Кошки смотрят свысока

И что?
И ничего.
Посидел, посмотрел, пошел спать. Хочет, но не может? Или может, но не хочет? Или она себе всё понапридумывала?
Утро склонило Алю к последней версии. И дело было даже не в том безразличии, с которым Алексей отреагировал на ее приветствие в окошке. Гораздо важнее была ее собственная реакция на Валентина. Его настойчивость начинала напрягать. Когда тебе оказывают внимание, это приятно. А когда не оставляют выбора… А ведь Доберман упрекал Алю в излишней настойчивости. Что, если он испытывает по отношению к Альбине то же, что она к Тину? Эта мысль удручала, и чем больше Яницкая копалась в воспоминаниях, тем больше доказательств этой версии находила.
Вот и сейчас, обнаружив Алексея в самом центре их разношерстной компании, Аля окончательно убедилась, что иногда банан — это просто банан. То есть отсутствие активных действий со стороны мужчины — это просто нежелание подобных действий.
Яницкая так расстроилась, что решила никуда не идти.
Но потом подумала, как глупо это будет выглядеть, и стала собираться.
По ночам прохладненько, значит, нужна теплая одежда. Смена белья — на всякий случай. Смена обуви — на еще более редкий случай. Презе… Не-не, в сад такие случаи. А они идут в лес. Дождевик. Репеллент. Всё для снятия макияжа. Всё для его нанесения — София была всерьез настроена идти в бой. И за свою красоту неземную будет сражаться даже с Алей. Мыльно-рыльное. Полотенце для лица. Салфетки. Штатив под телефон.
Яницкая сложила в кучу на кровать половину чемодана, дамскую сумочку — лень было выгружать документы, карты, прочие дорогие сердцу женщины мелочи, — и сверху на весь этот бардак усадила Люсю.
— Ну и как мы с тобой всё это потащим? — спросила Аля у нее.
По выражению морды было ясно, что ленивица понятия не имеет.
В дверь постучали.
На пороге стоял Алексей.
— Привет! Как сборы идут? — поинтересовался он.
Футболка и джинсы — идеальная одежда для мужчин. А для мужчин, которым есть что показать, идеальна вдвойне. Аля даже, о чем ее спрашивают, не сразу поняла. Встряхнувшись от наваждения, она ответила:
— Сборы не идут, сборы ползут.
А потом честно призналась:
— А когда я представляю себе, как под этим всем буду ползти я, вообще тормозят.
— Я как раз по этому поводу. У вас есть, куда вещи сложить? Насколько я помню, сумочка у вас не слишком объемная?
Аля оглянулась в сторону спальни.
— Совсем не объемная. А с пакетами я очень буду глупо выглядеть, да?
— Давайте вы сложите свои вещи в пакеты, а пакеты — ко мне в спортивную сумку.
Яницкая даже опешила от такого предложения. Разве может мужчина быть таким идеальным?
— А вам не будет тяжело? — всё же спросила она из вежливости. Понятно, что не будет.
Алексей пренебрежительно поморщился.
— Вы так оговорите, будто эти вещи нужно двадцать километров нести.
— А что, нет?
— Вы нашу компанию видели? Полчаса пешком — это их предел. Час — если под аккомпанемент нытья. Так что не отказывайтесь.
— Я и не отказываюсь, — быстро согласилась Аля, пока сосед не передумал.
— Хорошо. Минут через десять зайду. Хватит времени?
Аля закивала.
— Слышь, подруга, как нам повезло? — спросила она у Люси.
Ленивица, разумеется, промолчала.
— Интересно, а расплачиваться за эту щедрость как придется? — продолжала рассуждать Альбина, раскладывая вещи по пакетам. — Как думаешь, на «натуру» можно надеяться?
Люся снова промолчала. За что была отправлена в сумку.
Через десять минут, как и обещал, заглянул Алексей со своей огромной пустой спортивной сумкой. У Али даже возникла мысль, что Доберман предложил помощь, чтобы сумка не грохотала, как погремушка. Пакеты с Алиными вещами сразу наполнили сумку смыслом. В автобусе к пакетам добавились продукты и палатка. Палаток всего было четыре. Она для девочек, одна для Зубковых и две — на остальных членов коллектива. Аля в целом не возражала, чтобы члены ночевали отдельно. Учитывая количество горюче-смазочных материалов, которые загружал Сава Зубков. Они такими темпами у костра будут не сидеть, а плавать.  
Одной из последних к автобусу вышла Евгения со своей спортивной сумкой. Валентин, следуя примеру Добермана,  тут же предложил помощь. Раз уж с Альбиной не повезло. Но с Евгенией тоже не повезло. Она неожиданно приняла помощь Кирилла, который был бодр и непривычно выбрит. Мужчина, который бреется перед походом, определенно на что-то в этом походе надеется.
Или после него, как Аля, например.
При погрузке в автобус возбуждение у народа зашкаливало. Все смеялись, подшучивали друг над другом («Аспирант Сидоров в походе спас честь двенадцати первокурсниц, потому что вечером у костра напился в хлам и уснул» и вопрос Софии: "А от кого он их спас?"). В общем, было весело.
Когда выгружались и нагружались, все тоже веселились. Веселья хватило, как и предсказывал Алексей, максимум на полчаса. Идти в гору по душному лесу даже по протоптанной тропинке было непросто. А еще подлая мошка, которая кружила у головы и норовила залететь в нос, рот или глаз вопреки чудодейственному репелленту. Которым Але пришлось поделиться с другими девушками, чтобы не предстать в глазах окружающих Конченой Су.
Первой, предсказуемо, стала ныть Соня. Она несла только свою сумочку и котелок — в качестве общественной нагрузки. Судя по тому, как он оттягивал Сонину ручку, нагрузка была просто н-неподъемная. Остальные ее вещи, тихо сопя себе под нос, тащил Вовочка. Зубков не озадачивался нуждами супруги. В воспитательных целях, по его словам. Судя по минимализму Белочкиной сумки, педагогические методы Савы работали.
Вторым заныл… Сава. Всё же два сапога — пара. Даже если один — замшевый и на шпильке, а второй — резиновый грязедав. Зубков «просел» под весом спиртного и предлагал облегчить ношу прямо сейчас. На бутылочку или две. К счастью, его идею не поддержали. Алексей предложил переместить пару бутылок к себе в сумку. Сава подозрительно на него посмотрел и отказался.
Маркелов шел легко и небрежно, и сумку нес, будто она весила килограмм от силы. Правда, футболка у него на спине взмокла. Волосы тоже слиплись от пота. Доберман  повязал вокруг головы скрученную бандану и стал похож на Рембо, только в русом и стриженом варианте. А потом он закатал наверх рукава футболки почти до уровня майки. И открылись такие дивные виды и ландшафты, что Аля сразу полюбила походы. Женя, удивительным образом шедшая рядом, следом за Алексеем, выразительно подняла бровь, типа: «Круто!» Яницкая кивнула. Хотя на самом деле хотела сказать: «Эй! Корявки убрала! Это моё! Я его первой увидела!» Еще в аэропорту. И сразу заметила. И он ее еще тогда заметил. Так что нечего бровями дергать, если не тик.