Серая мышь на тропе войны (СИ)

С мужем я столкнулась у кабинета. Вадим уже несколько дней зыркал на меня исподтишка, но не заговаривал. Думала, сердится еще, избегала встреч с ним на всякий случай. А тут прямо нос к носу, и не увильнешь. Вдохнула глубоко и подняла на него глаза. Вадим прищурился и спросил:
— Как дела?
— Нормально.
— Пообедаем вместе? Я попросил Антонину накрыть к часу в маленьком домике.
Я кивнула, не отрывая взгляда от его глаз. Что-то новенькое… Совместные обеды. Раньше он уезжал на полдня или на целый вечер, только в воскресенье был дома. С чего такая радость? Разве что желает со мной поговорить. Толку-то… Все равно Леня все испортит.
Вадим глянул на часы и взял меня под локоть:
— Полпервого, пошли, что ли. Время для аперитива.
— Я не пью, — автоматически ответила, следуя за ним, как козленок за мамкой.
— Господи, Васса! Да неужели?! Первый раз слышу!
Тон был таким серьезным, что я не удержалась и заглянула ему в лицо — шутит он так или что? И удивилась. Муж улыбался с легкой иронией в глазах. Ой, неужели он больше на меня не сердится? Хорошо-то как! Просто вот прямо камень с плеч упал. Никогда раньше не понимала этого выражения, а теперь явственно ощутила, что нет той тяжести, которая давила где-то внутри все эти дни.
Одеваться мы не стали, просто обулись и быстро пошли к домику, рядом с которым еще недавно Вадим жарил шашлыки. Теперь мангал был убран под навес, цветы у пруда совсем пожухли, готовясь к зимовке, и только громадные золотисто-красные рыбины еще шевелились под слоем тусклой воды, но очень медленно, как будто уже спали. Промозглая сырость, сменившая крепенький морозец, попыталась забраться под штанины, под свитер, но Вадим распахнул дверь и втянул меня в домик.
Это было что-то вроде летней кухни и столовой одновременно. Впрочем, плита не работала, зато две батареи грели вовсю, и я выдохнула холодный воздух, плюхнувшись на стул рядом с одной из них. Муж задержался у мини-бара, сервируя напитки, и поставил передо мной бокал апельсинового сока:
— Ну что, голодная?
— Есть немного.
Он присел рядом и поднес свой бокал с виски к моему. Тонкий чистый звук, хрустальный звон, словно сосулька на морозе треснула… И мое сердце тоже зазвенело, запело… Аромат одеколона опьянил, как будто это я пила алкоголь. Даже голова закружилась. А Вадим не замечал ничего. Просто спросил:
— Как дела на ферме?
— Потихоньку движутся. Есть интересное предложение, и появились деньги.
— Привлекаешь меценатов? Это правильно. Хороший подход.
Я только кивнула в ответ, захлебываясь запахом, идущим от него. Мозг затуманился… Васса, возьми себя в руки! Господи Боженька, помоги! И я ляпнула, просто чтобы что-то сказать:
— А где Леня?
— А зачем тебе Леня? — удивился Вадим и даже в глаза мне заглянул. Я смутилась:
— Нет, незачем. Не нужен он мне совсем. Просто он всегда здесь, а сегодня…
— А сегодня его нет, вот и все. Разве плохо пообедать вдвоем?
— Это очень хорошо, — я улыбнулась, отпивая глоток сока. — Очень хорошо…
В дверь постучались:
— Вадим Петрович, обед!
— Иди открой, — кивнул он мне.
За дверью стояла Антонина с прижатым к животу подносом. На нем дымилась из-под крышки небольшая супница, а в круглой фарфоровой посудине через стекло виднелись кусочки мяса в белом соусе.
— Вот! — провозгласила довольная повариха. — С пылу с жару, так сказать, с самовару!
Водрузив супницу на стол, она театральным жестом сняла крышку:
— Первое блюдо: французский суп-пюре из двенадцати овощей с приправой из трех перцев. Второе блюдо: бланкетг-де-во с фенхелем и шампиньонами! Приятного аппетита, Вадим Петрович и Васса Ульяновна.
— Благодарю, Антонина, выглядит и пахнет очень недурно, — кивнул Вадим. — Попробуем, каково оно на вкус.
— Вот, тут и хлебушек, и горчичка… Если что, я на кухне, — Антонина попятилась, вытирая руки о передник, и скрылась за дверью. Вадим жестом пригласил:
— Прошу, Васса Ульяновна.
С усмешкой я подошла к столу, а муж отодвинул стул, пропустив меня, и легонечко подтолкнул сиденьем мне под коленки. Я плюхнулась и возмутилась:
 
— За что? Я бы и сама села!
— Васса, кто преподает тебе этикет?
В глазах мужа играли смешинки, и я снова расслабилась, пробормотала:
— Я хожу на курсы в городе…
— Скажи преподавателю, чтобы он сделал упор на гостевой этикет.
Пришлось фыркнуть, чтобы Вадим понял, что мне положить на гостевой этикет. А муж только головой покачал:
— Ладно, ладно. Подставляй тарелку, получишь супа.
Глядя, как мой муж сам сервирует суп, я чуть не поперхнулась. Интересно, в лесу мамонт сдох или только медведь? И какие сюрпризы ждут меня дальше? Вообще, происходит что-то странное! Во время нашего последнего разговора мы расстались почти врагами. Ну, не врагами, конечно, а так… Он ясно дал мне понять, что между нами стена, он будет делать, что захочет, а мне лучше не вмешиваться. Потом эти взгляды исподлобья — будто Вадим за мной следил, не желая, чтобы я об этом знала. Не следил. Наблюдал. А зачем? К чему теперь это представление с совместным обедом? Раньше по субботам муж обедал и ужинал с Галиной, да и ночевал, наверное, тоже у нее… Сегодня он дома. Со мной. Как странно, как непонятно и оттого волнующе…
— Ну как?
Я кивнула, смакуя во рту очередную ложку супа. Он оказался очень вкусным и нежным, как будто Антонина делала его не руками, а сердцем. Даже интересно, что она туда положила. Картошку с капустой — это точно. Лук… Чеснок… А вот что еще… Ну не помидоры же! Надо будет спросить и записать рецепт.
— Предлагаю по этому поводу выпить немного вина. Белое — как раз к овощам.
Я открыла было рот, но Вадим остановил меня движением руки, вставая:
— Я знаю, что ты не пьешь! Но вино полезно для здоровья, если не злоупотреблять. А мы по бокалу, это умеренно.
Не посмев отказать, я чуть пригубила золотисто-желтой жидкости, которой Вадим наполнил мой бокал. Сладенькое вино, очень легкое и вкусное. Да уж и правда, вреда от него не будет. Муж сел напротив и поднял свой бокал:
— Ну, за тебя, Васса.
— И за вас, — смущенно откликнулась я.
— За меня потом, — усмехнулся Вадим. — Под теленка будет красное.
— Вы решили меня споить?
— Вовсе нет. Двумя бокалами не упьешься!
Он смеялся без улыбки. Какой человек странный! Интересно, чему он так радуется? Или издевается надо мной?
— Кстати, хотел сказать тебе… Я передал твою информацию по Галине куда следует. Есть у меня один знакомый полковник полиции.
Я подняла глаза на мужа, не веря услышанному. Так значит, он поверил мне? Значит, перестанет встречаться с этой черной вдовой? Может, Галина еще и в тюрьму попадет… Хорошо бы… Преступление должно быть наказано.
Я все же решила уточнить:
— Значит, вы решили ее бросить?
Он промолчал, но я заметила, как выступили желваки на скулах. Видно, этот вопрос все еще его мучит. Со вздохом я отпила большой глоток вина и ощутила, как кружится голова. Опять захотелось напиться, но я поставила бокал на место и снова взглянула на Вадима. Он улыбнулся:
— Забудь обо всем этом. Хочешь телятины?
Я отставила глубокую тарелку в сторону и взяла ту, что стояла снизу. Вадим приподнял крышку на кастрюле и глубоко вдохнул, зажмурившись:
— М-м-м, это нектар какой-то!
— Амброзия, — тихо поправила я его, вспомнив тятины рассказы о рае. — Амброзию едят, а нектар пьют.
Вадим фыркнул:
— У нас и то, и то есть! Попробуй, Антонина сегодня превзошла самое себя!
Мы ели, мило болтая о телятине, о библии, о погоде на предстоящую неделю, а когда наелись, Вадим налил нам еще по бокалу терпкого рубинового вина и присел рядом со мной на диванчик. Мне внезапно стало так хорошо — вкусная еда, алкоголь, любимый мужчина рядом… Откинувшись на спинку, я прикрыла глаза и ощутила на своей щеке палец, ласкающий кожу. Уши запылали жаром, когда подумала, что он может опустить руку ниже…