Власть во власти Власти

- Кстати, Волос, мы так и не решили вопрос с датировкой нашей миссии, - вспомнил Ра. - Таруса сказала, что надо хотя бы учесть её возраст - 52 года. Но мы же прекрасно понимаем, что историю, в том числе и ту, которую мы будем генерировать для людей, нельзя начинать с такой даты. Представляешь, с начала времён идёт всего лишь 53-й год?! Да, любой человек скажет, что мой отец и дед, даже они, помнят, что было до этого! А до «этого», как мы знаем, ничего и не было. Даже мы на «Алатыре» проснулись всего семь дней тому назад.
- Я согласен с тобой, Ра, - ответил командир корабля. - Думаю, можно прибавить сто лет или тысячу, две, три... Какие будут предложения?
- Если прибавим сто лет или двести и получим трёхзначную дату, то никто не сможет ощутить глубины истории, - затараторила Таруса. - В этом случае четырёхзначные цифры лучше. Есть тысячи лет, которые, вроде бы, цивилизация развивалась. А если прибавить десять тысяч лет или больше, то возникнут подозрения: получается, что цивилизация развивалась очень медленно или даже вообще не развивалась. Встанет вопрос: почему?
- Хорошо. Сколько ты предлагаешь прибавить? - спросил Волос.
- Тысячу лет мало, три - много. Две. Прибавим две тысячи лет. Или даже лучше не полные две тысячи, а тысячу девятьсот, чтобы казалось, что идёт завершение второго тысячелетия. Этих лет достаточно и для того, чтобы сформировались народные традиции, и для того, чтобы народы разбежались по лику планеты, - пояснила Таруса.
- Так и будет, - подтвердила Мокошь. - Я посмотрела будущее. Оно уже сверсталось вослед тех слов.
которые озвучила Таруса. Мы уже живём в 1953-м году. Всё. Это - реальное начало планеты Земля и всего, что на ней есть. Поздравляю! Люди будут считать, опираясь на вложенную в них память, что идёт 1953-й год.
- Все варианты истории Земли сформированы с опорной датой «1953-й год», - доложила Матерь Сва. - Создано шестьдесят четыре варианта исторической процедуры - по тридцать два варианта каждого вида: с засыпанием красавицы и с заточением красавицы в бочку. В каждый вариант введена соответствующая народная окраска, адаптированы топонимы и имена героев, учтены особенности языка и культуры. Готовые варианты отправлены на Солнце. Ожидаемое время окончания загрузки выработанной версии истории чуть более восьми минут.
- Хорошо. Будущее сформировано. История создана и помещена в людей. Закрываем заседание, - произнёс Волос, выслушав синхронный доклад Матери Сва.
Все потянулись к выходу, а командир остался сидеть на своём прежнем месте. Пока Таруса разъясняла то, как надо подгонять вымышленные датировки под психологию человека, Волос поймал себя на мысли, что с ними, властелинами, никто так церемониться не стал. На «Алатыре» не оказалось ни одного упоминания какой-либо даты, которую можно было бы связать с началом их межгалактической миссии. Поэтому даже он, командир корабля, так и не узнал, когда начался их полёт и на какой стадии этого полёта пришлось его прервать и высадиться на Землю. Это было очень странным...
* * *
...Кома Посоорву тоже задумался над ситуацией: «Таруса оказалась права. Датировки процессов имеют значение. Прежде всего для тех, кто участвует в этом процессе в качестве элемента процесса. Поэтому люди это участники процесса под условным названием "Цивилизация планеты Земля". Вот властелины дали им историю и датировку исторических событий. Пусть даже вымышленную и полностью недостоверную. Но теперь люди смогут ориентироваться в этой исторической сетке, и такой ориентации им для их жизни будет достаточно».
«Что же касается властелинов, - продолжил рассуждать Кома Посоорву, - то тут я с Волосом согласен: упустил я этот момент. Не догадался до введения дат на "Алатыре". Хотя одну цифру Таруса всё-таки выцепила ей якобы пятьдесят два года. Да, может быть, и столько. Но это не земные годы. Как удивилась бы Таруса, если бы узнала, сколько составляют её "пятьдесят два года" в земных годах!»
 
Кома Посоорву мысленно улыбнулся. Его веселила ситуация. Пятьдесят второй раз проходя эту Игру, он уже и «руку» набил, и «глаз» наметал... И вдруг улыбка на его мысленном «лице» сменилась задумчивостью: «А ведь и я не знаю, сколько мне лет. Ни в земных годах, ни в летоисчислении властелинов...»
«Хорошо хоть после предыдущих сеансов Игры я не всё с планеты Земля удалял - остались какие-то постройки, здания, сооружения, мелкие вещи, кости всяких животных и некоторое другое. Надо бы мне заняться и поисследовать эти остатки, может, из них я смогу почерпнуть данные и о своём возрасте!» - мысленно вздохнул Кома Посоорву, получив себе ещё одну неразрешимую загадку...
Капустные Миры
Владимир счёл, что Виор просто не воспринимает всерьёз его слова о Серой Уточке и её роли в формировании Земли. Поэтому он надулся, немного помолчал и выдал:
- А как думаете вы? Как, по-вашему, появилась Земля? Как устроен окружающий мир? Я-то всё это видел. Сам... Но мне интересно узнать и вашу точку зрения.
После этих слов Владимир ухмыльнулся и надменно приготовился внимать.
- Мир устроен очень просто, - пожал плечами Виор. - Примерно так, как кочан капусты. Множество листов, вложенных один в другой, а в центре - кочерыжка.
Виор поднял руку и провёл ею в воздухе, там материализовался кочан капусты. Виор взял его и протянул Владимиру, который в запале решительно отказался от овоща. Он отодвинул кочан ладонью вбок и упрямо наклонил голову.
- И где же в этой схеме Земля? - недоверчиво произнёс Владимир, пока ничего не соображая по поводу только что состоявшейся материализации мысли.
Его идущее по инерции сознание не смогло своевременно зацепиться за неожиданный важнейший образ. Владимир полностью погрузился в спор. И только на дальних границах его мозжечка слабыми синими искорками нейроны принялись возбуждать свой интерес и обсуждать удивление.
- Земля - гиперболическая поверхность, - пояснил Виор.
- Не круглая? - уже с меньшим энтузиазмом задал вопрос Владимир.
Он вдруг чётко осознал, что его это уже не интересует, а то, что ему действительно сейчас интересно, так это...
- Нет! - жёстко произнёс Виор, и Владимиру показалось, что он ответил ему на незаданный ещё вопрос, который теперь задавать уже и не следовало. - Земля похожа на капустный лист. Вся планета - это один слой капустной обёртки. Он состоит из нескольких листов.
- Это материки? - с новым энтузиазмом включился в разговор Владимир, а синие искорки подозрительных нейронов сменились красными, чем переключили внимание Владимира с чуть, было, не пойманной материализации на пока ещё едва ощутимое чтение мыслей.
- Нет! - снова жёстко произнёс Виор, и Владимиру опять показалось, что он ответил на незаданный ещё вопрос. - Это тектонические плиты. Каждый лист-плита заходит под другой, соседний. А вместе они слагают один общий слой.
Владимиру вдруг стало всё глубоко не интересно.
- А мы, люди, где?
- Мы находимся на внутренней стороне такого листа. Как капли росы собираются на его поверхности.
- И что, лист Земли такой же тонкий?
- Да. Земля - это тонкая оболочка. Под нами другой мир. И над нами другой мир, - Виор поднял руку вверх и провёл ею по небу; оно расступилось, и в каком-то сказочном мареве проявилась некая многоэтажная структура, уходящая, как в зеркале, далеко вглубь пространства.
 
- А как это «над нами другой мир»? - мечтательно переспросил Владимир, мозг которого в очередной раз предательски не желал цепляться за то, что действительно представляло информационную ценность.
- Мы смотрим вверх и видим тыльную сторону следующего листа, следующей Земли. Если пройти сквозь эту следующую Землю, то там окажется ещё одна Земля. И так далее - до бесконечности.