Пятерняшки для фитоняшки (СИ)
Виктор заметил, что я это заметила, и резко поднявшись, пошёл к двери.
— Но я всегда окажу вам любую помощь. — пообещал, обернувшись уже на выходе с мимолётной улыбкой.
— Спасибо. Я выберу. — махнула папкой.
— Передашь через Максима. — мне он махнул рукой и вышел.
— Добрый фей блин. — буркнула себе под нос вновь открыв папку.
Пять паспортов на пять разных, кардинально разных домов. Я быстро пролистала всё, оценив для начала внешние данные. Светлый дом с отделкой в бело-серых тонах мне нравился так же, как и тот, что темнее в бежево-коричневом, а остальные я даже не разглядывала. Мрачные. Чтоб определиться хотела дальше начать изучать, но вовремя вспомнила про УЗИ.
С меня тут, конечно, пылинки сдувают, но так оборзеть и опаздывать к специалистам нехорошо, тем более я хотела убедиться, что всё хорошо.
Но убедилась лишь в обратном.
Максим
Я не был на УЗИ, не смог вырваться, но вечером прорвался к ней в палату после отбоя. Таня сидела у меня на коленях и горько плакала, я же был до такой степени растерян и без возможности её успокоить, что хватался за любую мелочь. Заприметив на столике знакомую папку, ухватился за эту бредовую в данный момент тему.
— А дом, кстати! Дом ты выбрала? — как бы ни хотел отказаться от отцовского подарка, пришлось наступить себе на горло и в этот раз и согласиться, чтоб наши с Таней дети не ютились в трёшке.
Сам я при всём желании не успел бы обеспечить такую большую семью хорошими условиями. В нашей прихожей едва одна коляска бы нормально поместилась, хоть и трёшка крупногабаритная.
— Ты издеваешься? Какой к чёрту дом?! У нас ребёнок потерялся, а ты меня про дом спрашиваешь?! Тебе что? Вообще всё равно?! — Таня только в эту секунду и перестала плакать.
Плакать и ненавидеть меня одновременно у неё не получалось.
— Ну в смысле потерялся? Он на месте, — погладил Танин животик, — Просто малыши подросли, места им мало. Вот один и спрятался. Всё хорошо милая. — утёр её слёзы, но они вновь набежали тонкими струйками.
Не слёзы, а реки какие-то.
— Хорошо? Как хорошо? С четырьмя всё хорошо да, а что с пятым мы не знаем. А вдруг всё плохо? Вдруг он перестал развиваться? — Таня перешла с крика на шёпот и нескончаемый поток слёз продолжился с новой силой.
— Тебе нельзя плакать Таня. Сейчас ты себе тонус наревёшь и плохо будет уже точно всем пятерым. Успокой свою фантазию. Ну правда. Всё будет хорошо. Повтори. — приподняв Танино лицо за подбородок, заставил смотреть себе в глаза.
Сомневаюсь, что она меня видела сквозь пелену слёз, но просьбу мою выполнила всхлипывая.
— Всё будет хорошо. — покивала даже и уткнулась зарёванной мордашкой в мою шею.
Просидели так минут десять, Таня всхлипывала часто и только когда перестала, я сунул руку в карман больничного халата.
— У меня для тебя подарок. Увидел случайно и не смог пройти мимо. И знаешь, после того случая с пятаком, — смех не смог сдержать, — В общем верю, они принесут удачу и с детьми всё будет хорошо. Синички для моей Синички. — Таня уже смотрела вовсю на меня, когда я разжал ладонь.
— Максим…м-м-м. Они чудесные! — улыбнулась всё ещё с печалью в глазах, и поцеловала меня солёными от слёз губами.
— Давай помогу надеть.
Таня немного отстранилась, и я смог вдеть в её ушки серёжки-гвоздики. Две маленькие синички из серебра и с жёлтой и чёрной керамикой. Милый скромный, но очень многозначащий подарок.
— Будут оберегать вас. — такое назначение для них придумал.
Таня снова вернулась в прежнее положение, уткнувшись носом в мою шею. Так и просидели, пока она не устала.
— Побудь со мной, пока я не усну побудешь? — родная моя Синичка с летящими синичками в ушах была невероятно милой, и кто я такой, чтоб ей отказывать?
— Побуду. Кресло поставлю поближе, а то двоим нам будет тесновато на кровати.
— Теперь уже семерым. — посмеиваясь, уточнила Таня.
— Семья от семь я. Скоро сможем официально считаться семьёй, нас ведь будет ровно семь. — отвлекал всячески свой ходячий животик от дурных мыслей, заодно и сам себя убеждал, что всё будет прекрасно.
Таня сходила в душ, я постоял под дверью, облизывался подбирая слюни, несмотря на усталость, Таня для меня всегда желанна. Но к ней я соваться даже не смел, даже намёков не было. Тем более для самоудовлетворения причина вполне уважительная, этим и довольствовался.
— Сказку? — спросила Таня, пристроившись на кровати с подушкой для беременных, подложив ту под весьма значительный живот для одиннадцати недель.
— И животик почесать? — обычно она просила почесать или погладить живот, на сказку времени почти не оставалось.
— Не, давай сказку. — поморщив смешно нос, попросила Синичка.
— Сказку про принцессу и пять гномов подойдёт? — уточнил, понятия не имея, какую же сказочку рассказать.
— Что все пять гномов? И ни одной маленькой… — Таня запнулась, подбирая подходящее определение для девочки, — Гномушки? — я рассмеялся.
— Давай две гномушки, три гнома и одна принцесса. Сойдёт? — зевнув, Таня кивнула и устроилась поудобней, закрыв глаза.
— В одной волшебной стране… — начал я сочинять сказку на ходу, сил на эту сказку не было и вышла в итоге какая-то тяп-ляп сказочка, но Таня отрубилась где-то вначале.
Не заснула. Нет. А именно отрубилась, потому что просто вымоталась от слёз и переживаний. Я и сам еле на ноги поднялся от усталости и примерно был готов, что дальше будет хлеще. Когда дети родятся, сон будет подарком.
Глава 9
Татьяна
На двадцать четвёртой неделе снова было УЗИ и на нём был Максим. Смог вырваться со своей новой работы-обучения, сидел снова рядом на стульчике и с тревогой смотрел в монитор. А за его спиной стояли без единого звука практиканты. Два бледных парня и одна серьёзная девушка, она всё время вела записи в планшете.
Долго лежать на спине мне было тяжело, и врач входила в моё положение, разрешая лечь набок. Всё проходило в несколько раз дольше чем обычно, ведь обследовать необходимо было сразу четверых малышей.
— Слева один из близнецов пол мужской. — неожиданно произнесла Алёна Викторовна.
— Один мальчик точно есть! — повторила радостно мужу, он не дышал.
Моя мечта родить здоровых детей за время их вынашивания немного мутировала, и я очень хотела ещё и разнополых малышей.
Чтоб не смотреть с завистью в сторону шкодных мальчишек и наоборот, не пускать слюни на рюши и бантики.
— Второй тоже пол мужской. Сейчас другую пару посмотрим. Повернёшься на другой бок? — мягко спросила
— Конечно! — быстро сменила положение на кушетке напрочь свернув всю пелёнку.
— Пол мужской, другого не вижу. Спрятался. Так плотняком сидят, тесно им. Пятого так и не видно. Но три мальчишки у вас точно будет, а стеснительные наверняка девочки. — утвердительно заявила Алёна Викторовна.
— Всё хорошо? — пол детей Максима волновал меньше всего, для него главное было здоровье, и не только детей. — Я договаривался что вы ещё УЗИ почек ей сделаете. — напомнил про это УЗИ, когда Алёна Викторовна кивнула, дав понять что всё хорошо.
С четырьмя. — это я уже про себя добавила.
Мысли о пятом ребёнке никогда не покидали мою голову, всегда переживала что именно с ним что-то не так.
— Сейчас. Присаживайтесь Танечка, муж какой у вас хороший, заботливый. — мягко подбодрила и неясно кого, меня или Максима.
После полного обследования нас отпустили, Максим вернулся со мной в палату.
— Надо выбрать дом. — заявил Максим, переступив порог палаты, я устало легла на кровать.
Двадцать четвёртая неделя, а я словно на сороковой.
— Это срочно? — всячески оттягивала я этот момент, убеждая себя, что не знаю почему.
На самом деле я знала и понимала, но сделать с этим ничего не могла.