Дикий + бонус (СИ)

Сама же внушила себе то, что говнюк не скотина. Повелась на пацанские штучки и теперь выгребаю. Отлично, Рина, браво.
Едва дождавшись, что дыхание позади меня станет размеренным, тихо встаю с кровати и, даже не оглянувшись, отправляюсь в свою комнату. Собираю сумку, оставив вещи Ланы в шкафу. Я их не заслуживаю. Как же девчонка была права. А я идиотка еще собралась их сближать. Оборачиваюсь к зеркалу и наспех завязываю хвост. Врастаю в пол, когда замечаю, как из глаз текут слезы.
Я столько лет не плакала. Ограждала себя от эмоций и теперь из-за этого подонка снова ощущаю это отвратительное чувство. Дрянное чувство ненужности и слабости.
Крепко сжимаю зубы и со злостью растираю по щекам ненавистную влагу.
Ненавижу его! В груди больно давит, но я стараюсь игнорировать это чувство.
Хватаю сумку, быстро оглядываюсь, проверяя, чтобы ничего забыла, и бесшумно спустившись по лестнице, выхожу из дома. Пешком бреду в сторону ближайшей остановки. Упрямо вперед. Не оборачиваясь. Солнце только поднялось из-за горизонта, обещая новый день, а мне кажется, что его свет потух.
Посреди дороги обессиленно приседаю на корточки и обхватываю голову руками. Дышать тяжело, огромный ком в горле душит, но я раз за разом его проглатываю. Не смей плакать! Не смей, Рина! Этот говнюк этого не достоин!
Ты с самого начала знала, что так будет. Такие как Матвей чудесным образом не меняются. Сегодня я, завтра другая, послезавтра третья. Кобели по натуре не станут верными и преданными. Нужно было уже давно это понять. Оказывается, я тоже не потеряла способность верить в сказки. Жалею ли о том, что сделала? Нет. Я никогда не жалею о своих поступках. Они помогают набраться опыта и стать сильнее. Вот только почему-то именно сегодня боль от очередного падения по-особенному острая.
Рвано втягиваю в легкие воздух, стараясь изгнать из памяти улыбающийся образ подонка. Кажется, я вся пропахла его запахом, потому что он буквально зудит по всей коже, принося мучение. Зажмуриваюсь, остервенело стирая чертовы слезы и рывком выпрямляюсь.
На секунду задумываюсь куда же теперь пойти. Квартиру еще не нашла. В бар отправляться нет сил и желания. Мне нужно пространство, чтобы вернуть растрепанные чувства в норму. Остается только один вариант. Мои друзья, от которых я съехала несколько месяцев назад, чтобы окончательно не слететь с катушек.
Набираю Вику. Спустя несколько гудков подруга сонно ворчит:
— Ринка? Офигела в такую рань звонить?
— Вик, я возвращаюсь!
  
Глава 31
 
Матвей
— Кэш, харе спать, — голос Рыжего внедряется в мой до одурения приятный сон, в котором Рина в кожаных перчатках, забравшись на меня сверху, дубасит меня, а потом стаскивает свою майку и просовывает мне язык в рот.
Распахиваю глаза, когда в сознание врывается мысль о том, что Рина ведь должна тоже спать. Бросаю взгляд на пустую половину кровати, но не обнаружив дикарки, откидываюсь на подушку. Сбежала, девочка. Глупо улыбаюсь самому себе, когда представляю, как найду ее и зажму где-нибудь у стены, засосу пухлые губы и вторгнусь пальцами в тугое отверстие. Член тут же с готовностью упирается в матрас. Просовываю под себя руку и сдавливаю его. Лежать, брат. С нами хотят поиграть в прятки. Разве мы можем отказать девушке в таком простом желании?
— Что ты тут делаешь, Рыжий?
Вспоминаю о Сане и рывком встаю с постели, несколько раз потягиваюсь и растираю лицо ладонями. Не совсем в такой компании я представлял сегодня проснуться.
Саня заваливается в кресло и с шипением открывает банку пива, точно найденную в моем холодильнике.
— Решил узнать, как ты после вчерашнего. С Мироном уладили?
— Ага, — кричу ему из ванной комнаты, параллельно включая воду. — Бабки ему заплачу и пару месяцев бесплатно подерусь.
Принимаю наспех душ и, вытеревшись полотенцем, надеваю спортивки. Когда выхожу, нахожу Саню у окна, пристально всматривающимся во двор. Друг выглядит, мягко говоря, озадаченным.
— Слушай, это не Настя?
При упоминании имени бывшей автоматически сцепляю зубы и подхожу, чтобы тоже выглянуть наружу. Сучка. Ее бы я узнал из миллиарда. Те же светлые волосы, черные джинсы с дырками на коленях и майка в обтяг, чтобы сиськи лучше выделялись. Дрянь подходит к двери, и в этот момент по дому раздается звонок.
— Идем, — киваю Рыжему на дверь.
— А че она здесь потеряла?
— А хер его. Щас узнаем. Ночью звонила, говорила соскучилась.
— Нихуя себе.
Не один я охренел от ее звонка. Рыжий как никто в курсе, что эта сука сделала для меня. На то чтобы спуститься у нас уходит несколько секунд. Валя уже впустила гостью и как раз собиралась подниматься звать меня.
— Доброе утро, — вежливо кидаю Вале и махнув рукой отпускаю ее по своим делам.
Обращаю взгляд на стерву, неуверенно топчущуюся на пороге. Прислушиваюсь к себе, стараясь найти отголоски прежних чувств, но ни черта. Тихо, как на минном поле.
— Ну привет, — склоняю на бок голову, исследуя глазами когда-то любимое лицо. Скулы острые, кажется, она похудела еще больше. Под глазами синяки, губы изжёваны. Значит проблемы, а за их решением приперлась ко мне.
— Привет, Матвей. Мы можем поговорить?
Издаю смешок и кошусь на Рыжего.
— Поговорить она, блядь, хочет.
Рыжий тоже скалится, цокнув языком.
— Ну давай поговорим, — предлагает, хлопая себя по карманам в поисках пачки сигарет.
— Ну давай. Пойдем, — прохожу мимо нее, даже не заботясь о том, что толкаю в плечо, и выхожу на улицу. Солнце тут же впечатывается лучами в рожу, заставляя щуриться.
— Сколько щас хоть времени? — кидаю вопросом в друга.
— Начало первого, — Рыжий отвечает, сверившись с телефоном.
— Нихуево я поспал.
Тут же вспомнив о причине своей бессонной ночи, чувствую очередное покалывание в груди. Щас с этой сукой разберусь и пойду как можно скорее найду мою дикарку.
Вхожу в гараж, специально оборудованный для личных «переговоров по душам». Хлопаю в ладоши, и темное помещение озаряется светом. Люблю себя радовать такими штуками. У отца отдельный гараж с его элитными тачками, у меня все попроще. Зато комфорт на высшем уровне.
Заваливаюсь на диван. Саня садится рядом. Настя жмется, не зная куда ей усадить задницу, и я киваю ей на стул в паре метров.
— Что же тебя заставило после всего рискнуть прийти ко мне? — подкуриваю сигарету и, посмотрев на тлеющий огонек, выпускаю вверх струю дыма.
— У меня проблемы, Матвей.
Ну естественно. И почему я не удивлен? Поднимаю на нее глаза и вдруг четко понимаю, каким дебилом был полгода назад. Это ж надо было увидеть в этой суке ангела. Нет, внешность у нее реально обманчива. С виду скромная правильная девка, а на деле…
— Моими проблемами ты не интересовалась после того, как подсадила на наркоту.
Зашуганный взгляд устремляется в пол. Боится меня. Правильно.
— Видать проблемы немаленькие, раз приползла?
У Насти уходит несколько мгновений на то, чтобы обосновать причину. Тонкие бледные пальцы сдирают лаг на ногтях, а носок кроссовка тарабанит по полу. Пусть понервничает. Теперь ее очередь передо мной стелиться, тварь. Смотрю на нее, а чувствую только позывы к рвоте.
— Я продала партию наркотиков, — наконец облачает мысли в слова, — не совсем качественных, и теперь с меня требуют большие деньги.
— Аааа, вот оно что! — громко ржу, понимая комичность ситуации. — То есть ровно полгода назад ты с меня тянула бабки на таблетки, а теперь вдруг потребовалось, чтобы я вытащил тебя из жопы, в которую сама себя и затянула? А как же твой доблестный рыцарь? Как его там звали?
— Паша.
Точно. Дубнов, кажется, его фамилия была. Помню, как под кайфом с пацанами сломали ему руку, потому что эта сука рассказывала, как он ее донимает и прохода не дает.
— Он самый. Пусть и дает денег.
— Мы уже давно не вместе.
Запрокидывая голову, ржу еще громче. Жизнь бумеранг, блядь.