Во власти огня (СИ)
Одним из наиболее ярких представителей бывших рабов был Дарио. Имя это он выдумал сам - у рабов были только особые знаки. Знаменит же и популярен сей новоявленный герой стал еще до боя за Готу - во время восстания он лично заколол некроманта, замешкавшегося во время боя. Немалый вклад в репутацию этого освобожденного внесли рассказы о том, что некромант якобы бросил в него черное заклинание, но оно не тронуло смельчака - ошеломленный магик погиб от руки духа справедливости и возмездия, вселившегося в тело Дарио. Надо сказать, последний на людях активно соглашался с подобной трактовкой событий...
- Таким образом, - вещал Дарио в присутствии Айрона и его лордов вместе с Невельсдором и Дронго, собравшихся в походном шатре, - весь запад Фатума сейчас объят восстаниями против владычества черных магов: колонии один за другим сбрасывают с себя гнет, убивают погонщиков и прихлебателей. Некроманты бегут прочь на восток, а кто пытается сопротивляться - умирает в ужасных муках. До нас также пришли вести, что на севере постепенно развивается успех восстания. Еще немного, и проклятые некроманты будут заперты в своей черной твердыне - Уфар, - для раба Дарио говорил очень складно. Сначала это вызывало недоверие у Айрона, но затем он через Невельсдора выяснил, что на самом деле новый герой освобожденных служил писарем у одного из доверенных лиц некромантов. Ненавидеть же магиков у Дарио были вполне конкретные основания - его возлюбленную на его глазах разорвали на куски зомби по приказу темного. - Если мы выступим сейчас, то Западный тракт приведет нас прямо под стены Уфара...
В палатке послышался ропот. Айрон вскинул руку, прерывая разговоры. За последние недели он сильно возмужал, перестал стесняться, лишний раз краснеть, а его жесты все больше и больше походили на королевские. Совсем не под стать восемнадцатилетнему молодому человеку...
- А зачем нам под стены Уфара? - хмуря брови, спросил Айрон. Он внимательно смотрел в лицо Дарио немигающим взором. Этот взгляд когда-то принадлежал его отцу и заставлял потеть людей и дрожать от страха.
- То есть в смысле? - опешил Дарио. Хотя он умел вести за собой людей и вдохновлять их умы и сердца, реагировал он на все происходящее очень просто, даже простецки.
- В прямом, - сухо ответил Айрон. - Мы разбили армию Фатума, разорили его основные ресурсные центры, освободили наши Земли огня. Зачем нам идти дальше? Королевство Ильден сполна получило то, что не смогло получить три года назад, и вернуло потерянное с избытком. Воевать далее с Фатумом и поддерживать восстания нет для нас никакой выгоды.
Лорды (особенно Эльвут и Гифест) с нескрываемым уважением посмотрели на молодого отпрыска Ульфасара. Естественно, в глубине души почти все опытные дворяне рассматривали предприятие Айрона в качестве до поры до времени успешной авантюры. Однако мало кто из них предполагал, что принц действует не только по наитию и в исключительных поисках славы, но и с оглядкой на реальные государственные интересы и хозяйственную экономию.
Совершенно спокойно же на заявление отреагировал Невельсдор - он то знал, что Айрона с четырнадцати лет три года обучал сам дядя Ульрон - ныне десница королевства. Мудрый старый политик и экономист, когда-то посвятивший себя исследованиям и отказавшийся от престола в пользу младшего брата, старался многое передать из своих знаний будущему наследнику. И хотя Айрона в то время больше занимали известия с фронта и мастерство боя на шарапах, определенные знания все же осели в цепкой памяти принца.
Дарио же был откровенно поражен услышанным (а вместе с ним и остальные лидеры восставших). Несколько минут бывший писарь стоял в полной нерешительности, затем облизнул пересохшие губы и заговорил:
- Да... вы правы, милорд... Но... Дело в том, что... теперь, принеся Солнце с собой в наши земли и подарив нам надежду, вы... взяли в кулак не только судьбу королевства Ильден, но и судьбы десятков тысяч ... людей этой истерзанной земли, поверивших в ваше особое предназначение и возможность лучшей жизни, - постепенно Дарио совладал с собой, и его речь стала более уверенной. - Если же вы их бросите, то... некроманты превратят ныне воспылавших к вам любовью людей в зомби... - здесь глава сделал паузу - соратники за его спиной взволнованно забурчали. - Но если даже мысли о государственном интересе для милорда кажутся более важными, чем сказанное ранее, то... я напоминаю - Фатум как государство не существует. Это земля, захваченная тьмой и управляемая волей группы фанатиков. У нас нет истории, нет авторитетов, нет традиций. Все освобожденные - брошенные на произвол судьбы люди... И если великий сын королевства Ильден принесет Солнце в дома моих друзей... моих братьев по оружию и несчастью, то... мы не видим ничего плохого в том..., чтобы Посланник Солнца принял очищенные земли Фатума в состав своего королевства!
В шатре повисло молчание. Лорды переглядывались друг с другом и смотрели на принца, Невельсдор с Дронго задумчиво изучали землю под ногами, а Айрон все также немигающим взором смотрел на Дарио. Тот пытался некоторое время удерживать взгляд, но потом опустил глаза и ссутулил плечи.
Неожиданно Айрон встал со своего места: до этого он сидел на кресле с высокой спинкой и мягкими подлокотниками - реквизит из дома одного из некромантов.
- Если ты говоришь, что люди Фатума поверили в меня, - чувственно, глубоко и с силой начал Айрон, - что они любят меня и надеются на меня... То я даю тебе неделю, чтобы ты собрал как можно больше восставших у Готу, принес провизию и собранный фураж для похода, а также предложил принести клятву верности моему отцу, мне и всему королевству Ильден. Если ты выполнишь сказанное, мы отправимся к Уфару и не оставим камня на камня от черной твердыни проклятых некромантов!
После совета в личной беседе даже вдохновлявший поход Невельсдор высказал сомнения в успехе плана Айрона.
- В Уфаре нас будут ждать полчища возвращенных и десятки некромантов... Как ты планируешь бороться с ними? - были его доводы.
- Я когда-то не был уверен, что смогу отвоевать Земли огня с пятью сотнями, - отвечал принц. - Затем даже не представлял, что без крови своих солдат возьму Гуго... Теперь у меня нет хотя бы одной идеи, что мы будем делать под стенами черной крепости. Однако с нами люди и их вера в нас. Теперь уже отступать некуда.
Невельсдору нечего было ответить на это. Действительно, ввязавшись в войну с Фатумом, перенеся боевые действия на его территорию и всколыхнув тысячи рабов, нельзя было просто взять и уйти - это не мог позволить себе дальновидный правитель, заботящийся не только о своем имени и славе, но и о спокойствии на границах.
Прошло семь дней. Растянутых, полных тяжелых раздумий... Пять сотен королевской армии и еще около полутора тысячи наемников наслаждались солнцем и бездельничали. Благо захваченного золота пока хватало, чтобы платить за верность и мечи. Людям же требовался отдых. Дарио вместе со своими приближенными отсутствовал в месте расположения войск Ильдена.