Gamemaster (СИ)

Начать решил со «Слабого тошнотворного зелья Хамелеона». В первый момент, увидев, что контуры моего тела расплываются, и сливаются с окружающим пространством, я даже обрадовался. Приятно осознавать, что ты пыжился не зря, и видеть прямой результат своих трудов. Но потом до меня моментально дошло, что тошнотворным это зелье, система обозвала совсем не просто так. Проблевался я так знатно, как не тошнило меня уже очень давно. Желудок выворачивало мучительными спазмами, так, что ноги начали дрожать. Весь обед и завтрак из меня вылетели, словно струя брандспойта пожарной машины. Причем, судя по всему, это были вчерашний завтрак и обед. Если не позавчерашний. Самое интересное, что вся эта феерия красок и запахов досталась внизу стоящему Ледащему. Тот от такого неуважения к собственно персоне взвыл, аки волчара позорный и стал лапами очищать скверну со своей изгаженной морды. Но, в итоге, добился он лишь того, что исполосовал всю морду собственными же когтями и оттяпал себе половину уха, сбив убывающий бар хп еще немного. А я, забыв про недавние эксперименты, с интересом смотрел вниз. Если бы взглядом можно было бы убивать, мой сосед, думаю, поставил бы рекорд по количеству вариантов умерщвления моей драгоценной тушки. А если бы он умел говорить, то наверняка обложил меня таким многоэтажным матом, что верхний этаж этой конструкции можно было бы наблюдать и за тысячу верст отсюда.
Но мой вольный или невольный «товарищ» говорить не умел, и визуальное убийство тоже пока не освоил. Он лишь буравил меня ненавидящим взглядом и скулил с такой тоской и негодованием, что у меня мороз по коже шел. Здоровье его, между тем, свалилось уже в оранжевую сорокапроцентную зону. 
Как говорил один известный сатирик «смеркалось!». Сумерки уже основательно и серьезно начали укутывать землю. Я, чтобы хоть как-то себя занять, я очистил инвентарь отвсякого мусора, который набивался туда из-за функции автоподбора. Здоровье босса, между тем, опустилось до двадцати процентов. Я понял, что больше не могу себе позволить тут сидеть, начал готовится к спуску вниз. Мне совсем не хотелось доводить до рукопашной наши с Ледащим взаимоотношения. В отличие от него, само собой. Но выбор у меня был невелик. Интуиция мне подсказывала, да даже не подсказывала, а натурально вопила о том, что дольше тут оставаться мне никак нельзя. А своей интуиции я привык доверять.
Заметив мои приготовления, РБ воспрянул духом. Он уже не рычал, как прежде, а скулил и метался вокруг скалы. Я даже думал пару раз, что он выйдет из зоны действия Шипов, и тогда капут. Но нет, обошлось. Когда его бар свалился до двадцатипроцентного порога, его тело покрыла кроваво-красная аура. Тоже явно не сулившая мне ничего хорошего. Но выбирать не приходится.
Я вынул три факела из инвентаря, которые там валялись еще с похода в пещеру Волчьей Пади. Запалил их от прогоревшего костра и сбросил два вниз, для лучшего освещения. Третий пока оставил в руке. Ледащий, на мой взгляд, даже дыхание затаил, в ожидании чуда. Боясь сглазить, наверное. Изготовился словить меня прямо на лету. Только я не такой остолоп, как ты полагаешь. Так я тебе в твои лапы и дался. На-ка, друг мой ситный, в морду факелом. Не нравится? Скулишь? Пока тварь сбивала пламя с занявшейся щетины на голове, я разбежался и прыгнул вниз, выставив чекан. Но РБ дернулся, и мой замысел немного не удался. Я планировал на лету врубиться клевцом под лопатку и распустить межреберную мышцу своим весом. Клевец скользнул по лопатке, разорвав на ней мышцы, но сильно не углубился. Я кубарем перелетел над спиной монстра и, перекатившись словно мячик, вскочил на ноги с той стороны. Семнадцать процентов. Ледащий, торжествующе взревев, рванул ко мне с такой скоростью, что даже взрыл задними лапами дерн и лесную подстилку. Я, в последний момент, успел уклониться в сторону, и, нырнув прямо под расставленные, словно для объятий, верхние конечности, сделал под левой подмышкой глубокий разрез лезвием своего оружия. Чад, запах горелого мяса, и брызги крови вновь полетели в разные стороны. А сразу следом разъяренный рев промахнувшегося существа. Двенадцать процентов.
Он уже не прет напролом. Иссушение и собственные физкультурные занятия основательно опорожнили его запас сил, и он элементарно устал. Но злоба его по отношению ко мне стала еще больше. Делаю вид, что хочу проскользнуть под его левой раненой рукой вновь, а сам кидаюсь вправо. Но он разгадал мой маневр и в полете меня встречает смертоносная гребенка его конечности. Страшный удар попадает в грудь и вышибает дух. Меня отбрасывает на стену утеса, и я, для полного букета, ударяюсь об него спиной. Лежу на земле, пытаясь прийти в себя. Только заметно подросший после экипировки нагрудника показатель физической защиты уберег меня от тяжких телесных. Но досталось все равно прилично. Я хватаю губами воздух, пытаясь нормализовать дыхание. А РБ уже не торопится. Он видел, что достал меня, и подходит не спеша, давая разглядеть свой темный, не сулящий ничего хорошего, силуэт на фоне полоски закатного неба. 
Когда он подошел ко мне и замахнулся, чтобы покончить с жалкой букашкой, что отравляла его жизнь последние несколько часов, я поднял пельту и поджал ноги, полностью спрятав свое тело за щитом. Какое счастье, что у меня именно лунный щит, а не какая-нибудь каплевидная хрень. Я, мать его, черепаха Тортилла. Монстр не может понять, куда я делся и начинает наносить хаотические удары прямо в щит. Он чудовищно силен. Мое здоровье стремительно падает, оно уже в желтой зоне. А ведь это жалкие крохи, оставшиеся от заблокированного щитом урона. Левая, щитоносная рука, едва удерживает удары. И в этот момент я вижу его огромную, поросшую серой шерстью, стопу совсем рядом со своей рукой, все еще сжимающей чекан. Из этого положения не нанести серьезного замаха, и я делаю даже не удар – разрез. Но мой добрый Крушитель уверенно подрубает какую-то связку на уродливой ноге и та подгибается. Совсем чуть-чуть, но этого довольно. РБ, в этот момент сделавший широкий замах для сильного удара, теряет точку опоры весте с равновесием и неловко валится. Это мой последний шанс и я вскакиваю, как подброшенный. Ледащий пытается меня схватить из лежачего положения, но я пропускаю его конечности мимо себя. И делаю широкий, от души выпад, траектория которого заканчивается прямо в грудной клетке чудища. Уже привычный звук щипения горящей плоти и закипающей в ране крови. Девять процентов! Удар по выставленной конечности срубает кисть. Шесть! Мощный, словно я рублю дрова, удар в брюшную полость. Два процента. Монстр размахивает своими конечностями в последней попытке достать своего мучителя, но я уже замахнулся и опускаю лезвие на толстый череп. Раздается влажное «хруп», и чекан застревает в ране, вскипятив твари мозги. На баре Ледащего ноль, монстр хрипит и сучит лапами. Я отхожу и пережидаю агонию, оставив топор в черепе. Не хватало еще тут глупую рану после всего получить. Ждать, впрочем, недолго. 
Вы убили Порабощенного Тьмой Ледащего (10 ур. Рейд Босс, модификатор здоровья х5, сила атаки х5) 
Получено очков опыта: 
18.000 (+50% опыта от благословления богини Мокоши) 
Получен седьмой уровень! 
До следующего уровня очков опыта: 14.593 
Получено очков характеристик: 4 
Получено очков навыков: 1 
Желаете изучить новые навыки? 
Поскольку Вами в одиночку убит Рейд Босс, вы получаете достижение «Титан» 1 ур. 
Урон по Рейд Боссам увеличен на 5%, защита от атак Рейд Боссов повышена на 5% 
Внимание: обновлено задание «Лесной Дух» 
Вернетесь в Лешему и расскажите, что Порабощенный Ледащий уничтожен. 
Еще во время схватки я обратил внимание на то, что мое просевшее здоровье почти полностью восстановилось. Видимо я его отвампирил, пока добивал Ледащего в конце. Неплохо так, больше трети бара здоровья заполнил всего за несколько секунд. Кстати, неудивительно, при моем уроне, помноженном на Иссушение, 11% из которого, после каждого удара возвращается мне назад. Хрен я этот наплечник сниму. Ну, а упавший левелап, восстановил оставшееся. Новый уровень не вызывает во мне почти никаких эмоций, я лишь автоматически вновь вкладываю характеристики в ловкость. И тут же об этом забываю. Смутное беспокойство, донимавшее меня прежде, сейчас со скоростью горного потока, вспухшего после бурных дождей, перерастает в основательную такую тревогу. Собираю, не глядя, трофеи, и зачем-то подбираю отрубленную в конце конечность монстра. Поднимаю потухший факел, но зажигать его не спешу. Что-то мне подсказывает, что делать этого не стоит. В вещах у землянки роюсь на скорую руку – нет времени, да и нет там ничего такого, что бы привлекло мое внимание, а таскать горы хлама на себе сейчас мне не с руки, нет столько свободной переноски и идти прилично.