Безымянные слуги (СИ)
— В трюме есть много сена, — предложила Пятнадцатая. — Если нужно, можно организовать кровати в любой из комнат.
— Пятнашка, вот так и сделай. Только не для своих — а для наших рыл! — пробасил Скас.
— А мы займём гостевые каюты! — согласился Скаэн.
Пятнадцатая глянула на меня и Хохо, и тот пожал плечами:
— Переберусь к Шраму.
— Не надо никуда перебираться, — сказала Эл-оли. — Мы с мужем как-нибудь в одной уместимся.
Глядя на наши ошарашенные лица, Скаэн радостно и весело захохотал.
После того, как были организованы спальные места, Пятнадцатая обошла всех ааори и всучила по кружке вина. Скас просто укатил небольшой бочонок к бойцам эров. А Скаэн и Эл-оли вернулись за стол, куда принесли новые кувшины. На этот раз в кувшинах было только вино. Сидеть пришлось ещё часа два, поскольку вопросов у начальства оказалось много.
Очень дотошно спрашивали про то, что мы брали из запасов корабля. Спросил Скаэн и про казну. Дотошность объяснили тем, что у владельца баржи Руэна были родственники в Мобане, которые могли предъявить права на посудину.
— Уверены, что сумма в казне не изменялась? — в последний раз спросил Скаэн. — Мне не жалко. Я бы вам всю баржу отдал, но потом замучаетесь отбиваться.
— Мы ее не трогали, — ответила Пятнадцатая.
— Если там и есть расхождения, то не по нашей вине, эр, — добавил я.
Пятнадцатая посмотрела на меня, а я кивнул на трюм.
— Что? — проследив за моим кивком, спросил Скаэн.
— Мы искали медикаменты и обнаружили под настилом трюма тайник, — тихо пояснила Пятнадцатая. — Там три ящика сережёк икана и…
— Чтоооо?.. — просипел Скас, чуть не подавившись вином.
— Большие ящики? — деловито спросила Эл-оли, и Пятнадцатая показала руками размеры.
— Попался! — Скаэн радостно потёр руки. — Кто об этом знает?
— Мы трое и две девушки из моего десятка, — ответила Пятнадцатая.
— До Форта — ни слова никому, — предупредил Скаэн. — Ладно, молодёжь, пойдёмте-ка все спать. Вы останавливаться будете на ночь?
— Нет, эр, — ответила Пятнадцатая. — Будем плыть всю ночь. Серые идут по берегу. Наши мореходы их уже заметили. А днём будем уже в Форте.
Скас и Гун-Нар на слове «мореходы» заухмылялись.
— Всё, посиделки заканчиваем! — Скаэн глянул на подчинённых и хмыкнул. — А то эти от вина уже как слабоумные улыбаются.
Подчиненные мгновенно стёрли улыбки с лиц и стали очень серьёзными.
— Завтра объясню, что и как будем делать! — предупредил нас Скаэн. — В Форте будет весело. Обещаю.
— Скаэн, ты только палку-то не перегибай, — предупредила мужа Эл-оли.
— Не переживай, Оли, я их несильно убью… Так… Чуть-чуть….
Глаза у Скаэна при этом были такие мечтательные, что я сильно пожалел тех, кого он собирается «чуть-чуть убить».
Глава 20
Просыпаться по утрам я никогда не любил, но здесь — на барже — вставал с первыми лучами солнца. Часто опережая даже Пятнадцатую, которая, казалось, всегда поднимается раньше всех. Иногда первым вставал Шасть, но это случалось редко.
После выпитого вина в голове было тяжело, хотя Скаэн вчера и доказывал, что выпили «всего ничего, всего-то пару кувшинов». Не нам доказывал — жене, указывая на пять кувшинов, выстроившихся под столом. На палубе было тихо. Суч стоял у руля и осматривал берег.
Я облокотился на фальшборт и посмотрел на море. Сегодня оно казалось каким-то задумчивым и спокойным, как дыхание спящего человека. Волны были высокие, но медленные и пологие. Они мерно прокатывались под баржой, неторопливо подходили к берегу и деликатно обрушивались на пляж. Ветер снова сменил направление и подул с запада — как тогда, когда мы проплыли Линг. Но в этот раз он был для нас попутным, и баржа ходко двигалась к цели.
Из пристройки потянуло едой: девушки на кухне всегда вставали затемно. Иногда их привлекали к гребле, но чаще отправляли отдыхать перед готовкой. Всё-таки приготовить полноценный обед на сорок человек — задача не из лёгких. Теперь работы им прибавилось, потому что на борту появилось ещё двадцать пассажиров.
— Шрам! — окликнул Суч. — Подтяни канат.
Объяснять какой Суч не стал — показал пальцем. Но канат для подтягивания там был один. Я отвязал его, подтянул, дождался кивка Суча и снова завязал. На палубе показалась Пятнадцатая, осмотрелась и направилась ко мне.
— Вот ты где! — радостно сказала она, останавливаясь рядом.
Я ожидал продолжения, но его не последовало. Чтобы не молчать, я просто улыбнулся в ответ и поздоровался:
— Доброе утро!
Пятнадцатая облокотилась о борт рядом со мной и прижалась плечом.
— Мне страшно, — прошептала девушка. — Постоянно представляю, как мы прибываем в Форт, а меня там «списывают». Всё время сомневаюсь, а правильно ли я сделала?
— Зачем тебя списывать? — тихо ответил я. — Ты всё сделала, что могла, чтобы сохранить людей.
— Но нас не считают за людей, — ответила девушка. — Вдруг нам надо было там умереть.
— Так многие и умерли, — ответил я. — Знаешь, может, я и грешник, которому дали шанс на исправление, но класть этот шанс на защиту самодово…
— Тише!..
— В общем, ты поняла, — ответил я, успокаиваясь. — Ты поступила как командир. Спасла людей, привела их в крепость. Эр Скаэн твою историю слышал и одобрил. А он — эр, а не рядовой боец.
— Всё равно страшно…
Я протянул руку и крепко сжал её ладонь.
— Я с тобой, Пятнадцатая. Спишут тебя — выкраду и спрячу.
— Где? — улыбнулась девушка.
— Найду где, — отрезал я. — Мы вместе решали, вместе и будем отвечать.
— Спасибо!
Пятнадцатая помолчала и оттолкнулась от борта.
— Пойду будить команду, Шрам. Пора сделать последний рывок.
Я же остался смотреть на море. Я всегда знал, что у Пятнадцатой бывают сомнения и страхи, но что её может вот так трясти — это была новость. Теперь мне было понятно, почему она ходила сама не своя. Но я не лукавил — за всё сделанное я собирался отвечать вместе с ней. Если просил Кривого остаться человеком, то и самому придётся им оставаться.
За этими мыслями меня и нашел Скас. Потягиваясь, он вышел на палубу, сделал глубокий вдох и встал рядом со мной. Я на всякий случай отдал уважение, стукнув кулаком в грудь.
— Минутка спокойствия? Да, Шрам? — ухмыльнулся он. — Вашему брату нечасто выдаётся.
— Вторая за всё время и за последние несколько дней, — не стал спорить я. — Перед сном в каюте совсем не то.
— Это да. Ничего, вам продержаться чуть-чуть — и станете нори, а там и свободы, и времени больше, — Скас хохотнул. — А если к нам сюда в Форт подадитесь, то ещё и от снобов-аори избавитесь… Пойдём-ка, подберём тебе броню какую-нибудь.
— Может, уже в Форте? — спросил я, смущаясь. — Неудобно как-то…
— Неудобно с когтями в пузе ходить, — хмыкнул Скас, а я вздрогнул, вспомнив Злату. — А броню в подарок принять — очень даже можно. У нас запас немаленький, соорудим тебе сейчас что-нибудь.
«Соорудим что-нибудь» оказалось не фигурой речи. Скас привел меня в одну из пассажирских комнат в трюме, и два бойца, под комментарии ещё четверых, начали буквально на коленке, из разных частей, делать мне защиту. За основу взяли бронзовую ламеллярную безрукавку. Нашли пару наплечников и прицепили медной проволокой, которую прямо на глазах мудростью сплавили в кольца. К наплечникам таким же способом прикрепили наручи от плеча до локтя. От локтя до кисти просто прикрыли наручами и снабдили кожаными ремнями.
— Даже без кузни! — восхитился я.
— Да! — ответил нори, который занимался плавкой. — Так немногие могут. Но если в отряде есть такой умелец, можно из рейдов не вылезать.
К безрукавке приклепали широкий кожаный пояс, а к нему прицепили два чешуйчатых полотна, который обхватывали ноги по краям, оставляя свободное пространство для шага. Мои сапоги отчистили от ошметков брони, смазали какой-то клейкой жидкостью, обмотали кожей — и уже на неё заклепками приделали металлические пластины.