Догнать невесту!

Рядом заворочался невесть как освободившийся Дин Морияди, метнулся к порталу и начал лихорадочно шарить по нему руками. В этот раз для открытия ему даже не потребовалось моя сила, потому что та была везде. Божественная суть заполнила всю площадку, жгла и причиняла боль негодяям, поднявших на нас руку, но сильнее всего я глумилась над верзилой. Я никогда ни к кому не испытывала чувства ненависти, но вот конкретно эту сволочь, убившую Ангелину, мечтала разорвать на сотню маленьких кусочков и сбросить в простирающуюся за порталом пропасть.
А что? Говорят, в Спарте всех уродцев сбрасывали со скалы, так что этот моральный ублю… урод заслужил великой чести!
– Уходим! – прокричал у меня над ухом Морияди. – Скорее!
– Ага, сейчас прям! Только сперва укокошу кое-кого, – злорадно усмехнулась я.
– Мари! Ваш друг, его срочно надо доставить в наш мир! – закричал Морияди, и это подействовало.
Просто я не могла лишиться еще кого-нибудь из близких мне по духу людей. Нет, не сегодня!
Повинуясь моей воле, ветер поднял бесчувственное тело эльфа и без всяких пиететов бросил в портал. Морияди поспешил следом, а я подбежала к телу Линки, при помощи все той же силы с величайшей бережностью подняла ее в воздух и вернулась к порталу, чтобы возвратиться в свой мир и больше никогда не совершать глупостей.
Максимельян Рок,
король города-королевства Гиз
Он проснулся от острой боли в сердце и резко сел. Вторя внутреннему инстинкту, сработало кольцо, обжигающей волной прокатываясь по пальцам и поднимаясь вверх. Максимельян поднялся, резкими движениями натянул одежду, и тут же в гостиной словно что-то взорвалось.
Выскочив в примыкающую к спальне комнату, Максимельян увидел в центре неубранного слугами стола черного кота, ошарашенно мотающего головой.
– Что с ней?
– Открыла Скол и ушла в другой мир, – наябедничал Дизон, пробираясь мимо грязной посуды и спрыгивая на пол.
Макс выругался и, схватив кота за шкирку, поднял на уровень глаз.
– А ты где был?
– Она не послушала! – возмутился Страж, поджимая лапы. – Там всех коллективно разум покинул.
– Телепортируй, – приказал король сквозь крепко сжатые зубы.
Первое, что он сделал, оказавшись на улицах РоккАбада, это спустился в котлован и с нескрываемым удовольствием съездил Сайки по лицу. Потом подумал и врезал еще разок.
– Легче стало? – сплевывая на землю кровь, поднял брови Клыкастик.
– Не особо.
Король города-королевства был взбешен. Внутренняя суть рвалась наружу, требуя выместить злость хоть на ком-то, но человеческая воля удерживала ее в оковах пошатнувшегося самообладания. Они ждали, гипнотизируя неактивный портал. Минуты, как мед из банки, текли вяло, с явной неохотой. А потом почва под ногами вздрогнула, и лицо Максимельяна осветила вспышка.
Он чувствовал, что произошло что-то из ряда вон, но когда из Скола прямо на Сайки вышвырнуло Юлия, убедился в этом окончательно. Вторым вышел Дин Морияди.
– Она сейчас придет! – крикнул тот, наткнувшись на мрачный взгляд Максимельяна.
Это принесло легкое утешение. Придет – значит, жива.
Скол дрогнул, пропуская искалеченное тело, плывущее в паре метров над землей, а после и саму Мари. Увидев Максимельяна, она стыдливо опустила глаза, всхлипнула и побежала к нему.
– Линка-а-а, – белугой ревела она, уткнувшись в его грудь. – Линка-а-а.
Максимельян сжал Мари в руках, как ребенком прижимал к груди котенка. Опомнился, услышав придушенный писк и чуть ослабил хватку.
Жива. Его любимая женщина жива. Это главное.
Эпилог 
– У-у-у-у… Не могу понять ногу-у! – дуэтом голосили мы с Линкой, подвешенной над кроватью на специальных распорках из крепких лиан.
Юлик ругался, грозил выставить меня вон и возмущенно топал ногами. Мы на миг затихали, втихаря переглядывались, а через секунду закатывались от нового приступа смеха. Я справедливо полагала, что смех – это такая тонизирующая пилюля, которая лечит дух, а заодно и тело. Эльф по ходу думал в том же направлении, потому как дальше угроз дело никогда не заходило, а ведь лечение длилось не первую неделю.
 
Линка… Линка была героем.
Я бы на ее месте уже давно скатилась в самую черную депрессию и размазывала по лицу сопли, а она нет. Мало того, что смеялась, шутила над своей временной недееспособностью, так еще и меня умудрялась утешать.
Аккурат после того, как на меня накатил аффект и я разметала врагов, а после вынесла раненую подругу в ставший уже родным мир, минуло две недели и три дня. Три с хвостиком, если уж совсем точно.
Все это время я мучилась угрызениями совести, Линка страдала на растяжках, а Юлий ругался с лианами, которые – вот так неожиданность – оказались полуразумными и использовались эльфами-лекарями как санитары, сиделки и помощники при сложных операциях. Прогнозы ушастого приятеля относительно поврежденной спины были ясными и приятными, как солнышко летом. Кости срастались, нервные окончания, задетые смещенными позвонками, потихоньку восстанавливались, самочувствие улучшалось с каждым днем.
Другие переломы Юлий сумел залечить еще в первую неделю. Эльфы, чье физическое развитие было замедленно где-то в сотню раз, уже давно наловчились ускорять процесс восстановления собственного организма. А кому охота пару лет ходить в гипсе или месяцами страдать от легкого ОРВИ? Вот ушлые товарищи и додумались ускорять заживление, а Юлий успешно применил данный метод на Ангелине.
Кстати, выяснилось, что Морияди то еще брехло! Сам такой в панику ударился, мол, эльфа надо срочно вернуть в наш мир, а то усе, кирдык! Причем капитальный. На деле же Юлий проснулся через сорок минут, сладко зевнул и попытался перевернуться на другой бок, чтобы задать храпуна, да Макс не дал.
Он вообще такая лапочка, как оказалось! Вернул в замок нашу потрепанную компашку психов (ох и права же была в своих выводах Линка), надавал всем педагогических оплеух, даже мне по попе прилетело, а потом занялся устранением последствий нашей выходки.
Приятным сюрпризом стало то, что Линка жива, хоть и не может пошевелиться, и то, что в теории Юлий может поставить подругу на ноги и заставить ходить. Неприятной новостью стало другое – по всем Светлым землям начали открываться порталы… на Темные земли.
– Это не я! Это оно само как-то получилось! – оправдывалась я перед Максимельяном. – Вот те крест!
Недосупруг качал головой, неодобрительно сверкал глазами цвета горького шоколады и уходил в кабинет, где теперь тусил практически круглосуточно, пытаясь успокоить общественность. Для Светлых Темные земли, расположенные на противоположном конце земного шара, были недоступны и после разрушения связи постепенно ушли в область суеверий и сказок.
– Мы рождены, чтоб сказку сделать былью… – тихо напевала я, отправляясь на переговоры к Темным.
Ну и что с того, что после нашего возвращения я рыдала, посыпала голову пеплом и выдавала клятвы, одна фееричней другой. Дескать, ноги моей больше не будет в этом захудалом мирке, где вместо хлеба-соли встречают компашкой мрачных типов, и вообще я зарекаюсь прикасаться к Сколу, а с понедельника так вообще начинаю новую жизнь!
Клятвы выполнялись вплоть до сегодняшнего утра, когда Макс, проснувшийся чуть раньше моего, плюхнулся на кровать, притянул к себе и веско заявил:
– Сегодня идем к Темным!
– На фига?
– Мстить.
Клятвы были тотчас позабыты, а список требований к Темным, составленный Максом, увеличился аж на четырнадцать пунктов, вписанных уже моей рукой. В них я просила наказать, оштрафовать, обломать рога, всыпать по первое число, намылить шею, отругать, напинать, сделать нагоняй, репрессировать и вообще сослать в ссылку одного конкретного Темного амбала, возглавлявшего отряд мрачных типов, присланный для теплой встречи.
 
– Мне пообещали разобраться с Тринадцатым, – пересказывала я друзьям итог встречи с Темными.