Невинный соблазн

— Оставьте меня с пациентом, — бросил врач. — Петтибоун будет мне помогать.
Едва Дадли произнес его имя, старый слуга вошел с большим кувшином горячей воды и чистыми тряпками. С явной неохотой Мойра вышла в холл к лорду Спенсеру.
— Как вы считаете, что скажет доктор? — обеспокоено спросил Спенс. — Джек поправится, правда? Господи, он мой самый лучший друг.
— А вы самый лучший его друг, — ответила на это Мойра.
— О, миледи, вы дома! Я так рада, Мы все ужасно беспокоились о вас, когда эти люди увезли вас в тюрьму. У вас все в порядке?
Джилли разбудила суета в доме, и она вышла посмотреть, что случилось. Увидела в холле Мойру — и просияла.
— У меня все отлично, Джилли, но вот лорд Грейсток… Он ранен. Сейчас у него врач.
Джилли побелела как мел и прижала руку ко рту.
— Ранен, миледи? О Боже!
— Я уверена, что он поправится, Джилли. Идите спать.
— А что сказать всем остальным?
— Каким остальным?
— Мистер Петтибоун нанял целую кучу слуг. Еще двух горничных, кроме меня, — Энни и Агнес. И миссис Харкот, это новая кухарка. Потом еще Колин, помощник кучера. — При упоминании о Колине Джилли слегка покраснела. — Они все ждут в кухне.
— Постарайся успокоить их. Скажи, что ничего страшно го не произошло.
— Да, миледи, — улыбалась Джилли и убежала на кухню.
— Интересно, чем там занимается доктор? — нетерпеливо поинтересовался Спенс, прекращая хождение взад-вперед по холлу и уставившись на закрытую дверь. — Он торчит там чертовски долго.
В эту минуту дверь отворилась и из спальни вышел Петтибоун.
— Мистер Петтибоун! — взмолилась Мойра. — Что там? Джек…
— Доктору нужна горячая вода, — бросил Петтибоун через плечо, удаляясь.
— Я пойду туда, — заявила Мойра. — Еще одна пара рук не помешает.
Прежде чем Спенс успел возразить, она открыла дверь и вошла.
— Давайте сюда воду, Петтибоун, — не поднимая головы, произнес доктор Дадли.
— Это не Петтибоун, доктор. Это Мойра. Я хочу вам помочь.
Доктор Дадли посмотрел на Мойру поверх очков.
— Вы боитесь крови?
— Нет, — сглотнув, солгала Мойра. — Что нужно делать?
— Петтибоун — отличный малый, но он ужасно неуклюж.
— Вам придется держать инструмент, пока я буду искать пулю.
Она вошла глубоко, но, насколько я могу судить, не задела жизненно важных органов.
Мойра боязливо приблизилась.
— Джек в сознании?
— Слава Богу, нет. Он отключился, когда я вставил в рану зонд. Ну, мисс, теперь держите крепко.
Как Мойра ни старалась, она не могла смотреть в сторону, когда врач погрузил зонд в рану. Потекла свежая алая кровь, но доктора Дадли это не смутило. Петтибоун вернулся, поставил горячую воду на столик и стал ждать дальнейших инструкций. Не получив их, он отвернулся, но из комнаты не вышел. Внезапно врач, издав торжествующий крик, извлек окровавленную пулю и бросил ее в тазик.
— Дело сделано, — сказал он. — Теперь остается только зашить рану.
— А если возникнет заражение? — спросила Мойра, отлично знавшая, что оно убивает вернее пули.
— Я очень серьезно отношусь к соблюдению правил гигиены. Многие мои коллеги плюют на эту, как они выражаются, чепуху, но я твердо стою на своем. Очень немногие мои пациенты умерли в результате заражения, и я неукоснительно соблюдаю свои правила: тщательно мою руки, погружаю инструменты в кипяток до и после употребления. Если бы пулю извлекал какой-нибудь деревенский врач, у его светлости не было бы ни одного шанса выжить.
Доктор вдел нитку в иглу и сделал первый стежок.
— Он такой бледный, — выдохнула Мойра.
— Больной потерял много крови, но я уверен, что он выживет. Давайте ему побольше питья. Лорд Грейсток — сильный и здоровый мужчина. Пройдет время, и он будет как новенький, — говорил врач, делая последний стежок и накладывая повязку. — Ну, вот и все. Я оставлю на всякий случай обезболивающее, а завтра навещу милорда.
Доктор Дадли тщательнейшим образом вымыл руки горячей водой с мылом, досуха вытер их и отбыл. Петтибоун проводил его до двери. Спенс явился почти немедленно.
— Как он?
— Доктор Дадли считает, что все будет хорошо. — Мойра посмотрела на Спенса и заметила, какие усталые у него глаза. — Почему бы вам не отдохнуть немного? Я посижу с Джеком.
Спенс заколебался.
— Вы уверены, что это будет правильно? Вы же сами уже с ног валитесь от усталости.
— Не просто правильно, а только так и следует поступить. Я все равно его сейчас не оставлю. Не знаю, что было бы со мной, если бы не Джек.
— Ну хорошо, — согласился Спенс. — С вашего разрешения я найду свободную комнату и посплю несколько часов. Если понадоблюсь, разбудите меня.
Мойра придвинула кресло поближе к кровати и села, слишком обессиленная, чтобы заметить разгорающуюся на небе зарю. Она смотрела и смотрела на Джека. Ее успокаивало то, что дышит он глубоко и ровно, хотя и бледен как смерть. Он лежал на животе, в той самой позе, в какой оставил его врач, когда извлек пулю.
Черный Джек. Да какой же он Черный? Он добрый, честный, смелый. Она любит его, но понимает, что будущего у них нет. Он — герцог, а она всего лишь дочь бедного фермера. Она не может рассчитывать на большее, чем стать его любовницей. Не полагаться же на сказочку, рассказанную матерью, об их с Кевином якобы знатном происхождении. У нее нет никаких доказательств, что ее дед был отпрыском знатного рода. И, как бы она ни мечтала об ином, ее шансы на жизнь вместе с Джеком равнялись нулю. Мойра закрыла глаза — такую боль ей причиняли эти размышления.
— Мойра.
Она подняла веки и увидела, что Джек смотрит на нее.
— Ну что? Хочешь попить? Доктор говорит, ты скоро поправишься…
— Ты по-прежнему здесь.
Мойра кивнула. Настанет день, когда ее здесь не будет, но до тех пор она не отойдет от него. Она встала и налила в стакан воды из кувшина, подмешала щедрую порцию успокоительного и поднесла край стакана к губам Джека. Он жадно выпил воду и вскоре уснул. Мойра вернулась в кресло, положила голову на подлокотник и через несколько минут последовала его примеру.
  
Глава 14
 
Джек медленно выходил из забытья, разбуженный болью и солнечными лучами, но скорее все-таки болью. Когда глаза его привыкли к яркому свету, льющемуся в комнату через окно, он с радостью увидел, что Мойра рядом и крепко спит. Она его не покинула! Он положил руку ей на голову, ощутив под пальцами упругий шелк спутанных рыжих волос. Она здесь, в безопасности, и больше он ее от себя никуда не отпустит…
Скрипнула дверь, и Петтибоун просунул голову в комнату. Заметив, что Мойра спит, он на цыпочках подошел к постели.
— Вам что-нибудь нужно, милорд? Завтрак будет готов сию минуту. Ничего существенного, только легкая пища, доктор оставил строгие предписания.
Джек с трудом пошевелился и взглянул на Мойру, которая по-прежнему мирно спала.
— Сначала нужно позаботиться о Мойре. Она просидела возле меня всю ночь, и ее необходимо уложить в постель. Попозже вы дадите мне побольше обезболивающего, иначе, боюсь, боль станет непереносимой.
— Мне ее разбудить или вы предпочитаете сделать это сами?
— Я сам.
Он ласково погладил Мойру по щеке. Она вздохнула и, что-то пробормотав, прижалась щекой к его ладони. Джек легонько встряхнул Мойру за плечо, и она открыла глаза.
— Джек! Тебе что-нибудь нужно? — повторила она слова Петтибоуна.
— Мне нужно, чтобы ты легла в постель, — со слабой улыбкой ответил он. — Петтибоун присмотрит за мной. Ты просидела здесь всю ночь, и тебе необходимо отдохнуть. — Мойра собралась было изъявить протест, но Джек ее предупредил: — Нет, пожалуйста, не возражай. Я в порядке.
— Ладно, — неохотно согласилась она. — Но пусть меня разбудят, если я понадоблюсь.
— Разбужу, мисс Мойра. Даю слово. И Мойра подчинилась.
— А теперь, пожалуйста, лекарство, Петтибоун, — попросил Джек.
Как ни хотелось ему узнать поподробнее о бегстве Мойры, сейчас он был не в состоянии что-либо воспринимать.