Снегурочка на заказ (СИ)
— Тоже рад встрече, — приветливо улыбнулся Котовский. — Я думаю, мы сможем мирно решить этот вопрос. Но твои молодые люди, — он кивнул на бандитов — или это такая охрана? — несколько мне с моей спутницей очень помешали. Ты б их приструнил как-нибудь, Василий Оганезович.
— Теперь просто Вася! — замотал головой Барчинский. — Представишь свою прекрасную спутницу.
— Это Оля, — Даниил не стал называть меня женой, к счастью, и я вовремя вспомнила, что Василий Оганезович Барчинский был каким-то нашим деловым партнёром.
Вроде бы.
Кажется, я делала какие-то бумаги, где фигурировало его имя.
— Очень приятно, — проворковал Бурый. — Прошу, прошу в дом…
Даниил приобнял меня за талию и потянул за собой. Сопротивляться не было смысла, хотя я не без любопытства прислушивалась к раздававшемуся за спиной шипению Барчинского. Тот, очевидно, перешёл в наступление и теперь атаковал подчинённых уже всерьёз.
— Придурки! — доносились до меня обрывки фраз. — Вы кого привезли мне? Вы мне делового партнёра привезли! Договор года, видать, сорвали! Если он теперь откажется подписывать или процент драть будет? Если ославит меня, расскажет, что все люди как люди, а Барчинский на двадцать лет промахнулся и в девяностых застрял? Да я вас, дурики, на органы порежу!..
Я очень сомневалась, что охрану действительно порежут на органы, по крайней мере, надеялась на более цивилизованный подход к наказанию охраны, или кем там были эти странные мужчины, но расслабиться и перестать дрожать так и не смогла. Всё-таки, Василий Оганезович меня пугал. Это Котовский вёл себя так, словно ему море было по колено, теперь понятно, почему.
— Проходите, гости дорогие! — тем временем Бурый всё-таки догнал нас, уже на крыльце собственного дома. — Проходите. Могу предложить ночлег, раз уж мои придурки вас задержали, вкусный ужин. Правда, в доме много детей…
Он открыл перед нами дверь, и вариантов отпираться не было, пришлось войти. Даниил, впрочем, вёл себя спокойно, и я решила ориентироваться на его поведение. Вроде бы обижать не должны, ничего дурного нам, надеюсь, не сделают. Хотелось бы верить, по крайней мере.
В просторном холле коттеджа уже ждала какая-то женщина. Довольно милая на вид, услышав, как растекается медовыми речами Бурый, она тут же подбоченилась и сердито сверкнула глазами. Только по этому жесту я наконец-то поняла: супруга.
— Познакомьтесь, — протянул Василий Оганезович, изо всех сил пытаясь казаться милым, — это моя жена, Валечка. Валюша, познакомься, это Даниил и Ольга. Даниил — мой деловой партнёр.
— Разве мы приглашали на ужин твоего делового партнёра? — гневно уточнила Валентина. — В костюме Деда Мороза?
Я смущённо одёрнула подол снегурочьего пальто, чувствуя себя крайне неловко. Внутри в нарядном костюме было немного жарко, но это всё мелкие неудобства по сравнению с тем, сколько страха пришлось перенести при встрече с этими дурацкими бандитоподобными охранниками. Только жалко их всё равно. Да и кто его знает, не сделаем ли мы чего-нибудь такого, что уже Бурый будет ставить свои условия, а не Даниил? Какой они там договор собирались подписывать?
— Да вот, понимаешь, получилась неувязка, — мягко пояснил жене Барчинский, — мои де… ребята вместо Деда Мороза и Снегурки остановили на дороге моего делового партнёра. Ну ты же понимаешь, что они не станут выступать?
— А дети? Ты ведь обещал! — гневно прошипела Валентина.
— Валюша! — Барчинский наклонился к ней поближе. — Какие к чертям дети? На кону миллионные контракты! Ни мне, ни вот ему, — он кивнул на Даниила, — не выгодно их срывать. Ты хочешь, чтобы я делового партнёра клоуном выставлял перед нашими спиногрызами?
Судя по всему, сейчас мы ещё будем свидетелями семейного скандала. Если только…
— Вообще-то, — вмешалась я, почувствовав себя в этот момент невероятно мстительной девушкой, — мы можем и выступить, порадовать детей, правда, Даня? — я посмотрела на Котовского. — Раз мы уж сюда приехали. У меня, например, есть опыт. Так правда?
— Ой! — охнула Валентина, отталкивая прочь мужа. — Это будет так чудесно! Дети в гостиной. Проходите, дорогие гости…
Даниил с таким видом прицепил к лицу искусственную бороду, что я с трудом сдержала смех.
— Ну и зачем? — прошипел он в тот миг, когда мы на секундочку остались одни.
— А не надо было лгать про пару дней, — мстительно прошипела я и уже громче добавила: — Идёмте, дедушка! И где ваш мешок с подарками?
Глава седьмая
Мешок с подарками, внушительный такой — им, если хорошенько замахнуться, убить кого-нибудь можно! — присутствовал. Валентина указала на него с таким облегчением, что я даже её пожалела. И вправду, едва не испортили детям праздник! Бедная мать, наверное, с ног сбилась, пытаясь как-нибудь развлечь спиногрызов…
Женщина заикнулась что-то там про сценарий, но, поймав злой взгляд мужа, решила не продолжать. Василий Оганезович и так был не в восторге от того, что его деловой партнёр в костюме Деда Мороза собирается развлекать детишек, и я поначалу даже не понимала, в чём причина такой реакции. И только потом, когда Даниил подступил к комнате, где сидела ребятня, вдруг поймала себя на мысли: а что, если там настолько вредные дети, что Бурый попросту боится того, что они могут натворить?
— Эй, — я дёрнула шефа за рукав. — А что мы вообще детям показывать будем?
Котовский уже приоткрыл дверь, но остановился и оглянулся на меня.
— Ну я не знаю, — проворчал он. — Это ж была твоя идея…
— Да где этот грёбаный Дед Мороз? — донёсся из комнаты писклявый детский голосок, поддерживаемый возмущённым поддакивающим хором.
Я аж подошла поближе и прислушалась… Чтобы за несколько минут услышать возмущений больше, чем можно было ожидать не только от семилетних сорванцов, а и от взрослых людей. Кто-то даже заматерился, да так громко, что крик донёсся и до топтавшихся у нас с Даниилом за спиной родителей.
— Они у нас такие нетерпеливые, — охнул Бурый, совершенно не оправдывая свою репутацию грозного хозяина и даже втянувшего голову в плечи, когда Котовский на него оглянулся, и дёрнул жену за рукав, требуя, чтобы подыграла.
— Да-да! — закивала Валентина. — Непослушные ребята… Но очень добрые!
Даниил вопросительно изогнул брови, судя по всему, услышав, что хорошего ему и всем Дедам Морозам на свете только что пообещал один из мальчиков. Вероятно, этот самый добрый. Хотя, возможно, я тоже слишком позитивно думаю об этих детях.
Правильно истолковав ситуацию, Валентина рванулась в комнату, чтобы как-нибудь утихомирить детей, но Котовский уверенно преградил ей дорогу.
— О-ох, Снегурочка! — неожиданно низким голосом протянул он, притягивая меня к себе и так крепко обнимая за талию, что ни о каких правилах приличия и речи быть не могло. — Ох устал я, Снегурочка! — он толкнул дверь ногой, покрепче свободной рукой схватил мешок и двинулся вперёд, не выпуская меня из объятий. — Ох, устал! Где я только сегодня не был! — Даниил дёрнул бороду, чтобы не мешала говорить, и остановился посреди комнаты, швырнул мешок на пол, выдернул из-под какого-то мальчишки стул и плюхнулся прямо на него. — На Северном полюсе был, на Южном полюсе был… пингвины, понимаешь, совсем с ума посходили с этим Новым годом! Подарков требуют, хороводы водят, еле вырвался… В Африке был… мартышки чуть всю бороду не повыщипали… Всюду был, где только мог! Всюду! Чего ж ты притащила-то меня, внученька… — мне аж захотелось ляпнуть, что внученек такими взглядами не окидывают, — в этот дом?
— Да как же! — возмутилась я высоким снегурочьим голосом. — Не были бы здесь, дедушка, не всех детишек ещё поздравили!
— Как не всех? Ты смотри… В семнадцатом доме был, поздравлял! В двадцать первом доме был, поздравлял… — Даниил, как настоящий старый дед, охнул и схватился за спину. — Радикулит замучил, остеохондроз покоя не даёт, суставы выворачивает! А ты ещё — в девятнадцатый давай, в девятнадцатый… Пришли мы в твой девятнадцатый… И что? Ни одного ребёнка! Какая-то взрослая женщина, пустая комната…