Варщик (СИ)

В тот день мне приказали сделать зелье для брата. Мог ли я отказаться? Разумеется, нет. Я выполнял не просто работу. А они были не просто заказчиками.
Ворон следил за моими движениями, но ничего не понимал. Я проверил его. Перелил кислоту из одной колбы в другую, добавил краситель, а после обесцветил солью. Человек разбирающийся в зельях посмотрел бы на меня, как на идиота. Ворон и ухом не повел. Хорошо. Затем я приготовил основу. Перемешал ингредиенты особенно тщательно. Что будет, если я откажусь? Ответ пришёл быстро… Смерть. Их руки запачканы кровь. Мне ли не знать? С моей помощью они похищали людей.
Люди на фотографиях исчезали. Исчезали навсегда. Я делал рецепт, а через пару дней в сети появлялась информация пост о пропавшем человеке. Первое время я чувствовал вину, но затем успокоился. Если откажусь я, на моё место придёт другой. Так я себя оправдывал.
Я сделал основу и добавил ключевые компоненты. Оставалось примешать ингредиенты с координатами. Идея возникла в последнюю секунду. Вместо одной щепотки порошка я добавил четыре, тем самым закольцевав погружение. Если брат выпьет зелье, то совершит путешествие в их мир, но без выхода на конечной остановке. Промчится мимо, будто турист на автобусе, и вернётся домой.
— Вот! — закрыв зелье пробкой, я протянул его ворону.
— Молодец! — ворон взял колбу, сунул в карман и ушёл.
Закрылись двери лифта, кабина поехала вниз. Не теряя времени, я взял телефон.
— Зря ты мне позвонил, — сказал брат, подняв трубку.
— Почему?! — удивился я, но продолжил, не дожидаясь ответа. — Послушай, я должен тебе кое-что рассказать! Прозвучит странно, но… Ты в опасности, брат!
— Я знаю.
— Знаешь?!
— Они принесли мою фотографию?
— Да…, - я открыл рот и потерял дар речи. Мы никогда не разговаривали ни о них, ни о фотографиях. — Ты знал, чем я занимаюсь?
— Зря ты мне позвонил, брат.
— Слушай, я ни черта не понимаю, но у них не выйдет тебя погрузить. Я изменил рецепт…
— Не поможет.
— Почему?!
— Я уже труп. А вот ты… Зелье — это проверка.
— Проверка?! Проверка кого?
— Тебя.
— Но…
— Поддельное зелье — это первое подтверждение твоей неблагонадёжности. Этот звонок — второе. Входная дверь закрыта?
— Что?
— Входная дверь в квартиру закрыта?
— Я не…
— Закрой прямо сейчас!
— Ты знаешь, куда они погружают людей? — спросил, поворачивая замок.
— Это не просто объяснить. Да и времени нету. Тебе нужно уходить.
— Куда?
— Сделай зелье и выпей. Попробуй спрятаться там. Но будь осторожен. Они придут.
— Я ничего не понимаю…
В дверь позвонили.
— Поспеши, брат.
— Нам нужно поговорить! — крикнул я в трубку, забегая в лабораторию.
— Не получится. Прости.
Я не нашёл слов. Голову завалил мусор, руки в спешке доставали их холодильника остатки ингредиентов. Они всегда приносили составляющие с запасом, но никогда не забирали остатки. За два года скопилось достаточно. К счастью, большинство ингредиентов не портились.
— Что ты будешь делать? — я включил телефон на громкую и положил на стол.
Высыпал жменю порошка для основы, добавил воды, поставил емкость для выпаривания на огонь. Дверной звонок вовсю трещал. Прибавились стук и крики. По неосторожности я сбил колбу с кислотой. Разлетелись осколки. Ядовитое облачко понялось в воздух и ударило в нос едким запахом.
— Прощай, брат…
Телефон булькнул. На экране высветилась надпись о законченном вызове. Я не успел ничего сказать и содрогнулся всем телом, когда из прихожей прилетели звуки ударов. Они колотили в дверь. Сотрясались стены, отчего осыпалась штукатурка.
Дверь подарила пять минут. Времени хватило. Я снял с огня почти готовый рецепт, остудил в воде и добавил щепотку, чтобы определить координаты перемещения. Последний штрих — настой для смягчения погружения.
Слышу в прихожей звук рвущегося металла, на пол падают железяки. Топот ног. На стене в коридоре появляется тень, но я сделал уже четыре глотка. Теряю управление. Тело сползает на пол рядом с почерневшей лужицей от пролитой кислоты. Меня вырывает наружу, будто в аттракционе, где тобой выстреливают в небо. Перед глазами мелькают кадры. То ли пейзажи, то ли бессмысленные абстракции. Затем изнурительная и сводящая с ума дорога за пределами бытия. Лучик света. Подвал с рингом. Орущий толстяк Дубль…
… … …
Дубль узнал о выигрыше, прежде чем я кому-либо рассказал. Не удивительно. Совладелец Болотной лиги плотно работал с букмекерами. Выигрыши с коэффициентом в пятьсот не остаются незамеченными. Тем более от участника.
Утром следующего дня меня позвал тренер. Я старался идти ровно и не хромать, но материя выжала досуха. Поход от кровати до двери стоил всех сил.
Прошла неделя после нашей встречи. В этот раз Дубль смотрел на меня с уважением. Его громадное тело, будто пробка или засор, заслоняло свет в коридоре. Он глубоко дышал. Лоб покрылся капельками пота.
Четыре подбородка синхронно тряслись и раскачивались. Дубль спросил у меня про бой. Говнюку хватило наглости вести себя, как ни в чем не бывало. И даже наоборот. Он выглядел снисходительным и строил из себя добрячка.
Никто не вправе перекладывать долги со ставок на участника, если бой не был подставным. Если подставной — тогда аннулируются все ставки, а деньги возвращаются. В приступе злости, Дубль переложил ответственность на пацана. Он хотел превратить меня в раба Болотной лиги или скормить Томагавку, чтобы хайпануть на убийстве мальчишки.
Материя за полуметровым слоем жива трепеталась, выдавая его волнение. Он пришёл, чтобы получить свои деньги и боялся, как бы я чего не выкинул. А выкинуть я мог. Шустрик сделал ставку у независимого букмекера. Тот давал меньшие коэффициенты, но гарантировал выплаты и работал напрямую с болотниками. Своего букмекера Дубль бы прижал, закрыл выплаты по моей ставке и нашёл бы способ забрать выигрыш себе, но с независимым пришлось считаться.
Толстяк боялся, что я оспорю долг. Я мог это сделать. Пацаны посоветовали обратиться к Решале. За половину сумму он бы уладил вопрос и оставил Дубля ни с чем. Вот почему толстяк приперся на следующее утро после боя. Хотел закрыть вопрос по-быстрому.
— Зрители в шоке! — Дубль улыбнулся. — Тренер, мы должны наградить парня за старания. Два раунда против Томагавка, это как шесть раундов против любого другого противника. Сделай, как надо!
— Понял, — Тренер кивнул и пошатнулся. В ближайшее время трезветь он не собирался. Праздновал самую успешную ставку в своей жизни.
Я достал из кармана талон. Толстяк улыбнулся и протянул пухлую ручонку.
— Ты же знаешь, что я могу оставить тебя ни с чем? — я одёрнул руку, прежде чем Дубль взял чек.
— Слушай, парень, мы же все понимаем…
— В расчёте? — перебил я.
— Конечно!
— Пока! — Я положил талон Дублю на пузо и вернулся в аквариум.
… … …
Десять тысяч — это больше деньги. Я продумал парочку вариантов, как оставить всю сумму себе, и ещё один как остаться с половиной. Некоторые из них были довольно опасными, но вариант с Решалой — простой и надёжный. Потянуть время с Дублем, выйти в город и найти Решалу. Дело сделано. Решала уладит вопрос с Дублем и покажет мне расписку. Я отдаю ему пять тысяч, а другие пять — забираю себе.
И все же я не стал этого делать. Деньги — это хорошо. Насолить засранцу Дублю — ещё лучше. Но важнее остаться в тени. Они ищут меня, а аквариум служит неплохим укрытием. К тому же здесь я могу тренироваться и развивать характеристики. Они — это не просто кучка людей. Они наладили путь перемещения людей из одного мира в другой. Они сильны и беспощадны. Если бы я вступил в борьбу с Дублем, поднялся бы лишний шум. Да и Решала — это лишние уши. Он мог растрепать другим, а круг его знакомств, судя по всему, немаленький.
Их люди вбежали в лабораторию за пару секунд до погружения. Они знают, что я здесь. Услышат про неизвестного пацана, который бодается с совладельцем Болотной лиги, и придут познакомиться. Так рисковать нельзя.