Злолушка или Сестрицы - тоже люди! (СИ)

  
2.1
 
Глаза слипались все сильнее. Перед мысленным взором в полудреме я продолжала видеть разозленное лицо мамы, которое тут же превращалось в печальное и заплаканное. На душе было настолько тошно, что хотелось снова разреветься. Идей по поводу примирения не было никаких. Пока еще шла в университет на телефон пришло сообщение от Риты, но я даже читать не стала, отправляя конвертик в папку «удаленные». Попытки мысленно успокоить себя и прекратить злиться на сестру, ни к чему не привели.
— Денисова!! — громкий окрик вырвал из сонного состояния и вынудил подскочить на месте.
Князев, который по-прежнему сидел рядом, приподнял брови и недоуменным взглядом рассматривал кого-то за моей спиной. Раздался еще один крик, а я, даже не поворачиваясь, узнала хозяина, а точнее, хозяйку, разгневанного голоса.
Господи, ну почему ты не сотворил меня черепашкой? Или улиткой? Замечательные создания, таскают панцири и ракушки у себя на спине и, чуть завидев опасность, благополучно туда прячутся. Я была бы совсем не против сейчас спрятаться от несущейся на меня со скоростью выпущенной стрелы Вероники. Глаза подруги яростно блестели, а вокруг распространялись такие флюиды злости, что наполняющийся спешащими на перерыв студентами коридор стремительно пустел. Оказаться под горячей рукой Игнатьевой не хотел никто. Только бегущая позади Лиля, уже привычная к вспыльчивой подруге, пыталась схватить ее за локоть и остановить. Вероника только отмахивалась от Синицкой и, в который раз выкрикивая мою фамилию, фурией неслась в нашу с Денисом сторону. Она размахивала брендовой сумочкой на манер палицы и заставляла меня серьезно беспокоиться за сохранность своей бедовой головы. Игнатьева — не мама, церемонится не будет.
Впрочем, Ника повела себя не так, как я ожидала. По крайней мере, сначала. Поравнявшись с нами, девушка совершенно неожиданно крепко стиснула меня в своих объятиях. На пару секунд из легких выбило воздух, но он быстро вернулся на законное место, когда Вероника с силой оттолкнула меня от себя и громко рявкнула:
— Денисова!! Ты хоть представляешь, что я сейчас с тобой сделаю?
Я представляла и очень даже хорошо. А вот Денис рядом заинтересовался. Парень отложил в сторону телефон и с изрядной долей любопытства наблюдал за разыгрывающийся сценой.
Я в гневный монолог Вероники не могла вставить ни слова. Девушка, ничуть не стесняясь народа вокруг, рассуждала на тему меня и моих «безответственности и эгоизма», не стесняясь в выражениях.
— Ты хоть представляешь себе, что мы на придумывали?! Ты написала, что пойдешь домой, а через два часа Ритка мне звонит и говорит, что ты так и не явилась? Денисова, ты соображаешь?! Телефон тебе для чего? Для красоты? Или ты резко отупела и разучилась им пользоваться?! И даже не смей врать, что он разрядился!!
— Ника, успокойся, пожалуйста — Лиля прикоснулась к плечу не на шутку разошедшейся подруги, а я заметила под глазами рыжеволосой девушки усталые синяки. Стало очень стыдно.
— Эгоистка чертова! — продолжала разорятся Игнатьева. — Что опять случилось? Куда тебя понесло!? Не могла нормально все нам рассказать?! Опять поцапалась с Березиной? Так какого черта не пришла к нам? Где ты шаталась всю ночь?! Тетя Ира чуть с ума не сошла! И мы тоже!!
— Ника, — предприняла очередную попытку Синицкая, но Ника только отмахнулась от нее. Девушка в порыве гневы подошла ближе и вцепилась в мои плечи с неимоверной силищей, вынуждая морщится от боли. Я отчетливо почувствовала, как длинные ногти подруги вдавливаются в кожу даже сквозь толстую ткань вязанного свитара.
— Что, Ника, что Ника?! Что ты успокаиваешь меня? Как будто не ты металась по квартире всю ночь и каждые полчаса не звонила Ритке, проверяя, не вернулась ли блудная подружка домой!
Лиля шмыгнула носом и опустила голову, вынуждая меня почувствовать себя еще хуже.
— Девчонки, простите, я все объясню, — попыталась было оправдаться, но Игнатьева и слушать ничего не хотела.
— Раньше надо было объяснять! Сразу!
— Прости…
— Прости ее! Да мы уже собирались в полицию с утра идти! Писать заявление на этот чертов клуб, куда ты поперлась!
Князев подавился, а я удивленно хлопнула глазами:
— Зачем?
— Мы забыли название, — произнесла Лиля, снова кладя разгневанной Нике руку на плечо и успокаивающе сжимая его. — Ты сказала, что уехала на работу устраиваться, вот мы и подумали, что с тобой что-то случилось в этом клубе. Мы позвонили в участок, но там сказали приходить только через пару суток, тогда они рассмотрят заявление.
— Уроды, — выругалась Вероника. Девушка, кажется, переводила дух после яростной атаки. — Человек пропал, а им лишь бы не работать!
— Не прилежная девочка, говоришь?
Более менее успокоившаяся, но все еще тяжело дышащая Вероника, одним движением развернулась на каблуках в сторону Денису. Казалось, присутствия рядом одногруппника она не замечала, пока парень, на свою беду, не решил встрять в скандал. Князев сложил руки на груди и всем своим видом выражал крайнюю степень ехидства. Поутихшая было в Нике жажда крови забурлила заново, но на это раз ее целью стала не только я.
— А ты какого черта уши греешь, Князев?! — рявкнула она с такой силой, что лично я на месте парня предпочла бы поскорее ретироваться куда-нибудь подальше.
Денис же, к моему удивлению и еще большему раздражению Вероники, в испуге бежать не собирался. Он все еще сидел в расслабленной позе, оглядывая девушку снизу-вверх взглядом прищуренных темных глаз. Даже в дневном свете они казались почти черными, что добавляло ему устрашения. Впрочем, даже если бы он в прямом смысле метал ими молнии, Игнатьеву они вряд ли бы напугали.
— А ты ори тише, — спокойно парировал бармен. — Развела тут цирк. Подумаешь, подруга загуляла. Взрослая девочка уже.
Мне на полном серьезе показалось, что у Ники из ушей вот-вот пойдет пар. Я ударила себе ладонью по лбу, не понимая, злиться мне сейчас на Дениса за вранье по поводу «загулов», или лучше постараться утащить Веронику подальше, чтобы она ненароком не убила рискнувшего вступить с ней в перепалку парня.
— Смотри-ка, — прошипела блондинка, сжимая кулаки с такой силой, что побелели костяшки пальцев, — да он разговаривать умеет.
— Ник, пойдем, — потянула я Игнатьеву за рукав тонкой блузки.
— А ты вообще молчи! — вместо ответа рявкнула та, вырывая у меня свою руку. — Я с тобой еще поговорю. Только кое кому зубу пересчитаю, чтобы в чужие разговоры не лез. — Снова повернулась к одногруппнику: — Ты, Князев, молчал все время и сейчас бы не высовывался! Что думаешь, тут никто не в курсе твоих криминальных наклонностей? Или все тебя бояться? Размечтался!
— Ника!! — в один голос воскликнули мы с Лилей. Подруга уже переходила все границы, которые только можно было себе представить.
Лицо Дениса приобрело каменное выражение. Темные глаза прищурились, и парень медленно встал, хватая с соседнего стула свои вещи. Теперь Вероника даже на каблуках едва доходила одногруппнику макушкой до носа, и парень будто бы давил сверху на разъяренную девушку.
— Интересно, — хмыкнул он, — что вы будете делать, когда узнаете, что ваша прекрасная прилежная подруга провела ночь в компании этого «урода с криминальными наклонностями»? — он презрительно ухмыльнулся, а я задохнулась от возмущения. Фраза прозвучала совершенно неправильно и ввела Веронику и Лилю в ступор. — Купи себе лекарства и лечись, истеричка. — жестко добавил Князев, и, не дожидаясь реакции девушки, двинулся прочь по коридору.
Игнатьева пришла в себя только через пару секунд.
— Что ты сказал?! — заорала она, бросаясь следом за парнем. — А ну стой, кретин!!
Князев, не поворачиваясь, показал ей неприличный знак, а мы с Лилей одновременно схватили девушку за руки, останавливая ее. Денис исчез за поворотом, а Ника, вырывалась-таки из нашего захвата и снова направила волну гнева на меня:
— Это правда!? — Я в панике оглянулась назад, но отступать было некуда. Стена за спиной исчезать не спешила. — Денисова, ты что, всю ночь была с этим уродом?! С ним?!