Королева воздуха и тьмы
– При этом ты не сильно беспокоишься о том, чтобы сделать Хелен и Алину главами Лос-Анджелесского Института? При всей неприязни Когорты? – уточнила Диана.
– Это будет Алина, – Джулиан не отрывал пристального взгляда от Джиа. – Консульская дочка. Хелен официально ничем управлять не будет.
– Именно, – кивнула Джиа. – И нет, мне это тоже не нравится. Но это может стать шансом навсегда убрать их с острова Врангеля. Вот поэтому-то я и прошу вашей помощи – вас всех троих.
– Меня тоже будут допрашивать? – напряженно спросила Диана.
– Нет. Но я все равно прошу тебя помочь. Как ты помогала тогда, с этими файлами.
– Файлами? – вскинулась Эмма. – О каких файлах сейчас может идти речь?
Однако, Диана, кажется, поняла, о чем ей говорят.
– Конечно, я останусь, – сказала она. – Но я хочу, чтобы было ясно: я помогаю лично тебе, и мои интересы никак не пересекаются с инквизиторскими.
– Мне это ясно, – сказала Джиа.
«Как и мои», – повисло в воздухе.
– Но как же дети? – не унималась Эмма. – Они не могут отправиться в Лос-Анджелес без нас.
Она повернулась к Джулиану, ожидая, что он откажется разлучаться с младшими братьями и сестрами… Скажет, что они нужны детям, что дети должны остаться в Идрисе.
– Хелен прекрасно о них позаботится, – холодно сказал Джулиан. – Она бы сама этого хотела. Все будет хорошо – она же их сестра.
– Тогда решено, – Джиа встала из-за стола. – Собирайте их вещи, мы откроем им портал сегодня ночью.
Джулиан тоже поднялся, отбросив с лица волосы забинтованной рукой. «Да что за черт! Что с тобой не так?» – подумала Эмма. Что-то такое творилось с Джулианом, чего горе никак не объясняло. Эмма не просто знала – она это чувствовала, глубоко внутри, там, где связь между парабатаями петлей сжимала ей сердце.
И сегодня ночью, когда остальные уже будут в безопасности, она непременно выяснит, что это за штука.
5. По гладкой плоскости стекла
Когда Эмма вошла, Кристина уже собирала вещи – опрятно и точно, как и все, что она делала. Одежду она аккуратно сворачивала, чтобы та не помялась, все влажное закрывала в пластик, а обувь совала в пакеты, чтобы она не пачкала вещи.
– А я когда собираюсь, просто швыряю все в чемодан и сажусь сверху, пока Джулиан пытается застегнуть молнию, – лучезарно сообщила она.
– У меня от этой картины сыпь начинается, – Кристина с улыбкой посмотрела на нее.
Эмма прислонилась к стене. Она чувствовала себя очень усталой и одинокой, словно Кристина и Блэкторны уже уехали.
– Скажи мне, что будешь в Институте, когда я вернусь, – попросила она.
Кристина бросила свое занятие и, прикусив нижнюю губу, критически посмотрела на выданный ей Пенхаллоу чемодан – он лежал раскрытый на кровати.
– Тебе известно, сколько ты тут пробудешь?
– Несколько дней.
– Думаешь, семейство захочет, чтобы я осталась? – взгляд ее больших темных глаз устремился на Эмму. – Я могла бы просто поехать домой. Мой учебный год еще не истек, но они бы, я думаю, поняли. У меня такое ощущение, будто я вторгаюсь в…
Эмма отлепилась от стены и энергично замотала головой.
– Нет-нет, Тина, ничего подобного.
Она вкратце пересказала свой разговор с Джемом и всю историю про заражение леев.
– Джем думал, что я отправлюсь в Лос-Анджелес; сказал, чтобы я вышла на связь с Катариной и попыталась вместе с ней как можно больше разузнать о лей-линиях, но теперь этим придется заняться тебе. Хелен с Алиной будут по уши в детях, плюс у них горе и вообще… Кристина, я тебе доверяю. Я знаю, ты сможешь.
Кристина слабо улыбнулась в ответ.
– Я тебе тоже доверяю.
Эмма упала на кровать. Та протестующее заскрипела, и Эмма пнула ее в ножку – пятку ушибла, зато душу отвела.
– Я не хочу сказать, что от Хелен с Алиной проку ноль – просто все сейчас разбиты горем. Им понадобится хоть кто-то, кто еще держится, – им понадобишься ты.
Она вдохнула поглубже.
– И Марку тоже.
У Кристины расширились глаза, а Эмма внезапно вспомнила лицо Марка час назад на кухне, когда они с Джулианом выдали новость: вся семья возвращается в Лос-Анджелес сегодня же – но без них.
Марк словно одеревенел. Потом покачал головой и сказал:
– Скверные новости. Я не могу… – но замолчал и сел на край стола; руки у него слегка дрожали.
Хелен, которая и так уже там сидела, побледнела, но ничего не сказала, а Алина положила руку жене на плечо.
Дрю, ни слова не говоря, вышла. Марк через мгновение встал и последовал за ней. Тавви некоторое время протестовал, выдвигал сотни аргументов, почему Джулиану непременно нужно отправиться с ними, и почему им не надо оставаться, и что пусть лучше Инквизитор приедет к ним, в Лос-Анджелес, или даже проведет допрос по скайпу – от этого последнего предложения у Эммы точно случилась бы истерика, не будь она в таких расстроенных чувствах.
– Так мы едем домой? – спросила Хелен; Джулиан наклонился и что-то тихо втолковывал Тавви – Эмма их больше не слышала. – Назад, в Лос-Анджелес?
– Я за вас очень рада, и Джиа говорит… она думает, вы сможете остаться, – торопливо проговорила Эмма.
– Она надеется, что мы сможем остаться, – поправила ее Алина.
С виду она была совершенно спокойна, но пальцы на плече Хелен так и побелели.
– Но не без тебя же, – на лице у Хелен появилось загнанное выражение. – Мы должны остаться здесь, пока они держат тебя…
– Нет, – к всеобщему удивлению, это вставил Тай. – Это будет опасно для Марка. И для тебя тоже. В плане Джиа есть свой резон.
Кит бросил на него не поддающийся расшифровке взгляд, в котором сквозила тревога и… что-то еще.
– Домой! – глаза Хелен заблестели от слез.
Она посмотрела на Джулиана, но тот был занят попытками усмирить брыкающегося Тавви. В конце концов мальчика пришлось унести.
– Даже не знаю, от грусти я плачу, или от счастья, – пробормотала Хелен, смахивая слезы.
Алина поцеловала ее в голову.
– И от того, и от другого, я думаю.
Эмма была уже на полпути в комнату Кристины, когда на лестничной площадке наткнулась на Марка. Он стоял, прислонившись к стене, и выглядел мрачным.
– Дрю не пускает меня с ней поговорить, – сообщил он. – Я волнуюсь. Это в духе фэйри – горевать в одиночку, но Сумеречным охотникам такое не свойственно.
Эмма заколебалась. Она чуть было не ляпнула, что это очень свойственно Дрю – запираться одной у себя в комнате. Но Дрю и правда была очень расстроена, когда выбегала из кухни, так что…
– Продолжай пытаться, – посоветовала она. – Иногда приходится стучать минут двадцать. Ну, или сразу предложи посмотреть вместе с ней какой-нибудь триллер.
Марку эта идея не показалась удачной.
– Не уверен, что мне понравится фильм ужасов, – с сомнением протянул он.
– Никогда не знаешь, где тебе повезет, – пожала плечами Эмма.
Марк уже собрался идти обратно, наверх, но задержался на первой ступеньке.
– Я и за вас с Джулианом волнуюсь, – признался он. – Мне не нравится Инквизитор, и то, что он будет вас допрашивать. Он похож на Неблагого Короля.
– Да ну? – удивилась Эмма.
– Да, то же ощущение, – сказал Марк. – Не могу объяснить, но…
Наверху на площадке открылась дверь.
– Эмма? – Кристина заглянула вниз. – Ты не могла бы…
Увидав Марка, она замолчала. Эти двое так смотрели друг на друга, словно Эммы тут вообще не было.
– Простите, не хотела вас прерывать, – сказала Кристина, продолжая смотреть на Марка, а он на нее, словно их взгляды кто-то связал узлом.
Марк встряхнулся, будто смахивая паутину снов.
– Все в порядке. Мне все равно нужно поговорить с Друзиллой.
Он взлетел по ступенькам и исчез за поворотом коридора.
Кристина тоже опомнилась и пригласила Эмму войти. Теперь казалось, что никакого Марка она только что не видела, но Эмму так и подмывало расспросить ее об этом.
– Ты будешь нужна Марку, – начала она, и Кристина тотчас же сцепила руки на коленях.