Судьба Трайна (ЛП)
Чернис фыркнул и покачал головой.
— Все как всегда. Ты слишком одержим войной, Трайн. Так было, и так будет.
Ярость грозила взять верх и показать Чернису, что я за человек. Поэтому я остановился и закрыл глаза, вспоминая оранжевого паука-вдову, которого нарисовал этим утром. Круглое, ярко-оранжевое тело размером с мою голову, восемь невероятно длинных и волосатых ног, мерцающие желтые глаза, смотрящие сквозь меня, и настолько смертоносное жало, что малейший укол немедленно отправил бы взрослого зверя Варга в кому, из которой он никогда бы не очнулся. Пауки следовали инстинктам, которые не затуманивались эмоциями. Их смысл жизни состоял в поимке еды, размножение и убийстве, причем не обязательно в таком порядке. Я всегда восхищался ими.
Ярость утихла, позволив мне произнести следующие слова без вытянувшихся мешающих клыков:
— Речь не об одержимости, они действительно охотятся за нами, Чернис. Пришло время взглянуть фактам в лицо. Терранцы проверяли нас во время битвы на лугу. Они хотели посмотреть, с чем им придется столкнуться. До этого дня терранцам было известно лишь то, что Варги являлись монстрами с магической силой, которых нельзя убить.
— Согласен, — кивнул Солан, немного удивив меня поддержкой в данном вопросе. — Сиенна рассказывала, как терранские родители пугают своих детей, якобы Варги придут за ними, если они не будут слушаться. Чепуха несусветная.
Остальные четверо улыбнулись идиотизму такой угрозы:
— Варг никогда бы не причинил вред ребенку, даже терранскому — но я остался с каменным лицом. Ничто в нашем нынешнем положении меня не забавляло.
— Теперь они знают, что у нас нет никакой магической силы, — продолжал я. — А еще терранцы выяснили, что у нас нет оружия, которое могло бы сравниться с их огневой мощью. Значит, они считают, что мы полностью в их власти.
— Не будь смешным, — усмехнулся Чернис, и я невольно подумал, что мужчина протестует, так как эти слова произнес я, а не Солан. — Им не удалось ничего выяснить. Мы убили вдвое больше солдат по сравнению с нашими потерями, помнишь? Даже с их так называемой превосходящей огневой мощью.
Я окинул мужчину холодным, жестким взглядом, пока он не заерзал и не отвернулся. Ему нужно было знать, с кем он имел дело, но я не мог поставить его на место, как сделал бы это месяц назад. Солану не понравилось бы, если бы я растерзал его заместителя. Как бы это ни было неприятно, сейчас я должен был думать о таких последствиях.
— А если вспомнишь ты, то мы застали терранцев врасплох. Как бы то ни было, суть в том, что они теперь знают, как нас убить. И не забывай о том мерзавце терранце, который все это время шпионил за нами.
— А что с ним? — с усмешкой спросил Чернис.
— Позволь мне объяснить тебе как ребенку, чтобы ты точно все осознал, — прорычал я, желая прибить идиота. — Он провел разведку, доложив обо всем военным, начиная с того, как взаимодействует наше общество, и заканчивая опасностями, таящимися в лесу. Они подготовлены лучше, чем когда-либо. Если бы речь шла обо мне, то я бы уже разбил лагерь в деревне Холмов, ожидая своего часа, чтобы напасть.
Чернис вызывающе рассмеялся.
— Они не посмеют! Кроме того, смысл возвращаться? Все терранские женщины были превращены в Варгов, которые при попытке похищения разорвут любого на куски.
— Так Сиенна уничтожила шпиона во время битвы, — ухмыльнулся Солан, выпятив грудь от вполне заслуженной гордости за свою пару.
Мы оба побывали во множестве сражений, но я не был уверен, что кто-то из нас когда-либо видел такую кровавую смерть, как у этого человека.
— Им не нужны женщины, придурок, — огрызнулся я на Черниса. — Они жаждут заполучить всю планету, а мы единственное, кто стоит у них на пути. Если они уничтожат нас, то смогут делать все, что захотят.
Чернис открыл было рот, чтобы возразить, — как я и говорил, полный идиот — но в этот момент раздался более громкий спор. Двое мужчин кружили вокруг друг друга, выпуская мех, когти и клыки. Рядом стояла неспаренная женщина Долины, следя встревоженными глазами за двумя соперниками.
— Я же говорил, что она моя, подонок! — прорычал мужчина Холмов, Страбо, провоцируя мужчину Долины напасть на него.
Страбо всегда был смутьяном, даже когда был щенком. Он винил мою семью в своих неудачах и вымещал большую часть гнева на Марконе… пока я не вмешался и не избил его до полусмерти. После этого Страбо продолжил ненавидеть нас, но, по крайней мере, перестал приставать к моему младшему брату.
Когда я стал Альфой, Маркон советовал мне проявлять терпение к этому мужчине, так как у него была тяжелая жизнь в детстве, но это казалось слабым оправданием для плохого поведения в зрелом возрасте. Я уже сбился со счета, сколько раз бросал Страбо в изолятор за то, что тот выступал зачинщиком неприятностей. Даже сейчас, несмотря на то, что Маркон утверждал, будто Страбо изменился, он затеял драку из-за женщины.
— Она не выбрала тебя на празднестве, значит, ее можно забрать, ты, животное Холмов! — возразил другой мужчина.
При этих словах женщина пришла в ярость.
— Можно забрать?!
Да помогут нам Боги, но казалось, что вот-вот разразится драка. Краем глаза я заметил, как Маркон шагнул в сторону троицы. Только не в мое дежурство!
Ринувшись вперед, я толкнул обоих мужчин достаточно сильно, чтобы они упали на землю. Женщина отскочила, в ее глазах застыл ужас.
— Довольно! — взревел я, привлекая внимание всех присутствующих общины. Я подождал, пока все успокоятся, чтобы услышать мои слова. Они были обязаны их услышать. — Хватит препираться, хватит драться! Сейчас не время для ссор. Мы должны быть вместе, как братья и сестры. Позвольте прошлому исчезнуть, друзья, оставьте его там, где ему самое место. Сегодня наступил новый день в новом племени. Которое можно почитать так же, как некогда Великое Племя, пока два дурака не раскололи наше сообщество. Наши пра-пра-пра-правнуки будут писать песни о том, как мы спасли племя, народ, мир. Но только если мы действительно объединимся и примем друг друга как соплеменников, за которых готовы убивать и умирать.
Я оглядел толпу, выискивая конкретную личность. Когда я заметил, что она наблюдала за мной с удивленной улыбкой на лице, это придало мне смелости продолжить слащавую речь. Разговоры были против моей натуры, — я предпочитал действовать — но так как оба племени изменились, я решил, что мог бы попробовать применить другую тактику и поучиться у своих собратьев-Альф.
— Враг уже у наших дверей! Ранее они захватили многих наших сородичей, а сейчас, если мы не объединимся, победят и нас. Мы должны полагаться друг на друга, потому что очень скоро у нас не будет иного выбора, кроме как сделать это на поле боя.
Несколько женщин ахнули.
— Да, в данный момент мы наслаждаемся временем покоя, — я нахмурился, взглянув на Страбо и второго мужчину, которые в ответ поморщились, — если, конечно, не считать некоторых идиотов, нарушающих порядок. Но вы должны верить всем своим сердцем, что придет время, и вскоре наш мир будет разрушен насилием, которого вы никогда не видели. Наш враг не будет брать пленных и пытаться обратить нас в свою веру. Они убьют каждого. Ваших пар. Ваших щенков.
Снова вздохи, на этот раз к женщинам присоединились мужчины.
— Единственный способ выжить… выжить всему нашему виду — это работать вместе, чтобы победить врагов. Вместе мы сильнее, чем порознь. Значит, мы все должны научиться сражаться, включая храбрых женщин Варгов. Кто со мной?
Десятки взволнованных женщин захлопали в ладоши из-за моего внезапно изменившегося мнения, но мне хотелось большего. Мы все нуждались в большем.
— Кто со мной? — заорал я во всю глотку, сотрясая деревья в лесу.
Аплодисменты были оглушительными. Зеленые сойки взлетали с верхушек деревьев, а щенки закрыли ладонями уши от разразившегося шума. Я трижды вскинул кулак в воздух, и с каждым разом рев становился все громче. Даже Арлин закричала от восторга.