Сюрприз для двоих (СИ)
- Машк , - после пронесшегося между нами шквала эмоций, уже отдышавшись, мы лежали в объятиях друг друга, тихонько разговаривая. А почему тебя пацаны по имени называют?
- А, тут все просто, - моя голова покоится на плече Димы, а я пальчиком вырисовывала на груди неведомые даже мне вензеля. Мы пока у тетки жили, Кир меня мамой называл. А когда вернулись к родителям, первое что он услышал, как папа меня Маней назвал. я улыбнулась, вспоминая округлившиеся от удивления глазки трехлетнего Кирюши, впервые услышавшего такое обращение ко мне. Ему так понравилось, что он стал меня так же называть. Ну, а потом уже и Даня подхватил эту эстафету.
- Эй, родители. В дверь раздался стук и громкий возглас старшего. Мы ужинать сегодня будем? рядом с ним слышалось недовольное возмущение Даньки.
- Вот же черти мелкие. Произнес Дима ласково и поцеловал меня в лоб, поднимая нас с постели. Сейчас, - уже громко ответил сыновьям.
На следующий день, пока Кир не уехал в Академию, Железнов, пряча ехидную улыбку, затянул меня в один из питерских ЗАГСов , где толстая тетка-регистратор заставила нас расписаться в огромном журнале, а потом отдала гордому собой Димке наши паспорта и свидетельство о браке, согласно которому теперь и я Железнова. Он вытащил меня на улицу, крепко прижал к себе и произнес «Машка Железнова это звучит гордо!», а затем жадно поцеловал, не обращая внимания на насупившегося Даньку, который что-то недовольно бурчал про взрослые слюни и утянул брата за угол.
- Ага, и теперь как и ты, буду Железякой. Я шутливо с Димой пытаюсь спорить. Так, муж? я получаю огромное удовольствие только от одной мысли, что имею полное законное право называть так Диму.
- Нет, ты всегда будешь Светлячком. Только моим Светлячком, жена. Он счастливо улыбнулся, обращаясь ко мне по уже официальному статусу.
Мы гуляем по улицам Питера, наслаждаясь атмосферой и видами города, Невы, архитектурой и воздухом любви, который нас окружает. Дима, заменяя любого гида, что-то нам с мальчиками рассказывает, углубляясь в исторически важные моменты, спокойно и уверенно, абсолютно не напрягаясь, дотошно отвечает на вопросы сыновей. Оказывается, он довольно часто посещал Питер, и ни когда не отказывал себе в удовольствии насладиться не только современной архитектурой, но и историей этого замечательного города. Я счастливо улыбаюсь, глядя как Дима, пытаясь наверстать столь глупо упущенные годы, старается больше внимания уделять мальчикам.
- Ну что, праздновать-то будем? он подвел нас к маленькому итальянскому ресторанчику. Предлагаю это дело отметить пиццей. Мальчишки довольно скалятся, смотря на нас с Димой, затем подмигнули своему отцу, отзывая куда-то в сторонку.
- Машуль , я на минутку. Муж открыл дверь, пропуская меня в прохладное нутро ресторанчика и поцеловал в щеку. Располагайся.
Я устроилась за столик около окна, разглядывая как мои мужчины о чем-то негромко спорят. Затем мальчишки развернулись и ушли, а Дима присоединился ко мне.
- Где ребята? я настороженно спрашиваю, не понимая того, что они задумали.
- Сейчас вернутся. Димка обнял меня за плечи, прижимая к себе, и нежно поцеловал. Они действительно сейчас придут, Светлячок. Не волнуйся.
Он все также прижимал меня к своей груди, когда спустя несколько минут в зал, с громкими криками «Поздравляем» ворвались сыновья, вручая мне огромный букет роз и целуя нас с Димой.
- Теперь только мальчишкам документы надо поменять. Дима разглядывал мальчишек, устроившихся напротив нас и поглощающих пиццу. - Мы с Киром поговорили, и он согласился на смену фамилии, так что в понедельник займусь этим вопросом.
- Дань, а ты что скажешь? я посмотрела на довольного жующего младшего сына.
- А чего я? Данька поднял глаза, разглядывая меня и явно не понимая сути вопроса. Я ж тоже Железнов, так что, пусть и мне меняет.
Димка громко хохочет и треплет Даньку по голове, вызывая у мелкого недовольное сопение.
- Не сопи, ежик, - он встал и поцеловал сына в затылок. Давай, доедай и пойдем на речном трамвайчике кататься. И получил в ответ довольную улыбку Даньки.
Мальчишки весело бегают по парку, в который мы пришли смотреть на поющие фонтаны, и абсолютно не обращают внимания на нас. Мы с Димкой слушаем негромкую музыку, под которую разноцветными нитками скачут струи фонтана, создавая разной формы водные башенки. Я наслаждаюсь этим видом и тихим шепотом Димки, который, словно двадцатилетний мальчишка, обняв меня со спины, шепчет мне признания в любви, вперемешку со своими, ну очень нескромными желаниями того, что он будет делать со мной в номере гостиницы. Я краснею, словно юная девчонка, легко толкаю его в живот локтем, пытаясь угомонить этот поток бурной фантазии, за что получаю фальшивое возмущение, что сегодня у нас первая брачная ночь, и Дима, на правах уже настоящего мужа, может не только говорить, но и делать со мной все, что ему вздумается.
К нам подбегают мальчишки, и, перебивая звуки музыки, начинают выговаривать что-то о том, что скоро будут разводить мосты, и если мы хотим переночевать в гостинице, то стоит задуматься о возвращении на Васильевский остров.
Дима, посмотрев на часы, согласно кивает головой и, с улыбкой разглядывая запыхавшихся от беготни сыновей, просит их вызвать такси, а сам все также не отходит ни на шаг от меня, продолжая любоваться разноцветным фонтаном.
Мы едем в машине, когда мальчишки не скрывая своих эмоций, громко делятся впечатлениями от всего увиденного и услышанного сегодня, все время дергая Диму и совсем не обращая внимания на меня. Я, уложив голову на плечо Димки, счастливо улыбаясь, слушаю своих мужчин и прикрываю глаза, когда понимаю, что машина остановилась, привезя нас к конечной остановке гостинице.
Уже около наших номеров мальчишки машут руками на нас с отцом, смиряясь с мыслью, что спать они сегодня будут одни. За это получают легкие подзатыльники от Димы и его притворное возмущение, что, мол, они совсем от рук отбились. Данька с Киром недовольно сопят, но открывают ключом дверь от нашего номера, потом, толкаясь вваливаются в комнату и сердито разглядывают нас. Дима, наблюдая за действиями пацанов, громко смеется, отправляя их по очереди в душ, отдает мне ключ от своего номера и выпроваживает туда, мотивируя это тем, что он сам сегодня будет укладывать их спать. Поразительно, как быстро они привыкли друг к другу. Впрочем, Железнов всегда умел быстро сходиться с новыми людьми, а это ведь его сыновья. И я, рассматривая каждого из моих мужчин, в очередной раз счастливо улыбаюсь, благодаря за окружающий мир, и ту луну, которую не так давно разглядывала в окно собственной кухни за то, что потерянное, казалось, счастье вновь со мной. Целую мальчишек и неспешно ухожу в номер, снятый Димой.
Чуть позже, когда на сумрачном небе неуверенно появляется первая звезда, вваливается счастливый Димка, держа в руке бутылку охлажденного шампанского. Я пытаюсь встать с кровати, на которой лежала и бездумно смотрела в телевизор, чтобы помочь ему найти бокалы. Он впивается в меня жадным взглядом, рассматривая мою пижаму, состоящую из легкой маечки и шортиков, недовольно шикает и отставляет бутылку в сторону. Зачем-то достает из шкафа сумку со своими вещами, Что-то бурчит себе под нос, и уже с довольной улыбкой разворачивается ко мне, доставая сложенный бумажный конверт и усаживаясь рядом со мной на кровать.
- Вот, я купил их еще тогда, в Москве, потом хотел выбросить, но так и оставил. Теперь они точно пригодились. Из конверта выпадают два абсолютно гладких тонких серебряных обручальных кольца. Мне деньги родители тогда выдали на первое время, а я купил это. Думаю, по размерам они и сейчас подойдут. Он надевает мне на пальчик одно и в раскрытой ладони протягивает второе.
- Красиво, - я заворожено рассматриваю кольцо на своем пальчике, затем надеваю такое же Димке. А почему в ЗАГС не взял?
- Я от всех этих впечатлений просто забыл. Мой муж смотрит на меня пристальным взглядом, сильно сжимает в своих объятиях и укладывает на кровать, сминая мои губы жарким поцелуем. Люблю тебя, мой Светлячок, - Димка шепчет свое признание.