Моя (СИ)

Рион с Эвалом находились в нескольких шагах от своей королевы, они сразу же почувствовали мое приближение, но ни словом, ни действием этого не показали, давая мне возможность неслышно подкрасться к моей звездочке и, прижавшись к ее спине, обнять руками круглый животик. Риита тихонько вздохнула и, откинув голову мне на грудь, подставила свои губы для поцелуя, и вместе с этим в обе мои ладони начали нетерпеливо толкаться девочки, требуя к себе внимания, и тут же затихали под медленными поглаживаниями моих рук. Это был наш каждодневный ритуал. Только сегодня я решил его немного нарушить.
Прошептал на ушко Рииты мою просьбу и, дождавшись ее кивка, жестом подозвал своих воинов. Если честно, сил больше не было смотреть на то, как их лица перекашивает боль, когда я прикасаюсь к животу своей жены. Если бы мне кто-нибудь запретил прикасаться к Риите хотя бы один день, я бы порвал его на клочки, ведь желание быть рядом и невозможность этого почти приносило боль, а эти двое страдали молча уже столько месяцев. Ни одной жалобы, ни одной просьбы, только тоскливые взгляды, наполненные ожиданием и мукой.
Рион с Эвалом настороженно приблизились, тщетно пытаясь отвести взгляды от живота Рииты, чем вызвали ее улыбку, наполненную пониманием и нежностью.
Так же молча кивнул им на их руки, а затем на живот звездочки, и чуть не расхохотался, такие у них были лица. Настороженность, неверие, радость, неверие, счастье, восторг и снова неверие, они протянули руки, но коснуться живота так и не решились.
— Смелее, — подбодрила их королева, а они оба вскинули взгляды на меня и, дождавшись кивка, поменялись местами и только после этого, упав на колени, положили свои ладони на живот Рииты, и замерли.
Я внимательно вглядывался в их восторженные лица и нервно напрягся, когда лица обоих перекосились и буквально засветились нежностью. Наши малышки толкались, пытаясь как можно теснее прижаться к ладоням моих воинов.
КОНЕЦ