Тайная столица. Трагедия одной семьи (СИ)

— Каллен и Эрин Фоули? — неуверенно спросила женщина. — Что-то вы не похожи на айрарцев, господа. Откуда вы?
— Из Дойра, — угрюмо ответил Феликс.
Роза держала его за руку и крайне бодро вертела головой по сторонам. Мужчина в соседней очереди пялился на госпожу Златце во все глаза, и Феликсу иррационально хотелось спрятать девушку за собой.
— Ну, по паспортам я это вижу, — протянула пограничница. — Но никогда раньше не встречала блондинок-айрарок. И таких высоких айрарцев.
— Бабушка блондинкой была, — улыбнулась Роза.
— Из Дойра, говорите… Ты слышал, Кован? — айрарка развернулась на опасно скрипнувшем под ней стуле и окликнула коллегу за соседней стойкой. — Они говорят, что из Дойра.
Роза переглянулась с Феликсом и машинально прикоснулась рукой к широкополой шляпе, под которую изначально предлагала спрятать волосы целиком. Знай они раньше, что её оттенок привлечёт столько внимания, помудрили бы и с паспортом, но рисковать не хотелось, а в поддельных документах она была именно блондинкой. Пусть лучше так.
— Н-да, и акцент у вас странный. Не похож на дойрский. В какую школу вы, говорите, ходили?
— В городскую школу Дойра, очевидно, — еле сдержал язвительный тон Феликс. — Ещё мама в девять лет в Академию Фретли отдала. — Посмотрев на Розу, мужчина мягко улыбнулся. — Там и познакомились.
— Да, — просияла девушка, прижимаясь к плечу своего спутника. — А дальше всю жизнь вместе.
— Школа искусств?
— Ну да.
— Хм… А потом?
— Потом уехали в империю.
— Зачем?
— Искусством заниматься.
Пограничница помолчала, изучая паспорта, но потом со смешком проставила нужные штампы.
— Ну и шутник вы, господин Фоули. Добро пожаловать домой, — она вернула оба паспорта.
— Благодарю.
Роза семенила за начальником, периодически поправляя шляпу, которая, по ощущениям, совершенно не хотела задерживаться у неё на голове, и возвращая на плечо то и дело с него сползавшую лямку сумки.
Все время полёта она потратила в переживаниях за Жозефину и строила теории о том, что живущая в постоянном тепле и уюте собака может замёрзнуть, вылезти из переноски, случайно включить механизм открытия грузового отсека и вылететь вместе со всем багажом где-нибудь над Сабахтом или похуже. В том, что она смогла из вполне мирной ситуации сделать жуткую, Роза поняла, когда Феликс заказал себе каредан несмотря на то, что летели они классом “эконом”.
Глава корпорации явно не хотел думать о том, что его любимица повредится в багажном отделении рассудком и всю оставшуюся жизнь будет творить что-то невообразимое. Он бы с лёгкостью взял Жозефину в салон, если бы не её размеры и требования сволочей от авиакомпании уведомлять о провозке животных заранее.
К счастью, три с половиной часа женской логики закончились. Оставалось получить багаж, Жозефину и проехать ещё полтора часа до места назначения, где они бы дождались остальных.
— Что значит “уехали не туда”?
Услышав жуткую в своей простоте фразу Роза ощутила табун мурашек по спине.
— Я прощу прощения, господин Фоули, — развёл руками сотрудник воздушного порта. — Мы не знаем, как так получилось.
— Хочешь сказать, я летел в самолёте без своих вещей?! А собака моя где?
— Коллеги из Сэзера сообщили, что она по неизвестной причине вылетела другим рейсом вместе с багажом, господин Фоули. Сейчас находится в Сабахте.
— Где, мать твою?!
Главный терминал Линбера, столицы Сабахта, слепил отскакивающими от начищенных стен солнечными зайчиками и раздражал излишней чистотой. Здесь пылинки собирались ещё на подлёте к полу, чтобы все оставалось в идеальном состоянии — идеально чистое, идеально ровное, вплоть до по линейке выстроенных рядов сиденьев в зале ожидания. Хотелось просто из принципа отъехать на целом ряде сидений в сторону, а потом наблюдать за тем, как сотрудники порта будут метаться вокруг тебя кругами и пытаться уговорить тебя поставить все, как было.
В виду вылета, до которого оставался час, это виделось единственным развлечением.
По-хорошему, они должны были быть в Айре, полчаса назад прошли бы паспортный контроль и теперь бы, довольные жизнью, спали в машине по дороге на условленный адрес, но все в последнее время у сотрудников корпорации шло, не как у людей. На борту, который должен был доставить Робин с Лючио в столицу Айры, Байле-Клах, оказалась компания пьяных дебоширов, из-за невозможности успокоить которых пилот принял решение посадить рейс в Линбере. Если бы на этом все закончилось, было бы просто отлично, но компания, вероятно, сошла с ума, и решила, что пассажиров можно выгнать из салона под предлогом дозаправки на час.
— Что за хрень происходит? — поинтересовалась у пространства Робин, скрестив руки на груди и глядя в стеклянный потолок павильона.
— Это называется жизнь, — копируя её позу, пробормотал Лючио.
Разразившийся попсовой мелодией, у всех в империи бывшей на слуху последний месяц, телефон Робин едва не выронила из рук. Посмотрев на неизвестный номер, звонивший ей, женщина решила, что терять нечего, и ответила на звонок.
— Где вас черти носят? — Феликс был сама лаконичность.
— С рейсом проблемы были. Ждём пересадку. Вы с Розой уже там?
— Да. Эти идиоты перепутали рейсы и просрали Жози с багажом. Все в Сабахте. С багажом проще, его привезут на днях, а с Жозефиной пиз-…- можно было поставить все деньги на то, что глава корпорации запнулся на слове потому, что на него шикнули, призывая к цензурным выражениям. — Проблемы. Она там обгадила все, сожрала половину паспорта и на людей бросается. Требуют какие-то анализы на бешенство. — Помолчав, Феликс хмыкнул. — Короче, надо, чтобы ты её забрала.
— Серьёзно? — в потолок поинтересовалась Робин.
— Да.
— Охренеть.
— Ну ты же не помрёшь от этого?
— У меня что, выбор есть?
— Попроси Лючио тебе шутки рассказать. У него вроде неплохо получается.
Отключив телефон, Робин посмотрела на Лючио, который, почувствовав на себе чужой взгляд, сел ровно. Выдержав пару минут молчания, молодой человек осторожно пожал плечами.
— Пойдём, — вздохнула Робин, поднимаясь на ноги. — Пока идём, вспоминай лучшие анекдоты про тупых псин.
Байле-Клах во всех путеводителях относился к тем местам, которые чудесным образом совмещали в себе колорит старых времён и современности. Модернизированный город с впечатляющими стеклянными кольями высотных зданий то тут, то там разбавлялся милыми разноцветными домиками в два-три этажа максимум, а от главного проспекта, тянувшегося насквозь через всю правобережную часть столицы, разбегались маленькими змейками узкие уютные улочки, выложенные брусчаткой и полнившиеся гомоном людей, вышедших покурить из пивных, шедших домой с работы и просто разговорившихся с соседями, с которыми каждое утро здоровались с балконов, близко расположенных к друг другу.
Лет двадцать назад, если послушать рассказы старшего поколения, все считали Айру пределом мечтаний для желающих сбежать из Катаари — в почётном звании фаворита иммигрантов страна переплюнула даже вечно цветущую и пахнущую Айлетру. Многие представители нынешней молодёжи были потомками имперцев, но затем правительство Айры решило, что им достаточно своих ртов, и кормить чужие они не намерены, а потому правила получения вида на жительство и прочих сопутствующих документов резко усложнились. Успевшие, впрочем, сбежать в страну зелёных долин, рыжеволосых красавиц и холодных скал, омываемых ледяными водами океана, не переставали направо и налево расхваливать свою теперь уже родину и Байле-Клах в частности.
Их восторженность уютным и современным одновременно городом можно было бы понять, если бы не злосчастный дождь, ливший последние полчаса.
Вёзший их таксист, мужчина средних лет с забавным акцентом общего языка и редкой светлой бородкой, при первых же упавших на лобовое стекло каплях беззаботно рассмеялся: “Вот вам и повод заказать кофейку по-айрарски”.
Поначалу Лиам, на чьей совести оказались разом две женщины, пытался убедить себя, что за дождём они будут наблюдать исключительно из окна тёплой квартиры, которая по заверениям Феликса их ждала — жизнь и судьба эти убеждения проигнорировали.