Меж трех миров. Том 1

В этом была вся Асшара.
Даже в детстве Асшара любила летать по ночам, и у нее было любимое место – она обожала сидеть на крыше рядом с горгульями, между Немом и Ломом. Так она называла два каменных изваяния на северо-западном крыле. За спиной Люцифера распахнулись белоснежные крылья, и он взмыл ввысь, устемившись к крыше северо-западного крыла. Нем и Лом были на месте. Он подошел ближе и осмотрел все вокруг, тайника нигде не было видно. Тогда отец подлез к самым мордам горгулий и увидел, что в зубах Лома зажат свиток. Он потянул за край, но лист не сдвинулся.
– Горгулья подчинится только ангелу, – усмехнулась неизвестно откуда взявшаяся девочка.
Люцифер непонимающе посмотрел на нее… Ну конечно! Асшара всегда подлетала к горгулье, а та отдавала ей свиток, видя ангела! Он взмахнул крыльями и завис перед каменной статуей, глаза которой тут же вспыхнули, а челюсти раскрылись, выронив сокровище. Люцифер положил листок с азбукой во внутренний карман пиджака и вернулся во двор. Осталось два свитка…
– Почему ты помогаешь мне? – спросил он у девочки.
– Разве это важно? Я просто не хочу умирать, а ты можешь помочь… Торопись, – посоветовала она и с этими словами исчезла.
Второй свиток Асшара спрятала в пламени, точнее, «в огне жизни этого ада». Адом она называла детский дом, а вот что такое «огонь жизни»?.. Чем живет детский дом? Может, она имела в виду обычный огонь? В гостиной был огромный камин, у которого девочка любила читать и практиковать заклинания.
В мгновенье ока Люцифер оказался у парадных дверей. Он вошел, повернул налево, нырнул в третью арку справа, увидев камин по правую руку, – его не пропустишь. Огонь обыденно исполнял свой танец, а поленья недовольно потрескивали. Высокая полка над камином была пуста, но внезапно на ней появилась девочка, которая с любопытством наблюдала за поисками Люцифера, свесив свои босые ноги.
В отчаянии тот начал шарить под диваном и креслами, но везде было пусто. В этот момент девчушка залилась звонким смехом.
– Чего смеешься? – возмутился он.
– Что ты делаешь? – сквозь смех спросила девочка. – Так ты никогда не найдешь, глупенький! Вспомни, что я так любила здесь делать? – снова дала подсказку маленькая Асшара, потом громко расхохоталась и исчезла.
Девочка обожала смотреть на пламя, а ее любимое заклинание – управление огнем. Она любила строить из него целые города… Люцифер задумался, кажется, она делала как-то так: он сплел пальцы в несложную фигуру и раздвинул. Пламя нехотя подчинилось и расступилось. За его языками к каменной стене был приколот свиток. Все это напоминало глупую детскую игру, что в общем-то ей и было… Нужно торопиться. Последний свиток Асшара спрятала в своем сердце.
Люцифер сел на диван и посмотрел на огонь. «Где же твое сердце, Асшара? Сейчас твое сердце принадлежит Рагнару, но тогда? Ты была маленькой девочкой, которая мечтала и верила в чудеса». – Мужчина потер лицо, стараясь сосредоточиться.
– Ты точно не справишься без меня! – издевательски заметила девчушка.
Теперь она закинула ноги на спинку дивана и смотрела на него сверху вниз. Весь мир мир для нее перевернулся, а волосы девочки касались пола.
– Да уж. Давай следующую подсказку, – смирился Люцифер.
– Ее нет. – Девочка задумчиво смотрела на огонь. – Я верила тебе больше, чем остальным, но все равно не до конца. Свитка всего два. Я врала, прости! – Она виновато посмотрела ему в глаза, а потом снова звонко расхохоталась.
Перекувыркнувшись через голову, девочка встала перед ним во весь рост. У нее были все те же взрослые глаза, как и сейчас.
Она щелкнула пальцами, и перед Люцифером появилась та самая книга, что она читала во дворе. Он быстро развернул свитки и начал торопливо искать глазами символы. Через некоторое время все закорючки сложились в единую картину. Книга говорила следующее: «На каком языке может говорить кто угодно?
Чему не подвластно время?» Усмехнувшись, девчушка вновь щелкнула пальцами, и книга вдруг исчезла. Она с любопытством смотрела на то, как меняется выражение лица Люцифера.
– Тебе снова нужна подсказка. – Девочка покачала головой. – К счастью, Асшара сама хочет тебе помочь… Люций, ты сам прекрасно говоришь на этом языке. На нем ты говоришь с Евой, с детьми. На этом языке младенец говорит с матерью, любящая вдова с могилой мужа…
– О чем ты? Такого языка просто нет… – возмутился он, смотря на хитро улыбающуюся дочь.
– Ты не прав, – она положила руку на гладкую щеку отца, – мы с тобой всегда говорили именно на этом языке. Мы можем молчать, но все равно говорить… – Она улыбнулась и крепко обняла его. – Прости, папуль, я больше ничем не могу тебе помочь! Найди ключ к моему сердечку! – Книга снова возникла за ее спиной.
Тело девочки вздрогнуло, и она рассыпалась, как сухой песок на ветру. Люцифер с ужасом посмотрел на горстку пепла перед собой – на все, что от нее осталось. А ведь она хотела ему помочь… Отец снова и снова перечитывал загадку. На этом языке он умеет говорить, но он не понимал, о чем идет речь. Шагами он мерил комнату, потом остановился у дивана, посмотрел на горстку пепла, а потом закричал и обрушил кулак на подвернувшийся комод.
* * *
Рагнар, Круент, Морбона и Маркос нервно ходили вокруг Люцифера и Асшары, как вдруг тело владыки содрогнулось, но отец не открыл глаз, только слезы медленно покатились по щекам. Морбона не выдержала и обняла его. Она понимала, что, вероятно, ничем ему не поможет, но должна была сделать хоть что-то.
– Отец, я люблю тебя… Мы ждем тебя и Асшару… – прошептала она еле слышно ему на ухо.
* * *
Люцифер сидел у стены и с ненавистью смотрел на книгу с загадкой. Асшара всегда была умна, но он не думал, что она сможет задать столь сложную задачу, с которой не справится даже он… Вдруг ему показалось, что кто-то обнял его. Казалось, его укутали в теплый шелковый платок. Он закрыл глаза и начал истерически зарываться руками в свои волосы, как вдруг услышал голос: «Отец, я люблю тебя». Этот до боли знакомый голос бормотал еще что-то, но он не разобрал слов… Люцифер вскочил и посмотрел на то место, где только что сидел, но там никого не было. Этот голос! Он был так близок его сердцу, так знаком…
Нет, у Асшары голос выше…
– Я тебя тоже люблю, Морбона…
Вдруг книга вспыхнула, а когда догорела, на ее месте остался лежать ключ. Что случилось, он ведь не решил загадку дочери…
Или все-таки решил? Ну конечно! Ответ: любовь! Вот на каком языке говорят все! Вот что неподвластно времени!
Люцифер взял ключ в руки и покрутил в пальцах. Совершенно обычный, большой и толстый, в некоторых местах поржавевший, он походил на те, что открывали увесистые замки амбаров и хлевов. И что ему делать с ним? Владыка посмотрел по сторонам, но не увидел ни одной замочной скважины. Неожиданно вся комната затряслась, как уже случалось прежде, когда они лежали с дочерью во дворе приюта. Малышка Асшара говорила, что все здесь рушится и ему нужно торопиться… Он вновь осмотрелся. И тут его осенило! Он ведь не в реальности, а в сознании Асшары! Здесь все подчиняется силе мысли! Он подошел к стене и вставил ключ прямо в нее. По стене прошла рябь. Все вокруг – одна сплошная иллюзия, игра сознания, и реальность можно менять как душе угодно. Люцифер провернул ключ три раза, а потом отдернул руку. Вспышка света ослепила его, а жар обдал пальцы.