Эра Огня 5. Мятежное пламя (СИ)

Что-то мелькнуло, сверкнуло зелёным. Пламя Дракона пролетело там, где только что были Денсаоли с Асзаром, и ударило в землю.
НАТСЭ: Смотри! Это он помог мне сбежать.
Я видел. Видел, как на земле очутился сэр Мердерик, как он отпустил Денсаоли с Асзаром, что-то сказал им и повернулся к Дракону, бесстрашно подняв меч.
— Ещё один герой? — прорычал Дракон.
— Я не герой, — ответил Мердерик. — Я — мразь. Мы одной крови, сестрёнка!
Дракон вновь раздулся, готовясь разразиться очередным потоком Огня. Денсаоли летела низко над землёй, увлекая с собой Асзара. Мердерик стоял между ними и Драконом.
И в этот момент мы долетели. Огромный стальной меч Натсэ пробил спину Дракона, полыхающее лезвие выскочило у него из груди. Он не успел даже вскрикнуть — голем обрушился на него целиком, смял, вжал в землю. Я с наслаждением слышал хруст, треск — что-то ломалось в Огненном теле Дракона, что-то, чего нельзя было ни понять, ни, тем более, объяснить. Материя из энергии, плоть из огня.
Руки голема, подчинённые Натсэ, схватили огненную башку, приподняли и тут же с силой вмяли в землю. Земля плавилась и стонала, взревел и дракон. Где-то там, в изувеченной огненной туше, под гнетом голема, корчился в судорогах Мелаирим.
— Дай-ка и мне, — прошептал я.
У голема выросла ещё пара рук, только не лавовых, а чисто огненных. Я управлял ими. Сначала ударил правой, пробил огненную шкуру Дракона, вогнал кулак внутрь, между рёбрами. Потом — левой.
Рёв Дракона превратился в истошный визг, в котором слышалось больше женского, чем мужского. Ну здравствуй, Искорка, вот и встретились с тобой вновь. Может, сразимся, как в старые добрые времена, один на один, в других слоях реальности, и покончим с этим раз и навсегда? Не хочешь? Боишься? Прячешься в эту огненную плоть и надеешься, что как-нибудь пронесёт? Что ж, твоё право выбрать, где сдохнуть.
Натсэ вновь приподняла голову Дракона и ещё раз ударила ею в землю, подняв лавовые брызги. К голове неспешно приблизился Мердерик.
— Уходи! — закричал я и с удивлением осознал, что слышу, как голем кричит это тем самым мужским голосом, что раньше звучал синхронно с голосом Натсэ.
— Что, опять изгнание? — спросил он, улыбаясь. — Право же, это становится скучным.
Взмах мечом. Острая сталь пронзила темя Дракона и немедленно вспыхнула, огонь перекинулся и на рукоятку. Мердерик быстро убрал руки, но всё равно ладони успели обгореть. Рыцарь потряс ими с неприязненной гримасой, как будто испачкал перчатки, а не лишился кожи.
И в этот момент Дракон начал шевелиться. Я вновь слышал треск и хруст, но теперь они звучали иначе, теперь ощущалось, что это наоборот срастаются кости, скрепляются сухожилия.
Мои огненные руки начало жечь, с каждой секундой всё сильнее.
— Морт, отходим, — услышал я в голове голос Натсэ.
Все мысли перемешались. Я ощущал себя — собой, обнимающим Натсэ в толще раскалённой лавы. Я ощущал себя големом, подмявшим под себя Дракона. Я ощущал себя Огнём, временно поселившимся в этом чуждом теле. И все три ипостаси жили и действовали одновременно.
Я выдернул руки из плоти Дракона и ощутил, как плоть заросла, Мятежное Пламя залечило повреждения. Натсэ заставила голема оттолкнуться, вскочить на ноги и сделать шаг назад от поднимающегося Дракона, который наливался тревожным багрянцем.
— Мердерик, уходи! — прокричал я.
Натсэ сотворила новый меч, размахнулась им. Я призвал огненный клинок и замахнулся с другой стороны...
В лицо ударило пламя. Ноги лавового гиганта засеменили назад.
— Да сколько ж сил в этом выродке? — прошипела Натсэ.
В тот миг, когда лавовый голем вскинул голову вверх, пытаясь хоть что-то увидеть, помимо огня, я увидел чёрные тучи, и у меня сверкнула светлая мысль.
МОРТЕГАР: Денсаоли, вы можете разогнать тучи?
ДЕНСАОЛИ: Вряд ли. Со Стихиями происходит что-то невообразимое.
МОРТЕГАР: Хотя бы ненадолго. Чтобы увидеть солнце.
ДЕНСАОЛИ: Попробую. Асзар приходит в себя, он точно сумеет.
МОРТЕГАР: Хорошо бы поскорее. Конец связи.
Огненная атака прекратилась. Дракон оставил нас за спиной, сам обратившись к новому сопернику. Вернее — соперникам. Мне пришлось постараться, вглядываясь в этих крохотных человечков с высоты своего роста.
Маги Земли прибыли. Их было около сотни, и они держались за руки, встав полукругом. В центре этого полукруга стоял господин Дамонт.
Дракон изверг огонь. Дамонт легко блокировал его, вырастив целую скалу, которая лишь оплавилась. Оставив скалу на месте, Дамонт взмахнул рукой, и плоть Материка пересекла трещина. Как и обещала Денсаоли, кусок Материка собирались отсечь, позволить ему упасть в океан, выгадать мгновения.
— Глупец! — Дракон засмеялся. — Когда же ты хоть чему-то научишься? Спасать мир, отрубая от него куски! Даже дети не столь глупы, как ты, Дамонт. Если кто и заслуживает смерти — так это ты, ничтожный из ничтожных.
Натсэ вытянула левую руку. Из ладони вылетела, сверкая, цепь, каждое звено которой было создано из лавы. Она стремительно обвила Дракона поперёк туловища, натянулась.
— Подожги! — отдала приказ Натсэ, размахнувшись правой рукой.
В Дракона полетело стальное копьё. Я не заставил себя упрашивать. Копьё вспыхнуло в полёте и с воем пикирующего бомбардировщика вонзилось в спину Дракона, в место, где соединялись его крылья.
Он заревел, вновь весь мир содрогнулся от этого звука. Дракон повернулся к нам, но, поворачиваясь, махнул крылом, и позади него вспыхнул настоящий ад. Я услышал приглушённые вопли заживо горящих людей. Сердце заболело. Там ведь был не только Дамонт, которого я, при всех наших разногласиях, уважал. Где-то там наверняка был и Тарлинис, один из сильнейших магов Земли, который просто не мог не стоять в этом отчаянном отряде.
— Сука! — заорала Натсэ и погнала голема на Дракона.
В три прыжка он оказался рядом. Верхние руки схватили Дракона и приподняли, нижними я снова впился в его плоть, раздирая, ломая её. Пойманный в плен Дракон попытался вырваться, не сумел и изрыгнул сверху огонь. Голем начал оплавляться, лава прекращала держать форму.
— Давай вколотим его в землю, — предложил я.
— Давай! Три, два, один!
В четыре руки мы подняли извивающуюся тварь. Натсэ заставила голема подпрыгнуть. Приземляясь, мы одновременно опустили руки, и Мятежное Пламя грянуло о землю.
Мне показалось сначала, что он разбился, разлетелся вдребезги, исчез в облаке искр. Земля задрожала под ногами от удара. Трещина, проложенная магами Земли, расширилась, и кусок Материка начал откалываться. Кусок, общей площадью, должно быть, с город...
— Прыгаем, — решил я.
Голем сделал шаг. И тут я успел заметить, что на земле, внизу, остался лежать Мелаирим, лишившись почему-то своей огненной оболочки.
— Солнце! — крикнула Натсэ.
Голем задрал голову, его лавовыми глазами я увидел, что тучи разошлись, освободив крохотный пятачок, сквозь который сияло солнце.
— Руку! — оглушил нас крик.
Голем опустил голову. По ту сторону от ширящейся трещины никого живого уже не оставалось, от магов Земли не было даже воспоминания, всё спеклось в сплошную серую массу, как в Ирмисе. Теперь там стоял возрождённый архангел Асзар и протягивал нам руку.
Натсэ снизила температуру голема, тот стал обычным, каменным. Каждый его шаг увеличивал наклон, расширял трещину. Земля скрипела и стонала.
— Прыгайте! — заорал Асзар.
Голем прыгнул, вытянув руку вперёд, как раз в тот момент, когда часть Материка, окончательно оторвавшись, полетела вниз. В этот же момент тучи вновь закрыли солнце.
Я успел ещё почувствовать кончиками каменных пальцев руку Асзара. А потом что-то со страшной силой дёрнуло вниз.
Голем резко изменил траекторию. Прыжок обратился в падение. Каменные руки вцепились в край обкромсанного Материка. Вокруг ревел ветер, несовместимый с жизнью. Последняя защита исчезла.