Игла и нить

– Так и есть, – улыбнулся Аттис.
Он взял ключ из рук Анны и положил его обратно в банку к остальным ключам.
– У тебя интересная татуировка, – заметила девочка, не сводя глаз с лица Аттиса.
Молодой человек опустил взгляд, и Анна, воспользовавшись моментом, взглянула на подкову на его груди. Вблизи она была еще меньше похожа на обычную татуировку. Подкова поблескивала в свете пламени, словно в плоть Аттиса были вплетены нити проволоки.
– Она магическая? – Анна подавила желание дотронуться до нее пальцем.
– Да. Железная татуировка. Для защиты. – Молодой человек отвернулся, чтобы взять футболку, висевшую на двери. Белизна футболки резко контрастировала с его загорелой кожей, запачканной копотью.
– Эта татуировка является частью какого-то обряда посвящения или чего-то в этом роде?
– Только самым крутым ведьмам набивают такую. Есть клуб и все такое.
Анна закатила глаза.
– Хочешь, я и тебе набью такую же? Железную подкову. Где-нибудь вот тут. – Аттис дотронулся пальцем до руки девочки, чуть пониже плеча. – Для защиты.
– Чтобы защитить меня? – Анна отпрянула. – Ведь это моя магия проклята, а значит, нужно защищать не меня, а от меня.
– Твоя магия никому не навредит, пока ты сама этого не захочешь. – Глаза Аттиса внезапно стали темными и серьезными.
Анне больше нравилось, когда они смеялись.
– Над чем ты тут работал?
– Хочешь посмотреть? – Молодой человек внезапно оживился и бросился обратно к своей наковальне.
Анна не смогла сдержать улыбки.
– Да. – Девочка бросила взгляд на печь, где колыхалось яркое пламя.
Оно то выпрямлялось, то скрючивалось, ни на минуту не успокаиваясь, как и хозяин этой мастерской. Аттис вытащил из пламени кусок металла, чтобы продемонстрировать его Анне. Это было что-то длинное, тонкое и острое.
– И что это будет?
– Лезвие.
– Ой…
Он полез в задний карман и вытащил деревянную рукоятку:
– Для моего ножа со множеством лезвий.
Рукоятка была покрыта замысловатыми знаками-символами.
– Что они означают? – спросила Анна.
– Я работаю с рощей стражей, которая специализируется на защитной магической символике. Символы придают моим лезвиям их силу.
Аттис поднял нож и быстро опустил его; из рукоятки появилось маленькое, но острое на вид лезвие.
– Это мое наиболее часто используемое лезвие, покрывает все базовые потребности. – Молодой человек взмахнул ножом, и лезвие преобразилось. Теперь оно стало длинным и изогнутым. – Мачете. – Аттис вновь провел волшебным инструментом по воздуху, и, хотя Анна не уловила момент, когда это произошло, лезвие в нем вновь поменялось. Теперь оно было короче, с острым крючком на конце. – Шкуросъемный нож.
– Лезвие меняется в зависимости от того, как именно ты проводишь ножом по воздуху?
– Именно. Движение соответствует одному из символов, вырезанных на рукоятке, и выдвигает нужное лезвие.
Анна вскинула брови.
– И сколько лезвий в твоем ноже? – спросила она.
– Пока только двадцать. В нем есть лезвия на любой случай – от борьбы до перерубания веток и разделки мяса. В нем также есть несколько волшебных лезвий…
– Что за волшебные лезвия? – нетерпеливо переспросила Анна.
– Одно, которое в состоянии разрезать что угодно. Метательное, которое всегда попадает в цель. Огненное, разумеется. Невидимое лезвие – очень полезная штука. И куча всяких других.
– А над каким лезвием ты работал только что?
– Жертвенное. Действует быстро и наверняка. Оно может пройти через кость и всегда вонзается прямо в сердце.
– И что ты собираешься принести в жертву? – обеспокоенно спросила Анна.
– Ничего особенного. – Аттис отложил лезвие в сторону. – Оно нужно мне так, на всякий случай.
– А ты, случайно, не гном? Они славятся своим кузнечным мастерством.
– Для гнома я немного высоковат, не находишь?
– Тогда, может быть, гоблин?
– Для гоблина я слишком красив.
– Точно, ты гоблин, – нарочито серьезным тоном сказала Анна.
У девочки заурчало в животе.
– Ой, да ты проголодалась. Что ты хочешь на завтрак? – участливо поинтересовался Аттис.
– Найду какие-нибудь хлопья…
– Хлопья тебе вредно. Чего бы тебе хотелось? – Молодой человек сделал ударение на последнем слове. – Я с удовольствием тебе приготовлю.
– Я не знаю.
– Ты не знаешь, чего хочешь? Это хроническая проблема?
– Я хочу омлет с красным перцем, – тут же не раздумывая выпалила Анна.
– Омлет с красным перцем, – повторил Аттис и кивнул с важным видом.
Анна покачала головой.
– Ты не обязан готовить мне омлет, правда. Я вполне обойдусь кусочком тоста, – предложила она.
– Ты будешь есть омлет.
– А ты его есть будешь?
– Конечно.
– Ну ладно. – Анна еще немного постояла в кузнице, испытывая некоторую неловкость, а затем направилась к двери, ведущей в коридор. – Тогда пошли на кухню. – Девочка и сама не поняла, зачем ей нужно было озвучивать, куда именно они собираются идти.
Аттис рассмеялся и ответил:
– На кухню, сержант.
Аттис сбегал в магазин на углу, чтобы купить все необходимое для омлета, но вернулся с несколькими полными сумками.
– Так, я купил яйца. Перец. Козий сыр. Апельсиновый сок. Хлеб. Маффины, – доложил он. – Закатим пир!
Селена, должно быть разбуженная запахом еды, забрела на кухню в поисках кофе.
– Я уже сварил тебе кофе. – С этими словами Аттис наполнил ее чашку.
Селена взяла чашку из его рук и села за стол.
– Давай, эликсир, заставь меня проснуться, – пробубнила она.
– А где Эффи? – поинтересовалась Анна.
– И не надейся увидеть ее раньше полудня. Она ненавидит засыпать, пока не заснет, а потом ее и пушкой не разбудишь, – объяснил Аттис, посыпая травами омлет на тарелке, которую только что поставил перед Анной.
Перец блестел, как тонкие красные ленты, козий сыр расплавился и аппетитно стекал на тарелку.
– Спасибо. – Девочка тут же набросилась на еду.
– Туман в моем мозгу потихоньку рассеивается. Меня ждет работа, – объявила Селена. – Через полчаса ко мне придет клиент.
– Что за заклинание? – спросила Анна в надежде составить Селене компанию.