Лунный камень (СИ)

Какое-то время мы с ней смотрели друг на друга: её длинные чёрные с сединой волосы прядями спадали до самого пояса, выбиваясь густыми смоляными локонами из-под платка; на вид ей было лет сорок, может чуть больше.
— Дай мне свою руку, — попросила она после нескольких минут молчаливого рассматривания. — Я погадаю тебе за просто так, мне не нужны деньги.
Я протянула ладонь цыганке и та стала водить по ней своими пальцами, словно читала её как книгу. Лицо её было в тот момент очень сосредоточено, и мне даже стало немного страшно, почему она так внимательно и долго изучает мою кисть.
— Ты будешь счастлива, — наконец сказала она мне. — Не так, как остальные, но счастлива, правда.
Я не понимала, что значат её слова, мне захотелось поскорее уйти, но цыганка продолжала держать мою руку.
— Я вижу тебя в окружении большого количества людей, они все приветствуют тебя.
— Отпустите меня, пожалуйста, — попросила я, пытаясь отнять ладонь из цепкой хватки цыганки. — Мне надо домой.
— Ты не скоро попадёшь домой, — сказала женщина, глядя мне в глаза своими чёрными очами.
Мне стало жутко, я выдернула ладонь из её рук и бросилась бежать прочь, в порт, стараясь не оглядываться на бегу. За спиной мне по-прежнему слышались слова цыганки: «Ты не скоро попадёшь домой». Корабль к тому времени уже успел отчалить от пристани, но я не стала останавливаться, чтобы посмотреть на его плавание, я хотела скорее попасть домой. Оказавшись в родном городке, я как раз успела встретить свою маму. Она так и не смогла получить работу сиделки. Я не стала говорить никому о случае с цыганкой, и весь день ходила сама не своя. Мама, хоть и была немного опечалена тем, что не смогла получить работу, о которой так мечтала, заметила, что я выгляжу уныло, и спросила, что случилось и кто меня так напугал. Я наплела ей что-то, что расстроилась из-за соседских детей, которые не хотели со мной поиграть, хотя на самом деле это было вовсе не так — ребята приглашали меня поиграть в войнушку, но я сама отказалась. Ночью мне снились кошмары, будто я снова встречаюсь с той цыганкой, и она запугивает меня. Однако главный сюрприз ждал меня утром.
— Вчера немецкие бомбардировщики атаковали корабль, вышедший из Картахены, — сообщила мне мама, когда я собиралась после завтрака пойти поиграть во дворе. — Будь осторожна, пожалуйста.
Я сразу же поняла, что цыганка пыталась предупредить моряков и их родных об опасности, что они погибнут, но никто ей не поверил, напротив, женщину высмеяли и прогнали. Если она предугадала гибель экипажа торговой шхуны, значит, она не ошиблась и в предсказании для меня? Но ведь я была дома, а цыганка сказала, что я не скоро попаду домой? Я долго не могла понять, что именно имела в виду цыганка. Только теперь, по прошествии стольких лет, я поняла смысл предсказания Флоренс. Мой дом — это вовсе не Валье де Эскомбрерас, мой дом — Зимерия. Здесь я чувствую себя по-настоящему свободной и любимой, это совсем другие ощущения, чем там, в мире заводов, фабрик и ядерного оружия.
Вадим и Настя понимающе кивнули, они прекрасно знали, какая огромная разница между миром Зимерии и суровым миром безжалостных и равнодушных людей, которыми движет лишь жажда власти и наживы.
— Что самое грустное в этой истории, так это то, что на том корабле в плавание отправились отцы многих детей, с которыми я хорошо была знакома и с кем сильно дружила, с соседскими ребятами. Мне было жалко их, я сразу вспоминала ту гадалку, что знала о бомбардировке корабля, вернее, об опасности, нависшим над ним.
Трофер подбросил ещё дровишек в огонь и попросил друзей:
— Расскажите нам что-нибудь о вашем мире. Мы совсем ничего не знаем о нём. Чем он отличается от нашего?
Вадим и Настя стали рассказывать о жизни крупного мегаполиса, в котором они жили. Дастида и её друг внимательно слушали рассказ своих друзей. Соланж иногда делала кое-какие правки и замечания относительно жизни в других странах, в которых ей пришлось побывать за почти семьдесят лет странствий по Земле. Дети рассказали ребятам-сельтам о самых глобальных и решающих в своё время событиях на своей родной планете, о самых значимых достижениях в разных областях, о науке и искусстве.
— Как вы только со всем этим находите время на что-то ещё? — удивилась Дастида. — Так много всяких вещей…
— Вы себе представить не можете, как это порой надоедает, — призналась Настя. — Зимерия по сравнению с нашим миром — просто рай.
За разговорами собравшиеся перед костром не заметили, как наступила полночь. Огромный лунный шар висел над океаном, ярко освещая тёмные воды. Соланж предложила:
— Давайте-ка немного понаблюдаем, что будет там, на горизонте. Сейчас как раз самое время для вспышек над островом.
— Откуда ты знаешь? — спросил Трофер старшую девушку.
— Просто чувствую, — ответила принцесса магии.
Дети и волшебница встали от костра и подошли поближе к краю обрыва, под которым шумели волны Невермора. Было довольно тихо, не считая всплесков океана. Вдали всё так же было темно и мрачновато, не виднелось никаких вспышек, о которых говорили корабельщики из Предневерморья, располагавшегося вдоль по склону оврага в двух сутках ходьбы от сельтского побережья.
— Пока всё тихо, — шёпотом сказала Дастида, стараясь разглядеть хоть что-нибудь на горизонте, где была едва различима граница между водой и небом.
Настя широко зевнула, прикрыв рот ладонью.
— Вы устали? — обернулась к детям принцесса. — Если хотите спать, ложитесь у костра, а как начнётся что-нибудь интересное, я вас обязательно разбужу.
— Нет, мы вовсе не хотим спать, — стали уверять принцессу дети, хотя на самом деле порядком утомились.
— Как знаете, — согласилась Соланж. — Но учтите, возможно, что ждать придётся ещё долго.
Едва Соланж успела закончить фразу, как Дастида, которая стояла лицом к океану закричала:
— Смотрите скорее! Луна горит!
Ребята и девушка уставились на лунный шар, от которого стал отходить яркий пучок света, так напугавший Дастиду. Луч оторвался и быстро поплыл через тёмное небо вниз, скрывшись где-то за горизонтом, в районе острова Арсло, как предположили дети и принцесса.
— Что это такое было? — дети стали приставать с расспросами к принцессе.
— Это какие-то сигналы, — предположила девушка. — Смотрите, ещё один!
От Луны стал отходить ещё один луч, на этот раз гораздо более мощный и яркий, с красноватым оттенком. Скрывшись на горизонте, как и его предшественник, пучок света какое-то время оставлял на линии океана слабое красноватое свечение, словно зарево от пожара.
— Я уверена, это именно на острове, — поделилась соображениями Соланж. — Если лунные сигналы идут в том направлении, значит, гномы тоже где-то там.
— Что?! — удивились ребята смелому предположению подруги. — Ты правда считаешь, что лунные человечки смогли переправиться через океан на остров?
— А почему бы и нет? — пожала плечами юная волшебница, не отрывая взора от угасающего зарева. — Мы много чего не знали о гномах до их исчезновения, вполне возможно, что они легко могут преодолевать широкие водные просторы.
— Но они ведь были высушены? — высказала несогласие Настя. — Как они смогли бы плыть?
— Океаническая вода быстро размочила бы их, — парировала принцесса. — В любом случае, мы должны посоветоваться с Граликой, ведь она отправляется на остров грядущим вечером.
— Мы отправимся с ней? — мальчики с предвкушением ожидали ответ принцессы.
— Если королева позволит нам, и если на кораблях найдётся для нас место, — признала Соланж.
Дети ликовали, причём казалось, что Дастида и Настя радовались этому больше, чем мальчики, которые с самого начала хотели отправиться в плавание по Невермору. Вспышки лунного света перестали появляться, так что после нескольких минут тщетных усилий заметить ещё что-нибудь неизвестное в ночном небе, ребята и волшебница вновь вернулись к костру. Спать теперь детям совсем расхотелось, они были слишком перевозбуждены в предвкушении назревавшего водного приключения. Принцесса предложила: