Зелёный пёс Такс и Господин Вещей (СИ)

— Эти подробности неважны, прекратите, — оборвал ее Снуфелинг. — Какие результаты дал обыск?
Снова взяв себя в руки, Селия рассказала, что охранители нашли в доме Монбазора подброшенные вещи. После этого пришлось поведать и о Таксе, который прогнал злоумышленника.
— Комендант Марсенчик обвинял Пампуку в преступлении уже после проведения обыска? — снова оборвал ее Снуфелинг.
— Да! И Великий магистр Дурбанкул и различные старшие магистры с ним согласились… — голос магички снова дрогнул. — Пожалуйста, ваше мудрейшество, защитите Мон… магистра Пампуку! Он ни в чем не виноват! Он побывал в ту ночь во дворце, но только на несколько минут, чтобы найти и развеять убежавшего туда фантома!
— Какого еще фантома?! — не понял Великий магистр.
Пришлось Ариселии рассказать и о перипетиях карнавальной ночи, завершившейся трагедией.
— Вот теперь мне все понятно, — подытожил Снуфелинг. Было заметно, что он что-то обдумывает.
Девушка почтительно молчала.
Додумав, Великий магистр бросил в дверь поисковый импульс. Внутрь заглянула секретарша. Увидев магичку, она нахмурилась.
— Госпожа Лаурентин передала мне важные сведения, — строго сказал Снуфелинг, заметив недовольство своей помощницы. — Пригласите сюда Пропана!
— Он еще не вернулся, — ответила секретарша, бросив на Селию уже немного опасливый взгляд.
— Как?! И никто не вернулся? — насторожился Великий магистр.
— Нет, все остальные прибыли. Один только Пропан остался, чтобы нанести визит Великому магистру Квантофельбауму.
— Хорошо. Тогда пригласите ко мне… пожалуй, магистра Ньюинга! А Пропан пусть зайдет ко мне, как только вернется, — распорядился Снуфелинг. — Вы можете быть свободны!
— Ваше мудрейшество! — рискнула напомнить Селия. — А магистр Пампука…
Снуфелинг лишь сухо усмехнулся.
— На его счет можете не беспокоиться. Теперь, полагаю, ему ничего не угрожает…
Немногим позднее
Вольтанутен. Орден Алмазных Врат
— Я ничего не могу с этим поделать! — сердито бросил Квантофельбаум. — Это… сильнее меня! Это как болезнь!
— Ага, клептомания, — буркнул кто-то.
Головы присутствующих дружно повернулись к Таксу, хотя тот старательно делал вид, что совершенно не при чем. Пес уютно устроился под стеной, и даже, казалось, подремывал.
— Смерть императора мне была не нужна, — продолжил Квантофельбаум, недовольно покосившись на Стэнниоля. — Я, если можно так сказать, добропорядочный клептоман, а не маньяк-убийца!
— Судя по вашим… гм… экспонатам, вы не брезговали и ограблением могил, — хмыкнул Дурбанкул.
— Да, но не укладывал туда покойников! Моим «клиентам» эти ценности уже были без надобности! — огрызнулся Великий магистр. — Я же говорю, это как внезапная страсть. Этот кинжал словно просил меня забрать его оттуда.
— Ему было скучно, — рассеянно заметил советник Гельминтай.
Он взял в руки ножны, вытащил кинжал, уже прошедший считывание ауры и другие следственные процедуры, и теперь нежно касался пальцами его клинка.
— Вот видите! — борода Квантофельбаума энергично колыхнулась. — Он сам призвал меня, и я не мог не откликнуться на его зов! Даже эту проклятую разработку я забрал себе, чтобы получить повод почаще быть рядом с ним… И нечего смотреть на меня так осуждающе, словно я заколол им вашу любимую тещу!
— Вы переигрывали, — качнул головой Дурбанкул. — Вы слишком старательно делали вид, что все дело в этой глупой магической бомбе. Я сразу заподозрил, что вы хотите от меня что-то скрыть.
— Да, значит, потерял я сноровку, — искренне огорчился Квантофельбаум. — Старею, видать…
— Так как вы смогли соединиться с предметом вашей страсти? — понимающе покивав, спросил Стэнниоль. Даже интонация его изменилась, став доверительно-сочувствующей.
— О, это было совсем не трудно, — голос Великого магистра тоже смягчился, приобретя мечтательные нотки. — Я сам ставил защиту и во дворце, и в Оружейном кабинете, так что не тратил зря времени на проникновение. Улучив момент, я прошел в кабинет и забрал кинжал, заменив его копией. Пока грубой и несовершенной, но она должна была продержаться всего несколько дней. Позже, имея в руках оригинал, я создал настоящий шедевр…
— Так оно и было, — подтвердил советник Гельминтай. Теперь он не просто держал кинжал, а активно упражнялся с ним, перебрасывая клинок из одной руки в другую. — Он подтверждает, что его вынесли из кабинета еще до убийства.
— Вы его понимаете?! — изумился Стэнниоль.
— Да. Это… уникальное оружие! Он сразу понял, что я привык работать более коротким клинком, и помогает мне приспособиться!..
— Спросите его… — начал Стэнниоль, но вдруг, словно опомнившись, оборвал себя. — Это подождет… Скажите, Великий магистр, почему вы решили подбросить ваш шедевр именно в дом магистра Пампуки? И откуда вы взяли основу для фальшивого воспоминания?
— Я же говорю, сноровку потерял, — сокрушенно вздохнул Квантофельбаум. — Уж очень неудачно все сложилось с тем убийством. Обезмагичивание вскрыло мою подмену, потом меня начали подозревать… Кстати, а вы тоже считали, что это я…?
— Нет, — Стэнниоль решительно качнул головой. — С двенадцати до часа, когда, судя по всему, было совершено преступление, вы, в основном, находились на виду. А дальше у вас было слишком мало времени, чтобы все успеть.
— Выходит, я испугался такого же старого пер… пня, как я сам?! — Квантофельбаум выразительно взглянул на Дурбанкула. — Позор на мою бороду!.. В общем, задергался я… А тут подвернулся такой удачный случай. На него можно было свалить и кражу, и убийство…
— Вы имеете в виду магистра Пампуку? — уточнил дознаватель. — А как вы узнали, что он входит в число подозреваемых?
— Как я узнал?! — иронично хмыкнул Квантофельбаум. — Да элементарно! Господин начальник мне рассказал по старой дружбе. Мы с ним — давние партнеры. Он действительно хороший сыскарь. Даже о моей коллекции знал… или догадывался. Пришлось его прикормить.
— Да вы все врете! — вспыхнул Марсенчик, но тут же потух под насмешливыми взглядами других магов.
И в самом деле, чтобы обвинить человека в ошейнике подавления во лжи, следовало обладать весьма нездоровой фантазией.
— Что уж тут скрывать? — Квантофельбаум ухмыльнулся в бороду. — План с Пампукой мы с ним вместе составляли. И червячка он мне помог сварганить, было дело.
— А вы не опасались… гм… последующего визита госпожи Пампуки? — поинтересовался архимаг.
— Да не успела бы она, — цинично усмехнулся Великий магистр. — Пока узнала бы, пока примчалась… К тому времени у Департамента были бы и кинжал с четкими следами ауры, и признание, и труп! Защиту же мертвой руки никто не отменял! А вы ее — мой «сюрприз», надо понимать, не обнаружили?!
Синехюнс, слегка побледнев, молча покачал головой.
— Вот-вот, куда вам, молодым, против старой школы… В общем, все претензии были бы к Департаменту. Я-то тут причем? А дело, как пить дать, закрыли бы. Верно, господин начальник?!
Стэнниоль медленно и неохотно кивнул.
— Так что, задумано все было четко. Только вот подвел меня партнер, а я, старый пер… обормот, не перепроверил. Кто же знал, что за Пампукой охотятся и другие ордена, а дома у него обитает настоящая монстра?!.. Это же он отыскал вход, я правильно понял?
Такс коротко и обиженно тявкнул.
— Да, такая собачка и мне бы не помешала…
В голосе Великого магистра послышались нотки вожделения. Ворчание Такса стало громче.
— Да нет, шучу, шучу… Кончились мои забавы… Ладно, вроде бы, я вам все рассказал…
— Нет, не все, — возразил Стэнниоль. — Когда вы были в коридорах дворца в карнавальную ночь, вы кого-то там видели?
— Нет уж, начальник. Это вы сами, сами, — Квантофельбаум спокойно снял с себя ошейник и протянул его дознавателю. — Работка неплохая, коллега, но вам еще есть, куда расти над собой. В общем, я ухожу. Огласка, думаю, здесь и сейчас не нужна ни вам, господа, ни Гильдии. Коллекцию мою, так и быть, дерибаньте. Все равно, счастья она не принесла, да и процесс всегда нравился мне больше результата. Дела временно передаю… да хотя бы ему!