Кошки смотрят свысока
Аля чувствовала себя старателем, отыскавшем в грязи редкий алмаз. Не огранённый, но оттого редкий вдвойне. Вот и не нужен, вроде. А выбросить жа-а-алко.
Она приоткрыла глаз и бросила взгляд в сторону. Но, увы, там, где только что сидел Доберман Алексей, никого не было.
Он ушел бесшумно. Совсем.
Руки сами собой опустились и настроение пошатнулось. С другой стороны, кто она такая, чтобы держать соседа на цепи? Тем более что его туда сначала как-то посадить нужно.
Ужин прошел тихо.
В смысле, Соня Зубкова ни с кем не разговаривала, и в компании словно отключили звук, так это было непривычно. Сначала Соколова пыталась ее расшевелить, но потом за нее взялся Доберман. У девушки не было ни единого шанса. Аля бы сама сдалась, если бы вояка обрушил фонтан красноречия на нее.
Но, увы, он выбрал Соколову.
После ужина компания поднялась на лаунж-террасу для послеужинных напитков под расслабляющую лаунж-музыку.
Женя смущалась и таяла, и Альбина в этот момент как никто понимала Соню. Она же этого монстра и сотворила, своими руками.
Стоп.
В конце концов, кто мешал ей, Але, так же смущаться и таять, когда Алексей носил ее на руках? И на крыше он пытался завести разговор. А она с чего-то решила завести его. Ну завела. Проблема в том, что иногда заводит один, а едет другой. И нечего потом локти кусать.
Аля закрыла глаза, глубоко выдохнула и повернулась к Валентину. От него, по крайней мере, не стоит ждать сюрпризов. Всё известно заранее. Яницкая широко улыбнулась сквозь горечь. Наш организм — он такой глупый. Если сто раз повторить слово «сахар», во рту слаще не станет. А если сто раз улыбнуться, настроение поднимется.
Администратор с готовностью подхватил улыбку.
— Почему вы нас бросили и не пошли купаться? — поинтересовался он, элегантным жестом поднимая бокал.
Потому что надеялась, что ее найдет Алексей. Он оказался не слишком находчивым. Или не особо горел желанием ее найти. А она — дура. Во всех смыслах.
— Знаете, я сильно порезала ногу, — поделилась Яницкая. — Боюсь, в море будет сильно щипать. Подожду до завтра, пока не зарубцуется как следует.
— Вы могли бы не купаться, а просто позагорать, — Валентин предложил ей на выбор бутылку с красным или белым вином, но она ткнула в сок, и он послушно долил напиток в ее стакан.
— Завтра я так и сделаю, — Аля кивком поблагодарила.
— Не откладывай на завтра то, что можно сделать сегодня, — словно открывая страшный секрет, потянулся к ней Валентин, чемпион базы «Золотая рыбка» по скоростному заигрыванию.
— Мне казалось, что солнышко уже спряталось, — подняла бровь Альбина.
— Нет! — Валентин поднял со значением указательный палец. — Оно еще не спряталось! И в этом весь смысл. Аля, какие здесь потрясающие закаты!
Яницкую немного покоробило от такой фамильярности, но она не подала виду. Можно подумать, честь великая — дозволить называть себя «Аля». Некоторые ее совершенно не оценили. Она снова бросила взгляд на Добермана.
Алексей смотрел на нее.
Женя ему что-то говорила, а он смотрел на Альбину. Потом, словно очнувшись, повернулся к собеседнице и приклеил улыбку.
— …А вы что думаете? — вернул ее в реальность вопрос Валентина.
— Я, Валентин, ду… — начала Яницкая, пытаясь вспомнить, чем же шел разговор.
— Тин, вы можете звать меня «Тин», — администратор (даминистратор?) легко коснулся ее запястья и поправил прядь себе за ухо.
Хорош.
Объективно хорош.
«Тин» — изящно, тонко и звонко, как хрустальный бокал. «Тин» — это совсем не валенок «Валя». Альбина могла держать пари, что «Тин» помимо зарплаты неслабо имеет от щедрот довольных клиенток.
Неужели она вступила в комьюнити богатеньких «мамочек» и сама того не заметила? Или Тин сегодня выполняет благородную роль волонтера от альфонсов? Акция: первый раз бесплатно.
Она бросила короткий взгляд в сторону Алексея. Тот задумчиво крутил в пальцах зубочистку, пока та не крякнула надвое. Доберман удивленно посмотрел на обломки в руках.
Правильно, пусть задумается над своим поведением.
— Я думаю, Тин, что закат здесь действительно должен быть великолепен.
— Тогда сбежим? — Валентин мотнул головой в сторону лестницы вниз, и его удлиненные волосы заструились каскадом.
— Сбежим, — согласилась Альбина.
Алексей смотрел в сторону моря, сжимая ладошку Евгении двумя руками. Сбежать — замечательная идея. Яницкая повесила на плечо сумку и протянула кисть администратору, чтобы тот помог ей подняться.
Всё же Альбина осознавала: если быть объективной, она несправедлива к Валентину. Он, может, и не такой вовсе жиголо, а вполне искренен в своем интересе. Тем более, что он оказался прекрасным рассказчиком. Выяснилось, что Валентин работал на базе с самого ее основания. Его, молодого выпускника специальности «менеджмент», подобрал Тяжелков. СанСаныч питал слабость к тем, кто на первый взгляд казался сирым и убогим, и не боялся рисковать, делая ставку на таких темных лошадок. И нередко выигрывал.
Деревья расступились как-то внезапно, и перед Алей открылось море с розово-золотыми бликами закатного светила. Прохладный ветерок тянул с воды. «Кра-кра-кри-и-и!» — орали озабоченные чайки.
Что сказать…
Да, закаты здесь были потрясающими. Кудрявые облака пылали багровым на хмуро-синем небе. Солнце еще не утонуло в море, но уже протоптало золотую дорожку за горизонт. Аля присела прямо на теплый еще песок, охватывая коленки. Тин молча сел рядом.
Яницкая любила море и была благодарна попутчику за то, что тот не вмешивался в интимный момент близости с великой стихией.
На ее плечи легло мягкое полотенце, и сразу стало теплее.
...Полотенце?
— Холодно так сидеть.
Аля подняла глаза на голос и встретилась взглядом с Доберманом. Яницкая скорее на автомате,чем осознанно, оглядела пространство и не обнаружила в нем Женю Соколову.
На душе́ стало теплее.
Наверное, всё дело в пушистом полотенце.
— Тоже решили проводить солнце? — доброжелательно поинтересовался Тин.
— Нет, хочу поплавать.
— Как?.. — не поняла Аля, имея в виду, что поздновато для плаванья. Не высокий сезон на улице.
— Отсюда и до заката, — хмыкнул Доберман, стягивая футболку.
Темной порослью мелькнули подмышки. Рельефные мышцы спины потонули в тени. Плечи и бицепсы так не спрячешь.
Аля ожидала, что Доберман снимет шорты, порадуя очертаниями поджарой задницы. Но нет. Он пошел в море прямо так.
Бр-р-р! Яницкая закуталась в полотенце.