Я - логист (СИ)

Алеся развернулась и, не дожидаясь моего ответа, устремилась вперёд.
— А вот эти вчерашние фокусы с сидением в воздухе, это мне не показалось? — решил я сразу расставить все точки над i. Изо всех сил я старался говорить спокойно, но внутри меня здоровски трусило.
— Сейчас, погоди, — ответила мне девушка и достала из кармана телефон. Это была видавшая виды раскладушка с забавным брелоком в виде чёртика, судя по всему, из какого-то мультика. Из Геркулеса вроде. Алеся открыла телефон, приложила к уху и, продолжая движение, что-то выслушивала. Странно, но, по-моему, звонка не было.
— Да, хорошо, прости, что забыла разбудить, да, на работе уже… — сказала она в трубку через десяток секунд, — договорились… ага… в обед увидимся. Целую.
— Классный брелок, — подал я голос, когда Алеся спрятала телефон.
— Ага, спасибо, — улыбнулась она, — люблю вешать брелоки на телефон, да и вообще люблю старые телефоны, особенно раскладушки, есть в них своя индивидуальность, не то, что сейчас, бесхарактерные лопаты.
Еще несколько секунд мы шли молча, а затем она посмотрела на меня:
— Ты о чём-то спрашивал, когда мне позвонили?
— Ага, спрашивал. Вчера мне не показалось, что ты сидела просто в воздухе?
— Ну, Дмитрий Юрьевич, не всё сразу, — загадочно прошептала Алеся, прищурив глаза, — сначала мы сядем. Затем ты закажешь нам чаю и заварных пирожных. И уже потом, может быть, я открою тебе страшную тайну. Здесь налево.
Кафешка располагалась в подвале офисного здания. Ничем не примечательный спуск в подвал, скользкая лестница, металлические перила, самая обычная деревянная дверь. На ней красовались кованые буквы, которые складывались в название кафешки — САРИК.
Внутри царил полумрак. Когда глаза слегка привыкли к темноте, я осмотрелся —подметил, заведение пришлось мне по душе. Просторный зал. Кирпичные стены, которые были чем-то покрыты и переливались легкими бликами. Кстати, тусклый свет исходил от десятка керосиновых ламп, произвольно расставленных по всему залу.
Мы повесили куртки на кованые вешалки, прибитые к стене, и уселись за дубовый столик в углу. Остальные столы тоже пустовали, но Алеся целенаправленно выбрала этот. Наверное, он был её любимый. Вместо привычных для такого рода заведений стульев или диванов здесь использовали кресла-качалки. Удобно устроившись, я краем уха уловил легкие звуки джаза, доносившиеся из невидимых колонок, — еще одна приятная деталь. Воздух был наполнен хвойным ароматом. Вокруг царило спокойствие и умиротворение.
— Рано ты умостился. Ну ладно, так и быть, за чаем и заварными схожу я, тут самообслуживание, но вот платить за них будешь ты, при выходе, — безапелляционно заявила Алеся и направилась к большому окну в стене. Там стоял приветливый чернявый парень, или мужчина, лет тридцати. Наверное, кафешку он назвал своим именем. 
Пока девушка делала заказ и ждала его выдачи, я наблюдал за ней со спины. Сегодня вместо красного свитшота на ней был тёплый бордовый вязаный свитер.
— Прости, я не знаю, какой чай ты любишь, поэтому взяла такой же, как себе. Думаю, ты оценишь, — сказала она, поставив на стол две огромные чашки, которые вмещали, наверное, по литру жидкости, и тарелку с четырьмя заварными пирожными.
— Спасибо, сейчас заценим, — я взял в руки зелёную чашку и с первым глотком улетучились все остатки волнения. Привкус земляники прекрасно дополнял атмосферу спокойствия.
— Ну что ж, а теперь можем и поговорить, — удовлетворенно промолвила Алеся, увидев, что от наслаждения я даже веки прикрыл.
— Легко.
— А какой ты религии? — неожиданно спросила Алеся, резво схватив заварное пирожное с тарелки.
— Ну-у-у-у, я крещённый, бывал пару раз в церкви, но не более того. Наверное, я агностик, но из всех верований, мне ближе те, в которых присутствует идея перерождения души.
— Это же просто класс! — воскликнула Алеся, положила надкусанное пирожное назад в тарелку и отпила чаю из чашки.
— Почему?
— Потому что такие верования максимально приближены к истине, — радостно ответила девушка, пододвинулась ближе к столу, раздвинула чашки с тарелкой и положила руки на столешницу. — Сейчас я всё объясню, смотри!
Ну и в следующий миг я обалдел, потому что буквально не мог поверить своим глазам. В очередной раз. Алеся махнула ладонью, и чай из её чашки взлетел вверх, как красное облачко, медленно подплыл к середине стола, не касаясь столешницы, и завис в воздухе. Это было похоже на то, как космонавты на орбитальных станциях выливают воду перед собой и ее капельки летают в невесомости. Чай начал шевелиться и через пару мгновений принял форму маленького человечка, похожего на имбирный пряник из «Шрека».
— Есть люди. Они живут, размножаются, делают всякие дела. Когда они умирают, то душа покидает тело и отправляется на время в другое измерение.
Из человечка вышло маленькое облачко, оно завертелось, закрутилось, его засосал чайный вихрь, вспышка — и облачко вновь просто застыло между руками Алеси; затем от зависшей жидкости отделилась маленькая часть, разделилась на две и одна образовала знак плюс, другая — минус. 
Алеся продолжила:
— Там есть специальная комиссия, которая оценивает твои земные деяния. Если ты был обычным человеком, не сделал ничего ужасного, но и ничего выдающегося тоже, твою душу помещают в новое тело, то есть в новорожденного ребёнка, предварительно стерев память о прошлой жизни.
После этих слов плюс немного увеличился в размерах, а минус, наоборот, сжался.
— А если на твоем счету много хорошего, ты изменил сотни жизней к лучшему, тебя оставляют в Департаменте и освобождают от мирских забот. Предвижу твой вопрос и отвечаю: не знаю, чем там можно заниматься, — удивила меня своей проницательностью Алеся. Даже не успев открыть рот, я просто кивнул и продолжил слушать. Теперь минус стал больше, а плюс скукожился. — Если же ты был плохим человеком, убийцей, или вором, или еще кем-то таким, то тебя отправляют в отстойник и на следующие две полные мирские жизни, которые можно было прожить, погружают в небытие. Пока всё понятно?
Я лишь обескураженно мотнул головой, наблюдая за тем, как весь летающий чай между руками Алеси вновь воссоединился в одну массу, а затем разделился уже на три человечка. Один всё так же напоминал имбирную печеньку. Другой был точь такой, но Алеся поманила пальцем, и белый крем из надкусанного пирожного обвел контур второго. Ну и третий — просто что-то бесформенное, отдаленно напоминающее контуры человеческого тела, но только с рогами и удлиненными руками.
— А теперь перейдём к самому интересному. На Земле, помимо людей, существует еще несколько тысяч разумных рас. И так, есть люди, — первый человечек увеличился, а затем снова уменьшился, как бы делая акцент на словах Алеси, — еще есть творцы, они же маги, в простонародии.
— Так ты творец? То есть маг? — наконец решился я её перебить, наблюдая, как человечек, обведенный кремом, увеличился, а потом уменьшился.
— Именно так, — самодовольно ответила девушка. — Но, помимо людей и творцов, есть еще третья группа существ, назовём их нелюди, — третья фигурка увеличилась. — А вот нелюдей насчитывается тысячи подвидов. Они очень разняться в зависимости от места обитания. В основном их можно отследить благодаря народному фольклору той или иной страны. Чтоб было понятно: лешие, ведьмы, мавки и тому подобные сущности действительно есть и живут они среди нас.
Мой мозг готов был взорваться от объема полученной информации, но Алеся и не думала останавливаться.
— Продолжим. Как и у людей, у всех этих существ есть души, и они тоже попадают после смерти в Департамент и тоже проходят оценку последней жизни. Всё одинаково, кроме парочки нюансов, о которых надо знать. Душа человека может переместиться только в тело человека, душа вампира — только в тело вампира, так же и с творцами, это главный закон перерождения, — девушка аккуратно вернула чай в чашку, а крем отправила в пирожное.
— Понял. А как же полукровки? — решил уточнить я.