Тайная столица. Трагедия одной семьи (СИ)

— Вот именно, — подключилась Робин, заметив для себя отсутствие среди “избранных” Алвы и Лючио. — Что за сборище Вы тут организовали?
— Галлахар, если не можешь быть полезным, то-…
Дивна прервался на середине фразы, разворачиваясь в ту сторону, где остался главный зал, и в последующем Робин тщетно старалась убедить себя в том, что он сделал это случайно, а не крайне вовремя: как раз в то мгновение, как Адриан обернулся, здание тряхнуло от взрыва.
Раздался грохот разлетающихся на куски стен, и хотя до этого едва была слышна музыка, Робин чётко услышала испуганные крики людей. Обострился ли внезапно её слух или было это игрой воображения, женщина не разбиралась: разум сработал слишком быстро, и она рванулась с места обратно в сторону главного зала, не слыша оклика.
— Господи боже!
— Это что, взрыв?!
— Там остался мой муж!
Шумно выдохнув, Адриан зажмурился и прижал ладони к ушам — это заглушило возмущения и испуганные вопли почти одновременно ринувшихся обратно в зал оставшихся в живых людей, однако не возымело никакого эффекта на то, что творилось внутри. Если бы рядом никого не было, Дивна бы с наибольшей вероятностью рухнул на пол, подвывая от криков, звеневших в черепной коробке и множившихся с каждым мгновением.
Занятый попытками усмирить собственное сознание, он оказался абсолютно беспомощен, но при этом смог сообразить, что руки, подтолкнувшие в нужную сторону и на что-то усадившие, принадлежали единственному республиканцу на все здание. Айла не был его другом, но между ними было достаточно взаимного уважения, чтобы один не бросил другого на произвол судьбы в худший из возможных моментов.
— Дивна, успокойся. Посмотри на меня.
— Легко сказать, — прошипел Адриан, справедливо предполагая, что так сильно голова у него не болела даже после праздников в студенческие годы. Зажмурившись до цветных пятен под веками, мужчина резко выдохнул и тут же открыл глаза, впериваясь взглядом в бессмертного. — Все. Подожди пару минут, сейчас все нормально будет. Расскажи мне пока что-нибудь.
— К примеру? — устало вздохнул Айла, убирая одну руку в карман брюк.
— Не знаю. Как дела у детей, научилась ли Дайре готовить, и почему ты вдруг отрастил бороду.
Машинально проведя пальцами по аккуратной коротко стриженной бороде, бессмертный с некоторым недовольством глянул на идеально выбритого советника императрицы, которого сейчас не хватало даже на привычную улыбку.
— Вы, О’Двайеры, готовы лезть в нашу семью, даже когда на ногах еле стоите.
— Завидуем, — слабо повёл плечом Дивна, не сводя с мужчины взгляда. — Гребёшь деньги лопатой, у тебя несколько домов, близость моря и солнца, своячка заботливая и дочка красавица, да ещё и три парня. Все слишком идеально, Н’олур.
С улицы, врываясь в крики и звуки откидывания в сторону того, что люди могли разгрести самостоятельно, донёсся вой сирен, но мало кто придал этому значение. Благотворительный вечер памяти Даны О’Двайер в считанные мгновения превратился из светского мероприятия, на которое жаждали попасть многие, в ад на земле: в заволочённом дымом помещении, под треск загоревшихся после взрыва столов, люди раненные или чудом получившие лишь пару небольших царапин старались помочь друг другу. Кто-то пытался первым делом спасти себя, даже если для этого приходилось бежать по телам.
Пальцы надсадно хрустнули — этот звук громом раздался среди общей какофонии — но пробежавший по ним мужчина не заметил, что покалечил и без того пострадавшего человека. Боль заставила моментально прийти в себя, и Лючио вскинулся с криком, тут же жалея об этом своём решении. Пара сломанных пальцев показались мелочью, когда он, севший резко и ничего толком не понимающий, вдруг заметил, что что-то не так с ногой. Оставив попытки понять произошедшее, молодой человек медленно опустил взгляд на бедро, которое поначалу разум посчитал просто облитым чем-то липким и мешавшим двигаться. Даже увидев обожжённую плоть, облепленную разодранной в лохмотья тканью штанов, хакер не сразу смог сообразить, что он ранен. Боль, никуда не ушедшая, никак не вязалась в его голове со зрелищем собственной ноги, но все встало на свои места, когда кто-то подбежал сзади и резко дёрнул его вверх.
Едва левая стопа соприкоснулась с полом, всю конечность пронзила жгучая боль, и Лючио завыл с новой силой, вцепляясь в рану пальцами — те, что были сломанными, тоже не заставили себя ждать. Ругаясь на садалийском сквозь зубы, хакер согнулся и дал волю слезам, бывшим вполне ожидаемой реакцией на его состояние.
В следующую секунду его повело, разум помутился, и Лючио бы упал снова, если бы не до сих пор поддерживавшие его руки.
— Эй, эй, не падай!
Его заставили выпрямиться, и только по голосу молодой человек предположил, что за ним явился, чтобы вытащить из этого полного криков и запаха железа и горелой плоти кошмара, сам глава корпорации.
— Черт, — Феликс нахмурился, без малейшего зазрения совести влепив хакеру пощёчину. — Не отключайся, Лючио! Дыши давай!
Ему было не лучше, чем многочисленным раненным: несмотря на то, что успел до взрыва выпить пару-тройку стаканов каредана, они не спасли от такого количества шумов, набатом звучавших в голове и эхом отскакивавших от стенок черепной коробки.
Навскидку Феликс предположил, что в помещении было около двадцати умерших, и ещё несколько людей добавились бы к ним, не успей медики среагировать достаточно быстро — и все эти погибшие стенали на разные голоса, мешая помочь ещё живым.
Мысль о медиках подействовала словно заклинание, и спустя пару мгновений глава корпорации свалил хакера на руки подоспевшему человеку в форме санитара скорой помощи. Забежавшая вместе с медиком женщина, судя по испуганному взгляду — стажёрка, кинулась к О’Двайеру.
— Прошу, пройдите на улицу! Ваш висок…
— Плевать на меня, идиотка! — Феликс сгрёб женщину за воротник, дёргая её дальше в зал. — Там пять тел на последнем издыхании!
Не нашедшая в себе сил спорить медичка исчезла в толпе, и глава корпорации двинулся в ту сторону, куда его тянуло крайне неприятное, липкое чувство, не предвещавшее ничего хорошего. В несколько широких шагов преодолев необходимое расстояние, Феликс достиг кучи кусков одной из обрушившихся стен здания и присел на корточки. Взявшись за один из не самых больших пластов, он с немалым усилием смог отодвинуть его и замер.
На мгновение затих даже гул в голове, и мужчина, глядя на руку, знакомую ему по неизменной излишне вычурной печатке из золота с крупным красным камнем в навершии — отвратная реплика, которую сделали просто, чтобы хоть как-то доказывать свою причастность к семье — , почувствовал, как сами собой растягиваются в усмешке губы.
— Вот ведь какая ирония, отец…
Его окликнули со стороны, и Феликс, узнав голос, быстро поднялся на ноги. Плита, оставшись без поддержки, сползла обратно, скрывая под собой ладонь Микаэля О’Двайера, а глава корпорации обернулся на приблизившуюся бессмертную.
Заметив на руках женщины кровь, Феликс поддался какому-то внутреннему порыву и, в один шаг сократив разделявшее их расстояние, обхватил лицо Дайре ладонями.
— Ты ранена? Где? Показывай сейчас же!
— Убери руки! — рыкнула женщина, с силой ударяя его по запястьям и тут же грозя пальцем. — Не смей ко мне прикасаться без разрешения!
— Господин О’Двайер! — подскочившая Роза с едва заметным облегчением улыбнулась. — Вы целы?
— Да, — с трудом оторвав взгляд от Дайре, Феликс посмотрел на Розу и кивнул ей. — Идёмте, на улице есть медики.
Увидев санитаров, выходивших из здания, Робин только слегка поёжилась. Она попалась на глаза сотрудникам скорой помощи одной из первых и большую часть времени просидела на пороге медицинской машины, укрытая совершенно не нужным ей пледом и медленно попивая воду, первым глотком которой запила выданное ей успокоительное. Смысла в маленькой желтоватой таблетке она не видела, но не нашла в себе сил противостоять делавшим свою работу людям.