Fair Play (СИ)

Я встала прямо возле выхода, не зная, что делать дальше. Нагло выйти на поле? Нет, не хочу. Лучше окрикнуть кого-нибудь из ребят и попросить позвать его. Я только быстренько скажу то, что должна, поцелую его и убегу. Но звать никого не пришлось. Мой муж спрыгнул с трибуны и подошел к кромке поля, где валялись бутылки с водой.
— Майк! — крикнула я что было силы.
Он обернулся и ослепил меня счастливой мальчишеской улыбкой. В этот момент мне показалось, что он не маститый, уважаемый, заканчивающий карьеру футболист, а семнадцатилетний паренек, у которого все только впереди. Его глаза засияли еще ярче, когда Майк заметил меня. Он в три прыжка оказался рядом.
Потный, уставший, но такой красивый. Муж не спешил обнять меня, но и не ругал за то, что я находилась здесь. Он лишь отвел меня к раздевалке, где сейчас никого не было, и можно было поговорить без лишних глаз и ушей.
— Мы выиграли, — очень серьезно проговорил Майк, хотя при этом не прекращал улыбаться.
— Знаю, — тихо ответила я, положив ладони ему на грудь.
Мы смотрели друг другу в глаза, и я понимала, что он — вся моя жизнь, что этот момент — самый лучший, что пришло время сказать:
— Я тоже люблю тебя.
Хотя стадион ревел, я не слышала ничего, кроме биения собственного сердца. Майк на миг стал серьезным, но тут же его чертова насмешливая бровь поползла вверх.
— Тоже? — уточнил он.
Я не сдержалась и пихнула его в грудь.
— Все видели, что ты орал после гола.
— Плевать на всех, главное, что ты видела.
Майк положил одну руку мне на талию, а вторую на живот и склонился, чтобы осыпать мое лицо поцелуями.
— Люблю тебя, Мел. Так люблю тебя, малыш, — шептал он, лаская мои щеки, губы и прикрытые глаза своими нежными губами.
— Люблю, люблю, люблю, — повторяла я эхом, желая прижаться к нему всем телом, крепко-крепко.
— Давно? — спросил Майк, слегка отстранившись.
— Всегда, — я пожала плечами. Уже не помню то время, когда я не любила его.
— Детка, — он печально улыбнулся, погладив мою нижнюю губу большим пальцем. — Почему мы не говорили этого раньше?
— Не знаю. Это важно?
— Уже нет.
Я снова потерялась в сладкой нежности поцелуя, который на этот раз был глубоким и отчаянным. Майк тихо застонал мне в рот, и я скомкала в кулаке его майку. Меня одновременно пронзило острое желание и… боль.
— Мел… — тревожным голосом позвал муж.
Я зажмурилась и затаила дыханье, чтобы не завопить. Придя в себя, я поняла, что сжимала через майку и руки Майка. Господи, у него же синяки останутся.
— Мел, это же не?.. — он уставился на меня огромными перепуганными глазами, а сам побелел, как мел.
— Наверное, тренировочные, — проговорила я, не веря, что это на самом деле была схватка.
— Точно?
— Да… О-о-о… — я на автомате опустила глаза и увидела, что по ногам течет.
Майк тоже посмотрел вниз.
— Чтоб меня. Матерь божья… — выругался он.
— Я сто раз просила не выражаться. Отвыкай от этого дерьма, — огрызнулась я.
— Но ты же… Ведь это… Мел, нам нужно в больницу! — бормотал он, запинаясь через слово.
Я хихикнула.
— Сторм, у тебя такой вид, словно ты сам сейчас родишь, — уже в голос посмеивалась я.
— Спаркс, ты меня убиваешь. Неужели тебе не страшно? — спросил Майк, зачесывая волосы пальцами.
— Не знаю. Мне кажется, что это так… правильно, — я, и правда, была спокойна. Не считая дискомфорта от отошедших вод, я чувствовала себя хорошо, уверенно. Майк любит меня, он знает, что я люблю его, Англия — чемпион Европы. Что еще сегодня надо для счастья? Встретиться с нашей маленькой девочкой.
Я натолкнулась на панический, перепуганный взгляд Майка, поймала его руку и крепко сжала. Одними глазами я постаралась объяснить ему все, что чувствовала. Не зря же мы все это время умудрялись любить друг друга, не произнося слов признания. Наши тела и души уже давно научились общаться без лишнего трепа языков.
Муж сжал мою руку в ответ, улыбнулся и уверенно кивнул. Он все понял.
— Ты можешь идти? Черт, я ведь без машины, — проговорил Майк.
— Какая машина? Ты рехнулся? Через пару минут награждение, а потом пресс-конференция, — возмутилась я. — Все еще только началось. Просто найди человека, и мы поедем в больницу. Увидимся там.
Он открыл рот, но я даже слушать ничего не хотела.
— Теряем время, — уперлась я.
Майк сощурился, но снова кивнул. Он довел меня до фито-бара и усадил на стул. Через пару минут я уже шла к выходу под руку с Лив, а Джошуа подгонял машину. Майк крепко поцеловал меня.
— Я быстро, — пообещал он, неохотно отпуская меня.
— Я буду смотреть телевизор, даже не думай отделаться по короткой программе, — пригрозила я.
— Люблю тебя, — проговорил он беззвучно, одними губами.
— Люблю тебя, — точно так же ответила я.
В этот момент меня снова скрутило схваткой, и я прижалась к Лив, которая взволнованно приказала Джошу:
— Поехали уже.
По дороге мы позвонили моему доктору, которая прибыла в больницу лишь на пару минут позже. А в клинике нас уже ждали. Я потребовала палату с телевизором. Анжела посмеивалась, называя меня настоящей фанаткой. Конечно, я успела посмотреть только вторую часть конференции. Майк был весьма терпелив и не без энтузиазма отвечал на вопросы. Как ни странно, но меня, скорее всего, никто не заметил на стадионе, что, безусловно, было к лучшему. Я наконец расслабилась. Безусловно, роды — это важно и волнительно, но он должен прочувствовать свой триумф.
Лив была со мной, пока ни приехал Майк. Я не хотела, чтобы он видел меня в таком состоянии, но разве этому упертому барану можно хоть что-то запретить. Хотя нужно признать, он здорово мне помог. Муж постоянно обнимал меня, растирал спину, давал попить, да и просто подбадривал, говоря, как он мной гордится, какая я молодец. Только через семь часов, когда Анжела объявила, что у меня полное раскрытие, я смогла говорить с убедительной интонацией. На последнем этапе присутствие Майка приводило меня в ужас. Не нужно ему это видеть.
Спустя полчаса, которые показались мне вечностью боли и титанических усилий, я услышала звонкий крик нашей дочери. Такая крошечная, смешная, сморщенная, но вся моя. Наша. Хотя изначально это было мое решение, но теперь я точно знала, что Майк ждал этого ребенка так же сильно, как и я. Последние страхи улетучились, как только мне положили кроху на живот. Ее невозможно не любить.
Муж появился почти сразу. С невероятно глупым выражением на лице он долго разглядывал малышку. Клянусь, я никогда не видела Майка таким. Кажется, я родила маленькую ведьму, которая сразу напустила на папочку свои чары.
— Она — такая красная и сморщенная, — глупо хихикнул Майк. — Никогда не думал, что кто-то такой красный и сморщенный может быть таким симпатичным.
Я тоже тихонько засмеялась.
— Посидел бы ты в пузыре с водой девять месяцев, был бы таким же сморщенным.
— Но не таким красивым…
Я бы с этим поспорила, но не было сил.
— Мел, я знаю, это слишком быстро, но… — начал Майк, и я сразу поняла, о чем он.
— Имя?
— Да.
Мы договорились, что не будем называть малышку, пока не увидимся с ней.
— Виктория, — не задумываясь, выпалила я.
— Идеально, — кивнул Майк, довольно улыбаясь. — Я хотел предложить то же самое.
Он потерся щекой о мою макушку. Может, мне показалось, но вроде бы на мои волосы упало несколько капель. А потом Майк, словно случайно, потер глаза. Конечно, я сделала вид, что ничего не заметила.
Малышка заснула, и мне до ужаса захотелось последовать ее примеру. Глаза просто слипались. Майк запретил родным беспокоить нас сегодня, за что я была ему очень благодарна. Мне следовало выспаться. Завтра начнется мой первый день в роли мамы.
— Мел, — услышала я, уже засыпая. — Давай поженимся.
Сон как рукой сняло.
— Мы уже женаты. Разве нет?
— Я хочу жениться на тебе по любви, а не по контракту, — выдал Сторм, и настала моя очередь вытирать глаза. — Я люблю тебя, детка. Давай просто сделаем это. Неважно, когда и как, просто скажи, что будешь всегда моей.