Кошки смотрят свысока

— Вы меня защитите?
— Я постараюсь.
За спиной послышался шум голосов. Аля поднялась и повернулась. На пляж дружной толпой высыпались Вовочка, Кирилл, Сава и в кои-то веки довольная Белочка Сонечка. Во главе компании шел Тин. Недовольный.
Яницкая бросила короткий взгляд на Алексея. Он смотрел на море. Но тоже был недоволен.

Трудный клиент.
Придется работать.
*из не подслушанного разговора*
-...Я так понимаю, что там ничего не было?
— А если понимаешь, зачем спрашиваешь?
— То есть больше помощь тебе не нужна?
-...Нужна.
— Поэтому и спрашиваю. Может, у нее вообще нет?
— Должно быть. Я думаю, есть. И Тяжелков говорил, что она постоянно носит ее с собой.
— Может, не она? Может, он говорил не о Яницкой?
— Смеешься?
— Нет. Слишком фривольна эта девица для любовницы грозного Тяжелкова. Или у него там от бремени власти всё давно атрофировалось всмятку, раз она на каждого встречного вешается?
— Тебе не дает покоя милашка Змеелов?
— Он не мне не дает, он ей не дает. Покоя. Или она ему...
— И не только ему...
— И не только ему. Скоро вокруг нее не протолкнуться будет. Как тогда до нее добраться?
— А ты активнее локтями, активнее!
— Ты тоже как-то активности не проявляешь.
— «Третий — не лишний, третий — запасной».
— Очень, очень смешно!
— Проехали. Как у вас всё прошло в монастыре?
— Нормально прошло. Удалось ее пару раз напугать.
— Да, рассказывали. Не понимаю, правда, глубокого смысла.
— Нет в тебе таланта стратега!
— А. Нуда. А дальше, стратег, что делать будем?
— Ну так у нас такая возможность нарисовалась — этот поход. Побольше спиртного, поменьше закуски — и мы доберемся до сумочки. Больше же негде?
 
Глава 18, в которой каждый знает свое место. Но предпочитает занимать чужое
Вот же ж!..
На пляже Лехе с трудом удержаться, чтобы не…
…А что бы он сделал, собственно? Наорал бы? Стукнул кулаком по песку? Встряхнул бы девчонку за шкирку и пошипел на нее, как на нашкодившую кошку? Чем он мог ответить на то, что его продинамили? В конце концов, ему ничего не обещали. Более того, сообщили, что это всего лишь медицинский осмотр. Доктор сказал: «Пальпация», значит «Пальпация». А всё остальное — проблемы фантазии, сексуальной неудовлетворенности и самолечения пациента.
С одной стороны, приятно чувствовать, что ты еще не до конца заржавел и порос мхом. И что-то в тебе… отзывается на женскую ласку. И энергия наполняет тебя до краев.
Хорошая штука — свободные шорты. Факт «наполнения» не так бросается в глаза.
Альбина весь оставшийся день, включая вечер, сияла, как елка в гирляндах. И мужчины слетались к ней, как мотыльки на пламя свечи. Даже женоненавистник Зубков изволили-с с нею в компании откушать. Даже нелюдимый Кирилл подсел к ней за послеужинным десертом на веранде что-то обсудить. Что уж говорить о доблестном гиде Золотой Рыбки, больше не выпускавшем Яницкую из поля зрения и шаговой доступности?
Блогерша благосклонно принимала мужское внимание, брошенное к ее ногам. Но всякий раз, когда Алексей напоминал себе, зачем его сюда отправили, — чтобы задушить в душе́ черную змею собственничества, — Аля ловила его взгляд. Сидела, неотрывно смотрела Лехе в глаза и улыбалась. Будто египетский сфинкс, а не кошка.
И новая собственническая волна переворачивала всё у Лёхи внутри.
Разве можно так над людьми издеваться?
После контрастного душа этого вечера Штыку очень хотелось поделиться своей «наполненностью» со сладко спящей за стенкой блогершей. Прижать ее для начала к стене за ручки шаловливые. И ротик ее лживый заткнуть поцелуем. У Штыка от этой идеи фейерверк в голове взрывался. Но, к сожалению, гаденыш Кощей ушел в глубокое подполье и не подавал признаков жизни. А Леха всё же был военным. И привык выполнять, что приказали. Офицер, а тем более — рядовой, не всегда может правильно оценить значение приказа. Кому-то может показаться, что никому не нужна эта высота. На самом деле, она может оказаться узловой точкой. Поэтому раз сказали присматривать — надо присматривать. Пока не поступило новых распоряжений. Не поддаваясь на провокации противника. Даже если он — она.
Леха связался с Доком, но тот тоже не имел ни малейшего понятия о том, куда запропастился приятель. Зато пообещал собрать информацию по «фигурантам», что уже радовало.
Утро добрым не бывает. Особенно, когда просыпаешься ни свет ни заря. И когда ночь наполнена неясными снами, от которых Леха полночи вскакивал в холодном поту. Первый раз он проснулся от вопля Альбины, и только подскочив с кровати понял, что ему всё приснилось. Но беспокойство на душе́ осталось. Глупо же стучаться в час ночи в соседний номер, чтобы узнать, всё ли у нее нормально, только потому что ему привиделась во сне какая-то чушь? Из остальных кошмаров ему запомнился мальчишка-срочник, погибший в Чечне на пятый день после прибытия. Он улыбался и хвастался, что его ждут дома целых три девушки. Фотки показывал. А Штыка дома ждала жена, и он этому пацану морду набил. А на следующий день тот попал под обстрел и от испуга рванул как заяц, не видя берегов.
Так его и накрыли.
Это была первая потеря, глупая, бездарная потеря под командованием Маркелова.
Что к чему? Леха про него уже забыл давно. Полный кавардак в голове. Хотя, казалось бы, ничего не предвещало.
Ныло бедро. То ли приближалась обещанная непогода, то ли нервы были на пределе.
Алексей смирился с тем, что заснуть не удастся, надел спортивное и побежал на тренировку. Занимался без воодушевления. Сны не давали покоя. Паранойя? Или, наоборот, беспечность? Немного отпустило Маркелова, только когда в окне второго этажа он увидел знакомый силуэт. Альбина помахала ему рукой. Штык в ответ скорее отмахнулся. По-быстрому приняв душ, он поднялся наверх.
Несмотря на ранее время, на веранде уже был посетитель. Кирилл, как обычно уткнувшись в телефон, прихлебывал голый кофе. У Лехи тоже особого аппетита не было. Он присел к компьютерщику.
Тот молча кивнул сотрапезнику, на секунду оторвавшись от экрана.
— Что нынче дают? — не удержался от вопроса Леха.
— В смысле? — спросил Кирилл, а потом поднял взгляд на собеседника.
— Вы постоянно в телефоне, когда бы я ни посмотрел.