Некролог Полуторалунного мира (СИ)
Альтер кивнул эльфу:
— Слышал о тебе. Добро пожаловать в наше поселение. А вы, — это уже стражам, — не стойте волоките сержанта к кузнице!
Главный страж снова повернулся к девушке:
— Ну, рассказывай, дева, что, да как. Откуда и куда. Видела ли ещё кого и какой улов по развоплотившимся.
— Ой, давай попозже, Альтер, я должна проследить за тем зеленокожим красавчиком, да пособить в обустройстве этому золотовласому красавцу. А насчёт развоплотившихся… Думаю, тот здоровяк собрал на себя всех тварей с ближайших окрестностей и положил их всех рядком!
— Ого! Это будет интересная история!
— Ага. Ладно, мы пошли.
И лучница за руку поволокла барда вслед за стражами с орком.
Такую кузницу, как в этом посёлке, Саламару видеть раньше не доводилось. Нет, всё тут было как положено — и горн, и наковальни, и корыта с водой. Всё, что бард мог себе представить и что на его неопытный взгляд в кузнице должно находиться. Но помимо этого все стены её, и снаружи и изнутри, были обвешаны самыми дикими поделками из разнообразного подручного материала. Огромные мечи из прямоугольных дорожных знаков, заточенные с одной или двух сторон. Щиты из знаков уже круглых. Булавы из арматур, с насаженными на них шарикоподшипниками. Какие-то нелепые подобия кирас из толстой резины бывших колёсных покрышек древних машин. И прочие тому подобные самоделки для нападения и защиты.
— Что это? — наконец не выдержав, спросил он у кузнеца, — Неужто экземпляры Вашей работы?
Кузнец, огромный краснолицый мужик с мощными жилистыми предплечьями, ухмыльнулся в бороду и ответил:
— Не-а, сударь бард, это усё, шо от первых годин опосля Резонансу осталось. Тогда-то мастерили, кто и как на шо горазд. Это моё, как, бишь, его?..
— Хобби, — пришла ему на помощь Мила.
— Во-во! Хобби! Собираю я такие древние поделки, шо мастрячили все, лишь бы выжить. А кузнецов, да и материалов толковых на всех-то и не было.
Кузнец повернулся к одной из завешанных разнообразным хламом стен.
— Просто диву порой даёшься, насколько разумные изобретательны в своём стремлении выжить… Или убить.
В кузнице орк пришёл в себя. Глянул на тиски в руках кузнеца, собиравшегося освободить его от кольчуги, медленно кивнул и снова впал в беспамятство. Второй раз он очнулся уже в лазарете. Мила тут же накинулась на него с вопросами, но была выгнана лекарем и решила показать барду посёлок, перед тем содрав с лекаря плату за принесённые трофеи, с вычетом стоимости ухода за раненым.
Первым делом эльф попросил показать ему местный кабак или постоялый двор, или ресторан с гостиницей. Короче, что там у них являлось заведением общепита и места для ночлега путников. Девушка указала ему на трактир и добавила, что переночевать он может у неё. Бард заверил её, что почтёт это за великую честь, после чего был представлен хозяину трактира. Там они пообедали за счёт заведения, потому что Саламар договорился о вечернем концерте и хозяин ожидал на этом поднять неплохие барыши. За трапезой к ним присоединился Альтер. Внимательно выслушав рассказ трапперши, покачал головой:
— Да-а-а, дела-а… Жаль, что не пошлёшь к тому месту уже никого. Трупоеды, небось уже всё растащили.
Он задумчиво почесал подбородок.
— Хотя всё же, пошлю пару ребят — пусть осмотрят там всё внимательно, может чего ещё интересного, да необычного приметят.
— Ты что же сомневаешься в том, что я всё осмотрела?! — воскликнула девушка.
— Да не кипятись, егоза. Не сомневаюсь. Но вы с грузом, вам не до того было… А окрестности там осмотреть нужно. Мало ли чего. Можь, аномалия какая, что разных тварей в кучу приманивает. Знать надо.
После обеда отправились в дом к Миле. Там быстро покидали вещи и пошли на базарную площадь, потому что эльф вспомнил, как Мила упоминала книжную лавку. В самой лавке, бард так долго и придирчиво перебирал книги, что заскучавшая девушка не выдержала и прямо спросила:
— Да что тебя не устраивает? Это же книги! Бери любую и пойдём! Если, конечно, ты их все раньше уже не прочитал.
— Ну, часть из них да, прочитал. Даже паршивые. Потому что тогда, когда они мне попались, у меня не было выбора что читать. А теперь выбор есть. И я, как я уже тебе говорил, стараюсь брать от жизни лучшее. А тут кругом сплошная беллетристика средней паршивости!
— Но-но, сударь бард! Мне какие книги попадаются, такие тут и выставляю! — возмутился, казалось уже задремавший старик-торговец, старый орк древней благородной крови.
— Извините, не хотел Вас обидеть. Я лишь хочу сказать, что здесь нет серьёзных трудов. Научной литературы.
— Я думала, что бардам нужна художественная литература. Для вдохновения.
— Ага. А так же древние сборники стихов, чтобы выдавать их за свои. Что? Что вы так смотрите? Я такого никогда не делал! Ну… положил парочку понравившихся на музыку… Но честно об этом сразу говорю!
— А зачем тебе научная литература?
— Чтобы больше знать о мире, в котором мы живём, естественно! Но, к сожалению, таковые работы встречаются очень редко. У предков были уникальные для нас теперь носители информации. Погибшие в момент Резонанса. Какие-то кристаллы, напитанные магией и способные вмещать в себе тысячи тысяч… э-э-э… книг. А бумажный… э… носитель, стал уделом лишь вот такой вот беллетристики. Поэтому наткнуться на что-то носящее познавательный, а не развлекательный характер, воистину, как найти жемчужину в навозе!
— Сударь бард, я бы попросил! — снова возмутился торговец.
— Извините, но вы, как разумный, привыкший иметь дело с самой разнообразной литературой должны меня понять. Это как посреди раскалённых, вымерших пустошей Ничейных формаций, умирая от жажды увидеть колодец. Ползти к нему на последнем издыхании и обнаружить, что он засыпан песком.
Старик орк пожевал губами и с чувством сказал:
— Поэт! Ладно, сударь бард, а к историческим книгам Вы как?
— О-о-о! Исключительно положительно!
— Ну, есть тут у меня кое-что… Не совсем книги, конечно, но… Идёмте. Грех такому ценителю не показать труд моей жизни.
Он вышел из-за прилавка и пошёл в сторону двери, на которой висел массивный замок. Саламар и Мила двинулись вслед за ним. Комната за дверью оказалась заставлена стеллажами с подшивками древних журналов и газет. Эльф замер на месте.
— Воистину говорю, — потрясённо протянул он, — это святилище. Нет — это храм древнего мира! А вы, уважаемый, его настоятель!
— Ну что вы, — засмущался торговец, было видно, что реакция эльфа ему польстила, — можете тут осмотреться, почитать. Только не берите в руки те, что под защитной плёнкой.
Через пару часов, эльф довольный тем, что смог прикоснуться к истории столетней давности и лучница, не подозревавшая о таких сокровищах у книготорговца, вышли на улицу. Предварительно договорившись со стариком орком о том, что бард будет заходить в лавку пока находиться в Беловке.
— Удивительный у Вас посёлок, Мила! — сказал бард, — Кругом ценители и знатоки древности! Ты сама ничего не собираешь?
Эльф осёкся, глядя, как покрасневшая девушка опускает голову.
— Да ладно! — протянул он, — Дай угадаю. Ты собираешь что-нибудь… э… Нет, гербарии это слишком пошло. Головы врагов вряд ли — они дурно пахнут. О! Ты собираешь духи! Хотя нет — это сильно дорого. Наверное, какие-нибудь старые украшения, на какие наткнёшься в руинах.
Мила подняла залитое багрянцем лицо и ответила:
— Да. Собираю. Почти угадал, красавчик. Только не духи, а разные древние флаконы из-под духов… Ну, да-да! Древние брошки, колечки тоже. Хватит лыбиться!
Какой у вас уют, покой,
Сеть улочек по древнему стандарту.
Ценитель старины любой.
Быть может, место есть и барду?
А затем девушка потянула Саламара в лавку старьёвщика. Вернее «Склад-магазин Монима», как гордо значилось на большой вывеске. Там среди завалов головных уборов она безошибочно отыскала шляпу нужного покроя и расцветки, вручила её эльфу, а сама направилась к стеллажам с косметическими товарами.