Варщик (СИ)

— Процесс производства контролирует не только человек, но и электроника, — Варёный показал пальцем в железную коробку с парой светящихся зелёных лампочек. — Система не позволяет выпустить брак.
Разговор ушёл в другую плоскость. Вместо того, чтобы посмотреть на товар, который мы привезли, Варёный решил провести экскурсию. Втирал про системы контроля, ограничители и сепарацию.
Модуль контроля качества в режиме онлайн отслеживал состав продукта, а автоматические клапаны сбрасывали брак в хвосты, если такое случалось. Он водил нас по этажам, показывал чаны, приборы с давлением и мешалки.
Питон спросил — каким боком нас должна заинтересовать вся эта мудрёная хрень. Варёный отмахнулся, уверил, что скоро мы всё поймём, и повёл нас к следующему производственному переделу.
Отчасти экскурсия была познавательной. Я приблизительно понял процесс выделения полезных веществ из природных компонентов и понаблюдал за формированием цельных химических единиц. К сожалению, я понял далеко не всё. Работа с составными компонентами отличалась от производства ингредиентов. В некоторых ёмкостях я различал знакомые цвета, видел, как они образуются, но не мог спуститься на ступеньку ниже.
Составляющие, из которых производились ингредиенты, представлялись зашифрованным компьютерным кодом. Меня посетила мысль. Если изучить и эту часть, то вторичная характеристика алхимии, станет ещё сильнее. Влияние препарата можно будет регулировать не только пропорциями и слойностью, но и с помощью выделения из готовых ингредиентов отдельных полезных или наоборот — вредных составляющих. Интересно, но… Какого хрена?! Что мы здесь делаем?! Почему мы ходим и слушаем этого засранца?! Замени бракованное дерьмо на нормальный компонент, и мы поедем домой!
Питон понял в чем дело, а я догадался по его бешенному взгляду. Варёный тянул время. Водил нас по этажам и без умолку трещал. Наш приезд стал для химика сюрпризом. Болтовнёй он возмещал недостающее время.
— И последний этаж! — гордо заявил Варёный, выходя из лифта. — Главная операторская и пульты управления подачей. Отсюда я курирую общий процесс. Поворачиваю вот эти краны, — Варёный показал на ряд из пятнадцати кранов, встроенных в трубы. — С их помощью подаю нужное количество реагентов и вспомогательных веществ для создания ингредиентов. В цеху работают восемь основных линий непрерывного производства и три составных. Каждая основная отвечает за создание основополагающих ингредиентов, в том числе тех, что используются для приготовления гербухи. Три составных — моя гордость. На них мы получаем супер-ингредиенты — это комбинация основных с примесью редких минералов.
— Хватит нам в уши ссать! — Питон оттеснил меня рукой и приблизился к Варёному.
— Вот! — перебил химик Питона и показал пальцем на стол. — Образцы с каждой линии!
— Заткнись, Варёный! Нам нужен товар! Завязывай…
— Восемь ингредиентов с основных линий, — Варёный очертил рукой в воздухе пластиковые контейнеры литрового объёма. — И три супер-ингредиента. Но на них у вас не хватит кредитов. Оранжевый используют, как скрепитель, для создания ядер, а два других покупают дозированно сильнейшие алхимики в городе.
— Ну всё, сука, достал!
Питон рванул к Варёному, но дорогу преградил солдат с зализанной на бок чёлкой. Положил руку на перила и набычился. Питон думал не больше полсекунды. Положил свою руку рядом с рукой стиляги и надавил. Железная конструкция прогнулась и увлекла вместе с собой бойца. Неправильно расположенный вес тела сделал своё дело. Зализанный опустился на колено, Питон переступил через него и пошёл дальше.
— Не стоит! — рука лысого легла на плечо. — Выдохни и успокойся!
У Главной операторской воцарилась тишина. Я нащупал в кармане ствол. Пушка могла навредить одарённому, будь в ней ядра, а так… Если начнётся замес, для меня всё закончится быстро…
Питон выворачивает сопернику кисть и склоняет к полу. Добавляет кулаком в грудь. Удар с левой — будто отметина от пресса. Лысого вбивает в железную решетку. Летит третий. Он отодвинул Варёного за спину, оттолкнулся от пола и пикирует с выставленным кулаком. Питон пропускает удар в лицо. Он мощный. От него в стороны летят слюни, а кожу растягивает, будто от шлепка ладонью по воде. Томагавк не выдержал бы такой удар, я — подавно.
Питона швыряет на зализанного, но реакция и скорость — запредельные. Ещё в падении он хватает атакующего за руку и разворачивает спиной к земле. Я отскочил назад, чтобы не попасть в кучу-малу троих одарённых. Выхватил пистолет, но его никто не заметил. Выстрел привлёк бы внимание, но чем стрелять?
Все трое вскакивают на ноги. Питон справляется. Удары отрывают от него куски. Не в прямом смысле, но вышибают дурь и требуют время на оправку. От одной пятой до одной третьей секунды. В драке мельтешащих кулаков это довольно долго. Часть ударов — обычные, а некоторые — усиленные. Усиленные почти не рассмотреть. Они сопровождаются особым шумом. Питон блокирует их теми же странными движениями. Создаёт невидимую кашу, в которой кулаки замедляются.
Лица солдат сочатся кровью. Они шатаются. Питон — отбивная. Раскачивается и мажет, но рубится, не желая проигрывать. Он хватает зализанного обеими руками за шею и боковым рывком меняется с ним местами. Пинок ногой в грудь, и оба солдата падают на решётку. Он победил? Нет. Впереди вырастает лысый. Питон ржёт и показывает окровавленный фак. Зазывает подойти и рычит, будто бешеный зверь… Он загнан в угол и ему нечего терять… Он оскаливается, надеясь сломать лысому пару конечностей и выдавить глаз, прежде чем остановится сердце…
Слышу скрип двери. Внизу мелькают тени. Питон бросается на лысого, но шансов у него нет. Зализанный и ещё один уже на ногах, они отдохнули и готовы сражаться. Питон сделал пару ударов, когда в метре от него приземлился мужик в камуфляже, позади — ещё один. Подоспело подкрепление…
— СТОЙТЕ!
— Заткнись, пацан! — рявкнул Варёный, глядя на обессиленного Питона. — Слишком много вы на себя взяли, говнюки!
— Что с психом делаем? — мужик в камуфляже посмотрел на химика.
— В расход его!
Варёный машет рукой, камуфляжные наступают. Я долблю пушкой о железную трубу и ору во всё горло:
— СТОЯТЬ!
Никто из собравшихся на верхнем этаже не понял, что мой крик — это не призыв к жалости и не крик отчаяния. Только Варёный, пошевелив бровями, потихоньку догонял. Я угрожал им…
Ствол смотрел в никуда, хотя иногда я поправлял мушку, чтобы держать Варёного. Левой рукой целиться — сложно. Особенно, если ты делаешь это в первый раз. Но правая занята. На ней лежит вся ответственность. Она держит вентиль. Плечо задрано к верху, кисть изогнута, локоть смотрит вниз. Мне хватит мига, чтобы крутануть его от души. Металл хорошо смазан, поэтому запорный клапан откроет проход мгновенно.
— Ты чего, парень?! — Варёный попробовал улыбнуться. — Это же просто вентиль!
— А чего ты тогда так обделался?!
— Не люблю, когда трогают то, что принадлежит мне!
— Малой! Если эта говёная железяка способна взорвать тут всё! То крути, не задумываясь! Мудилы из Псарни нас не отпустят! — Питон ржёт и пробует на вкус кровь, что стекает по губе.
— Смешно! — Варёный вытер пот со лба. — Отойди!
— Оборотная техническая вода, не так ли? — я смотрю Варёному в глаза и вижу по реакции, что я прав. — Фабрике нужны большие объёмы, а доступ ограничен. Иногда ты добавляешь воду, которая уже ушла в отстойник. В определённых объёмах это безопасно. Процент возврата вымытых примесей не повлияет на конечные ингредиенты слишком сильно. Отличное решение! Зачем тратить лишнюю воду… Но, что будет если в процесс попадёт много такой воды?
— Ты несёшь чушь, парень!
— Будет БРАК! — крикнул я и махнул пушкой. Варёный дёрнулся, а я улыбнулся. — Забраковать один контейнер — ерунда, но забраковать все линии… Ты работаешь в долг?
— Что?!
— Сомневаюсь, что такой большой бизнес работает только на свои деньги. Небось привык к перезачетам с поставщиками и заказчиками. Авансов много набрал?!