Могильщики талантов (СИ)

Астролягов подумал, что на день рождения шефа из их состава мало кто приехал, но вникать в нюансы отношений поостерёгся.
Развесили на стулья куртки и пальто. Сели. Налили водки.
Астролягов осматривался. Стены были затянуты коричневой сеткой из искусственной сизали. Через равномерные промежутки торчали бра из искусственной бронзы. С потолка свисали плафоны из искусственного стекла. Алексей ожидал найти обстановку в клубе байкеров значительно брутальней.
Григорий посмотрел на часы.
— Четверть. Джентльменская пауза вроде бы истекла.
— Матвеев до половины тянуть будет, — опытный Дима изрекал с авторитетом. — Деликатничает, чтобы все точно собрались и его поздравительную речь не прерывали заполошной суетой опоздавшие.
Ринат Литвинов уставился в смартфон, который оказался у него в руках по волшебству.
Алексей высмотрел через портал Нату Тишину в компании Жорика и Кати с тремя чужеродными дамами и двумя мужичками, судя по унылым лицам, пишущим городскую прозу. В зале кое-где встречались редкие приглашённые авторы. Они старались пристроиться там, откуда их не прогонят — книжный рынок научил. Астролягов плюнул на всё и решил надраться.
— Неча ждать, погнали. Сбыт пьёт давно, — распорядился Дима. — Командир, поздравь нас, что ли?
Тут-то и выяснилось, для чего по-настоящему нужен начальник отдела, когда директора нет и не предвидится.
Игорь встал, поднял рюмку. Астролягов подумал, что командир — это не тот, кто отдаёт приказы, а от кого безмолвно ждут, что он скажет тост. Глядя на хмурого взъерошенного человечка, Алексей понял, что совершенно не знает его, а школьные воспоминания и офисные впечатления самообман лишь усиливают.
— Мы провожаем старый две тысячи пятнадцатый год. В этом году у нас были тяжёлые потери, были приятные приобретения, — он кивнул Алексею. — К счастью, год закончился.
— Почти, — вставил Григорий.
— Надеюсь, что год всё-таки заканчивается, — продолжил Игорь. — Давайте выпьем за то, чтобы он прошёл лучше, чем все предыдущие его дни. За уходящий две тысячи пятнадцатый!
— За уходящий!
Глухо стукнулись рюмки. Водка проскочила нечувствительно и вселила надежду на будущее.
Но жизнь сразу внесла коррективы.
— Вот где угнездилась фантастическая банда!
В яркой туристической куртке, припорошенной снегом, к ним пробирался Ник Далёв.
«Как он нас обнаружил?» — испугался Астролягов.
— Какими судьбами? — немедленно отреагировал он, чтобы скрыть страх.
— Матвеев пригласил, — Ник отряхнул куртку и набросил на железную спинку стула, а Игорь деликатно отодвинулся, не столько освобождая место, сколько приглашая присоединиться к встрече Нового года. — Мы в баре поздоровались, да он в зал пошёл, сейчас будет речь толкать.
Дима немедленно схватился за шампанское и подцепил фольгу крепким, грязным ногтем.
 
 
  Придвигайте фужеры,
 
  Дорогие коллеги.
 
  Новый год сейчас грянет,
 
  А у нас ни на дне.
 
 
Голос у Григория оказался вполне мелодичный, когда он хотел спеть.
— Ты и на гитаре играешь? — прошипел Астролягов, остро ненавидевший любую самодеятельность, начиная от бардовской песни, заканчивая селфи.
— Раньше играл, да и сейчас сбацаю, я тут где-то гитару в чехле видел, — с энтузиазмом ответил Григорий, оборачиваясь к порталу. — Кажется, дизайнер Катя принесла.
При упоминании о художественном отделе, Алексей вспомнил нгандонского человека, скандал с обложкой маркиза Арманьяка и собственный позор.
— Человек произошёл из узконосых обезьян, а дизайнер Катя произошла из утконосых обезьян, да так на уровне обезьяны и осталась, — с досадой сказал он.
— Не любишь ты дизайнеров, — заметил Ник Далёв.
— Я вообще творческих людей не люблю, — с искренней злобой ответил Астролягов.
— А они тебя любят, — негромко и неожиданно сказал Ринат, не отрываясь от смартфона. — Часто вспоминают о тебе в соцсетях.
Алексей замер, осмысливая возможные последствия тайной любви. Хлопнул выстрел. Астролягов дёрнулся. Дима начал расплескивать по фужерам шампанское.
 
— Пуганый? — спросил Далёв.
— Неокрепший, — объяснил Григорий. — Потому и воображает по любому поводу невесть что. Подожди, через год привыкнет.
— Как таланты убивать, — пробормотал Астролягов.
Ник Далёв гниловато заулыбался.
— Это был удар ниже пояса, но у меня яйца закалились как у носорога, — спокойно парировал Григорий.
Тут музыка кончилась, из колонок раздался пронзительный вой. Одна их них висела в углу, прямо над головой Рината. Он моргнул и дёрнулся. Гудел поднесённый слишком близко к открытому рту микрофон. Игорь непроизвольно заткнул уши, помехи улеглись и раздался неразборчивый глас шефа:
— У всех налито?
Сотрудники заозирались и засуетились. Алексей через портал видел край эстрады, однако Матвеев стоял где-то за стеной, а, может быть, даже сидел за своим столом — радиомикрофон позволял любые вольности.
Пена как раз осела, Дима долил остатки и отправил бутылку под стол.
Динамики зафонили особенно мерзко, Матвеев что-то сделал с микрофоном и произнёс энергичную речь, в которой различались только слова «мы» и «год».
— Господибоожемой, — простонал Ринат, откладывая смартфон и беря фужер. — Да что же за аппаратура такая! Заткните его кто-нибудь.
Некоторое время редакторы терпеливо ждали, а динамики всё гремели и гремели.
— А он у вас любит поговорить, — сказал Ник Далёв.
Игорь пожал плечами и пустился в разглагольствования, чтобы убить мучительно тянущееся время, не боясь, что его услышит отдел логистики:
— Его трепотня — дань вежливости. Шеф поддерживает светскую беседу, проявляя административную дипломатию. Поработаешь начальником, поймёшь, что дешевле удерживать в голове несколько фамилий и фактов для словесного поощрения сотрудника, чем молча платить ему премию или повышать оклад. Причём, премия обходится дешевле — платишь её один раз, а повышенный оклад платишь каждый месяц.
— Ещё дешевле похлопать работника по плечу и сказать пару ласковых слов, а деньги положить себе в карман, — дополнил Ник Далёв.
Игорь кивнул:
— Так достигается настоящая экономия.
— Вежливые люди — состоятельные люди, — сказал Ринат под гром колонок.
— За вежливых людей! — предложил Григорий.
— Вообще-то, мы Новый год празднуем, — напомнил Игорь.
— Какая разница, за что пить на корпоративе…
Глас исчез. Тишина не наступила.
— УРААА! — заорал зал.
Отдел фантастики и детективной прозы, не чокаясь, угрюмо выпил, каждый за своё.
Со скуки (не пялиться же на опостылевшие лица коллег) Астролягов разглядывал женщин в зале и убеждался, что привлекательных нет. Были бросающиеся в глаза.
— А кто эта лобастая шмара? — спросил он.
— Лариса Ищенко, — ответил, не оборачиваясь, Григорий. — Редактор прикладной литературы.
— Никогда её не видел.
— Мы сидим на разных этажах, по работе не пересекаемся. Они там в прикладнухе совсем не пьют. То есть никаких общих интересов. Семья-контора-магазин, семья-контора-магазин — вот их жизненные тропы.
— Так ведь контора же!
— Много ты про нашу прикладнуху знаешь? — резонно вопросил Григорий. — Даже не спрашиваю про названия серий, а вот хоть одну обложку ты помнишь?
И Алексей был вынужден признать, что не видел ни одной их книги живьём, хотя знал, что издательство выпускает в немалом количестве всякие лечебники, сонники, учебники личностного роста, стиля и красоты — как-то давно зашёл в раздел с их ассортиментом, когда лазил по сайту «Напалма». Ни фотографиями сотрудников, ни именами он не поинтересовался.
«Ну, и чем я отличаюсь от МТА? — подумал Астролягов. — Совсем утратил журналистскую хватку».
Как-то не сговариваясь взяли налитые рюмки и выпили, не чокаясь.
«За МТА», — решил для себя Астролягов.