Про человека с Эпсилон Кассиопеи (СИ)

— О, учитель, здорово! — кто-то фамильярно хлопнул его по плечу, и Четыре_пи узнал жизнерадостного Вадика. — Ну что, освоился в нашей деревне?
— Пытаюсь, — не покривил душой Четыре_пи.
— Со Светкой что ли пришел? — подмигнул водитель. — А у тебя губа не дура.
Неужели что-то не так с моими губами, удивился про себя разведчик, наверное, это все же идиома такая.
— Я у них комнату снимаю, — начал было объяснять Четыре_пи, но Вадик перебил его.
— Да не тушуйся! Все нормально. Правда не знаю, как на это наш Серега посмотрит. Ничего, мы ему объясним, если в он бутылку полезет. Не боись!
— Да я в общем, и не боюсь…
— Светка у нас конечно девчонка центровая, но свободная. А Серега… да что Серега… Всем видно, что шансов у него ноль. А вот у тебя … может быть! — Вадик хохотнул и снова хлопнул Четыре_ пи по плечу. — Пойдем, я тебя с братвой познакомлю.
Света растворилась в летнем многоцветии кофточек и платьев, а Четыре_пи сразу стало тесно в окружении здоровенных парней, в букете запахов табака, мыла, средства для чистки обуви, с легким душком алкоголя. Парни были как на подбор… плечистые, в светлых рубашках с расстегнутыми воротниками, бритые подбородки, у некоторых усы, в глазах веселье, предвкушение…
— Ребят, знакомьтесь, — приветственно тряхнул кудрями Вадик. — Это Леня. Учитель новый.
К Четыре_пи потянулись пятерни.
— Миша, Аркадий, Боря, Гриша, Андрей, Толя, Михаил, Вася… — Разведчик постарался сосредоточиться на запоминании индификационных данных, сыпавшихся от присутствующих.
— Очень приятно. Леня, Леонид…, - он пожимал протянутые конечности, — Леня.
Руки были крепкие, мозолистые, уверенные. Здоровые тут ребята, непуганые. Два_ди_три бы понравились. При воспоминании о магистре академии Четыре_пи внутренне подобрался и преисполнился верноподданническим желанием успешно довести миссию до конца. Внедрение, участие, ремонт ТОПМ, смена дислокации. В следующем рапорте на «Светоч» нужно предоставить больше объективной информации. Впрочем, об эмпатическом воздействии пока лучше помолчать. Нужно больше эмпирических фактов.
— А вот и Серега, — с каким-то нажимом сказал Вадик. Четыре_пи невольно вздрогнул, встретившись глазами с хмурым высоким типом. Волосы ежиком, низкий лоб, прищур, острые уши и скулы, тяжелый подбородок и выдающийся кадык, рубашка белая, мятая с желтеющими разводами вокруг подмышек, черные брюки, расширяющиеся книзу (кажется это называется клеш), стоптанные туфли. Четыре_пи подавил желание вторгнуться в его мозговые синопсисы и выжечь, растоптать этот наглый прищур, пригнуть к земле, подчинить как злого пса. Флюиды агрессии разведчик различал отчетливо. Но пришлось просто открыто улыбнуться и излучить в пространство максимум дружелюбия.
— Леонид, — Четыре_пи уже заученным ритуальным жестом протянул руку.
Хмурый высокий тип несколько мгновений сверлил дырки на самозваном учителе и наконец нерешительно ответил на рукопожатие.
— Сергей, — глухо буркнул он.
Кажется, этот абориген видит во мне брачного соперника, догадался Четыре_пи. Неужели Света имеет к нему какое-то отношение. Отличница, комсомолка, спортсменка и просто красавица и это сборище ядовитых колючек. Мысль странно кольнула его. Он продолжал улыбаться, но в глазах уже горел вызов.
Внезапно музыка стихла. В убогой акустике, очевидно смонтированной на крыше здания, зашипело, захрипело, закашляло. А потом внезапно прорвалось.
— Внимание! Км… хм… гхх… Там что-нибудь слышно? Трррр… Дорогие товарищи колхозники! Перед тем как начнутся танцы, небольшая информация.
Лица присутствующих заволок слой досадливого терпения.
— Ну вот, даже на танцах собрание, — сердито сплюнул себе под ноги один из парней.
— Несмотря на категорически непосевную погоду и дефицит запасных частей, работники ремонтной бригады с честью справились с вводом давно неработающего комбайна в эксплуатацию, — голос опять хрипло кашлянул. — Достойный пример для остальных отстающих коллективов. Равняйтесь на наших механизаторов. Внесем наш общий вклад в запланированный сбор урожая, а также в подготовку большого спортивного события — олимпиады, которая скоро пройдет в Москве.
Вокруг жидко захлопали. Скорее это было жестом привитой вежливости, нежели энтузиазма. В акустике опять заклокотало, захлюпало.
— На этом официальную часть можно считать законченной. Приступаем к главной теме сегодняшнего вечера — к танцам!
Последовавшие аплодисменты оказались совсем не похожими на предыдущие. На этот раз постарались от души. Четыре_пи уже понял, что процесс хлопанья ладонью об ладонь здесь означает форму одобрения. И еще, что танцы здесь одобряли гораздо больше, чем устные сообщения о трудовых успехах.
Пространство наполнилось музыкой. Как ни странно, после речи невидимого докладчика, музыка зазвучала довольно сносно. Шипела, скрипела, но звучала. Наверное записано на примитивные магнитные носители, подумал Четыре_пи, а средства воспроизведения и передачи совсем аналоговые. Скорее всего на доисторических ламповых полупроводниках. Интересно, скоро они доберутся до твердотельных матриц? А музыка хороша. Она многое говорит о творческом потенциале планеты. Музыка, она как бабочка, которую я увидел в свой первый день. Да, здесь еще нет кристаллических процессоров, укрощенного антивещества и гравитационных подавителей, но зато есть такая музыка… Она заставляет пластично растекаться в стороны и подниматься волнами, закручиваться и нестись. И хочется вспомнить что-то важное, что-то упущенное, безнадежно брошенное, забытое, затоптанное… Что-то, чего может и не было никогда. Жизнь на Десять_кью всегда ясная и прозрачная, прямолинейная и прямоугольная. Кубики в конструкторе. И звуки нашей музыки идут по прямой, проходят насквозь, но не трогают, не цепляют. Четыре_пи даже закрыл глаза, смакуя и погружаясь в этот так скверно воспроизводимый, незнакомый, и в то же время чистый, гармоничный поток. А еще у них есть бабочки. И ноги… Стоп! Опять! Пилот Светоча заставил себя резко выйти из эмоционального транса и мгновенно включил объективное восприятие.
Обстановка на площадке кардинально изменилась. Девушки как по команде разошлись на границы воображаемого круга, всем видом демонстрируя скромность, стеснительность и деланное безразличие. А парни остались внутри, нерешительно обозревая возникшие рубежи.
Странно, это не похоже на танцы, удивился Четыре_пи. Но тут выяснилось, что подобное начало — нечто вроде ритуальной прелюдии. От мужской компании начали отходить отдельные особи и странными траекториями приближаться к женскому окружению. После коротких диалогов образовалось несколько пар. Сцепление осуществлялось путем взаимного наложения рук на плечи и талии партнеров. При этом, между последними оставалось еще достаточное расстояние. Хм, на брачные игры не очень похоже. Танцующие медленно перемещались по площадке, стараясь попасть в такт музыки. Получалось только у некоторых.
— Ну, что тормозишь? — толкнул в бок Вадик. — Хватай свою Светку.
— Почему это она моя? — удивился Четыре_пи и тут же выхватил ее глазами. Света смотрела прямо на него, но встретившись взглядом, стала сосредоточенно рассматривать крышу клуба, а потом оживленно заговорила со своей соседкой. Даже отсюда Четыре_пи ощущал ее учащенный пульс.
Внезапно возле Светланы возник насупленный Сергей. Разведчик непроизвольно усилил фокусированный слух.
— Потанцуем? — судя по интонации, это был даже не вопрос.
— Не хочется, — смело ответила девушка.
— Да, ладно, чего ты, — парень бесцеремонно схватил ее за руку и с видимым усилием переместил в зону танцующих. Света было протестующе затрепетала, отчаянно посмотрела в сторону Четыре_пи и сникла. Сергей обхватил ее несколько теснее средних показателей наблюдаемой близости. Она локтями практически уперлась ему грудь, видно контролируя минимально допустимую дистанцию.
— Все, — вздохнул позади Вадик. — Упустил.
Странно. На что он намекает? Я должен вмешаться? Вырвать Светлану из этих, почему-то противных объятий. Завладеть моторикой субъекта и расплющить его по земле. Я не имею права. Это не мой мир. Я всего лишь наблюдатель. А расплющить хочется… Прямо раскатать. Но это неправильная реакция. Очень неправильная.