сегодня, дорогая? – Еще немного понаблюдав за тем, как идет монтаж, Олег спустился в кают-компанию, где Анжела сидела над разбросанными по столу бумагами. Вот только каждый лист заметно отличался от других, поскольку все записи оказались сделаны разным подчерком, чернилами разного цвета, а иногда и не чернилами вовсе…И даже не на бумаге. Капитану суда, во всяком случае, очень бросилась в глаза лакированная дощечка, на которой тушью были нарисованы китайские иероглифы. Или японские, чародей не очень-то умел их различать из-за того, что эти народы использовали одни и те же символы общего алфавита, просто читали их по-разному.
– Четверо ведьмаков, уволенных из русской армии в связи с инвалидностью, наступившей по причине полученных в бою ран. Магические ожоги, травматическая ампутация конечностей и заметные повреждения внутренних органов, ну в общем ничего необычного. Два одаренных второго ранга: пехотинец и друид. Первому каким-то проклятым песком стесало не только обе кисти, но и часть ауры в руках, а потому медики с ним возиться не захотели, а вот второй идет полным комплектом…Да только он старше моего дедушки и может помереть раньше, чем дождется от нас ответа. Один китайский наемник-геомант в ранге подмастерья, чьи потороха и энергетическое тело изъедены демоническими червями, но его бы я гнала в шею. – Анжела откинулась на стуле назад, наслаждаясь прикосновениями мужа, который стал у неё за спиной и принялся осторожно массировать плечи супруги. – Самомнение так и прет из всех щелей, на окружающих смотрел как на дерьмо, хотя сил имеет лишь чуть побольше чем у меня, по-русски ни бельмеса не смыслит, общается через рабыню-переводчицу. Передвигается на дальние дистанцию тоже с её помощью, запрягая девушку в какую-то недоколесницу. На предложение заполнить анкету в соответствии с составленными тобой вопросами намалевал вон ту каллиграфию…Чую, не сработаемся мы с ним.
– Пожалуй, – доверился чародей мнению супруги, не прекращая своего занятия. – Зато этот уж точно не шпион Щукина, церковников или каких-нибудь других уродов, которым наша спокойная жизнь поперек глотки стоит.
– Это да, кто ж ему чего важного доверит, – хмыкнула ведьма, у которой в последнее время появилась устойчивая головная боль из-за чьих-то агентов, пытавшихся пробраться на борт судна. Огромнейшие потери в экипаже следовало восполнять, а потому появление новых лиц на судне было неизбежным. И уже двое из них уже оказались сначала избиты, потом допрошены, а затем переданы в руки церковников как то ли вражеские агенты, то ли просто двуличные мерзавцы, выполняющие непонятно чьи поручения. Один оказался крайне глуп и попытался завербовать парочку штурмовиков, суля будущим подельникам аж целых пятьдесят рублей за то, чтобы они стали докладывать ему обо всем интересном…Жаль, сам не знал, на кого работал. А вот ради поимки второго пришлось целое расследование учинять. Старожилы, с которыми Олег провел разъяснительную беседу о важности поиска лазутчиков, заметили, что во время каждой увольнительной в город новый матрос куда-то пропадает минут на тридцать-сорок. И тратит несколько больше денег, чем позволяет жалование новичка. Перетряхивание вещей позволило обнаружить помимо холодного и огнестрельного оружия, гранат, боевой дури и прочих обычных для солдат удачи вещей зачарованные отмычки, склянки с ядами и снотворным, а также тонкую покрытую рунами пластину, которая могла работать как маяк. Или стать дистанционно управляемой миной, если подать на неё достаточно энергии через связь, протянувшуюся куда-то далеко. Проследить её не получилось, поскольку контакт вдруг взял и оборвался, однако пеленг уверенно вел в центр города, где квартировали и спецслужбы, и большая часть высокопоставленных магов. – Полагаешь, все-таки стоит взять этого китайца? Мало ли, вдруг пообтешется….
– Нафиг нам такое счастье! Я твоему мнению полностью доверяю, и если ты считаешь этого человека высокомерным тупым засранцем, то скорее всего он такой и есть. – Олегу и без того хватало в жизни проблем, чтобы самостоятельно увеличивать их число. Лишний одаренный третьего ранга, тем более обладающий не самой подходящей для летучего корабля специальностью, того просто не стоил. – Но я так понимаю, это ты говорила только про тех, кого мы точно примем? А остальные?