Ненависть (СИ)
«Дивий» (2020/8800).
«Дивий» (1240/8800).
В этот момент все коридоры заполнила яркая вспышка белого света.
— Довольно! — раздался знакомый голос.
Ненависть 0.
Дополнительная характеристика в одно мгновение упала до нуля, заменив себя страхом. Грудь сдавило. Голова закружилась, будто я забрался на вершину мира и посмотрел вниз. Внутри меня неприятно засвербело. Чувство полного опустошения и нехватки сил заставило убрать посох и опустить руки. Последнее, что увидел перед тем, как отключилось сознание — вышедший на арену Азраиль.
Я открыл глаза в совершенно другом месте. Судя по тому, как была обставлена комната — покои великого магистра.
— Меня видели многие, думаю ты знаешь, что надо сделать. — архангел давал указания Дээргрею, а после обратил внимание на меня. — Поднимайся!
— Что ты здесь делаешь? — я поднялся, растирая чугунную голову, которая гудела, как после недельного запоя.
— Пытаюсь сохранить оба своих детища! Я создал орден креста. А Дээргрей прекрасно исполняет свою роль.
Он подошёл ко мне, схватил за мантию и швырнул в кресло, как какую-то шавку:
— В отличие от тебя!
— Ты создал этих фанатиков?!
— Зачем уничтожать отребье состоящее из убийц и воров, если его можно сплотить, направив силы в нужные русла? Они поддерживают порядок в пустошах, уничтожают демонических тварей. Главное, они мне подконтрольны.
Следующие десять минут меня отчитывали, как мальчишку, не давая вставить ни слова. Глаза архангела полыхали синим пламенем, а мои от психологического давления были готовы прослезиться. Димка Одимов парень стойкий, но не перед натиском пернатого. Больше раздражал своим присутствием Дээргрей, который молча сидел в углу комнаты периодически кивком поддакивал словам своего покровителя.
— Орден доставит тебя к вратам Нордвида, там уже все заждались.
— А как быть с Заречьем? С ребятами?
— Какие ребята?! — кажется архангел даже чертыхнулся. — В Заречье тебе сейчас лучше не соваться. Этой ночью он подвергся нападению, — Азраиль увидел мою реакцию и решил немного сгладить предыдущий монолог, как и всё своё появление в целом, — Мишель во всю занимается переброской твоей оравы друзей подальше от этого места. Мне пора, я и так не должен был тут появляться.
— Что с дварфом, который был со мной? Он из Нордвида и мог бы мне помочь.
— Все они оттуда. — хмыкнул Дээргрей. — Валяется на арене под присмотром Камушка. Или Камушек решил поиграть и…
Ненависть +30.
Вы достигли «агрессии».
Я поднялся и пошёл в сторону предводителя фанатиков, готовый затолкать его красную мантию в его красную…мысль оборвал Азраиль.
— Он отпустит твоего нового друга, — пернатому явно понравилось увиденное во мне и заставило улыбнуться, — если он, конечно, ещё жив. Но к вратам пойдёшь без него!
Я согласился — просить о большем было бы глупостью. А ситуация всё больше походила на ту, в которой отец, после того как вспылил, пытается подарочком вернуть былое расположение своего дитя.
— Обещаю, что мы доставим его в целостности и сохранности. — влез магистр в попытке выслужиться.
Архангел ушёл, а вслед за ним келию покинул и я в сопровождении Дээргрея. Впереди дорога к вратам, которые перенесут меня в другой мир.
Глава 18. Иск’аальт. Мир дварфов. Часть первая
«Ля эспери де эскайе» — французское выражение, буквально означающее «лестничный ум». Сколько раз вам не нашлось, что сказать во время спора, а после, прокручивая его в голове, на ум приходили гениальные, искромётные ответы?
Вот и я, молча следуя за Дээргреем по скрытым от посторонних глаз коридорам переваривал монолог архангела. Казалось, если он сейчас вернётся и встанет передо мной, то я обязательно всё ему выскажу. Его нежелание посвятить меня в планы, порождает и будет порождать подобные ситуации. Пора нам уже объясниться. А пока что в Нордвид за «Ожерельем маны», о важности которого так распылялся в комнате магистра Азраиль.
— Осталось немного, не отставай. — открывая очередную дверь, сказал Дээргрей.
Их в коридорах и вправду было множество. Около двух десятков на небольшой участок, поворот, и та же картина. Верхушка ордена не глупые ребята — по такому принципу устроены большинство спецобъектов, например многие отделения полиции. В них вы не встретите нумерацию кабинетов — всё обезличено для того, чтобы преступник не смог сориентироваться и сбежать. Может среди фанатиков затесалась и парочка оперов, кто его знает.
— Пришли.
Я вышел и глотнул свежего воздуха. Обтёсанные красные своды лабиринтов ордена, наконец, сменило открытое усыпанное звёздами небо. Скоро рассвет.
Нам навстречу вышел герой «заклинатель» тридцать первого уровня. Он вёл за поводья огромную сову с закреплённым на спине двойным седлом. Птица, облачённая в стальные диски брони, была раза в полтора больше взрослого грифона.
— Как тебе? Подарок нашего общего друга! — похвастался Дээргрей и подошёл к заклинателю.
Интерфейс показал, что передо мной «Совух долины Аунт». Любопытство вынудило сделать пару шагов к существу. Птица повернула голову, свернув её градусов на сто девяносто, торчком подняла уши и уставилась на меня плоской пернатой мордой.
Вид ночного хищника, закованного в броню, устрашал. А когда зрачки совуха резко расширились, концентрируясь на мне, стало совсем не по себе.
— Не нервируйте птицу, пожалуйста. — произнёс заклинатель и, получив последние указания, ловко запрыгнул на седло.
— Надеюсь, Азраиль прав: ты откроешь врата, соединяющие нас с Землёй, и сила, что подпитывает демонов, иссякнет. — вышагивая ко мне, произнёс Дээргрей. — Усаживайся поудобнее.
— Надеюсь. Прощай. — напоследок я посмотрел на Великого Магистра.
— До встречи, Одим!
Я подошёл к птице. Поставил одну ногу на стремена и, перекинув вторую, оказался в седле за спиной заклинателя.
— Ну что, полетели доставлять письмо Поттеру?
Видимо не застав времена приключений юного волшебника, пилот никак не отреагировал. Он кивнул великому Магистру и потянул поводья на себя. Совух с места сорвался в воздух. Ускорение было таким сильным, что моя пятая точка чуть не вылетела из седла.
Набрали нужную высоту. Взмахи крыльев стали реже. Сейчас мы чаще планировали, рассекая редкие облака в утреннем небе. Я перевёл дыхание — страх пропал. Его заменило невероятное, непередаваемое ощущение полёта. Будто вы на американских горках проскочили мёртвую петлю и теперь жаждете большего.
Слегка ткнул в спину заклинателя:
— А можешь показать, на что она способна?
Парень определённым образом дёрнул поводья. Птица сложила крылья, и мы камнем рухнули вниз. Будь я постарше, использовал бы эту процедуру для разглаживания морщин.
Сначала земля напоминала не прорисованную контурную карта, но с каждой секундой она наполнялась деталями. Я уже мог рассмотреть кроны деревьев, в которые мы стремительно пикировали. Думал, стоит прощаться с жизнью, но в последний момент совух несколько раз обернулся вокруг своей оси и расправил крылья. Выровнялись.
На высоте скорость ощущалась по-другому. Лес под нами смазался в одно зелёное полотно. Я сильнее вцепился в седло. Руки стали каменными и, казалось, никогда не ослабят хватку. Как говорится: я не трус, но я боюсь! После птица вновь набрала высоту, и остаток пути мы спокойно летели чуть ниже облаков. На горизонте показался город. Совух спланировал, притормозил взмахами крыльев и встал на землю.
— Над территорией Карзы полёты запрещены, дальше сам. — заклинатель взглянул на меня, намекая, что мне пора бы слезть.
Не дожидаясь, когда я отойду, птица взлетела, поднимая пыль, и устремилась ввысь. Осмотрелся. Судя по карте, мы далеко забрались от Заречья и Пустошей. От ордена креста вела длинная полоса новой открытой территории. Сам так сам. Я призвал лошадь и поскакал к горизонту.
Я приближался к городу и всё больше понимал, что это нечто иное. Огромный, как небоскрёб, портал, закованный в каменную арку — врата были центром десятков разбросанных в округе торговых рядов. Сотни палаток встречали меня на подходе к городу.